Ректор на выданье

Я отложила перо и наклонилась к Алис.
– Это еще зачем? – наигранно-иезуитским тоном спросила я у нее.
– А когда ты в последний раз с кем-нибудь была? А?
– Ну ты же знаешь, с Роджером, десять лет назад.
– Ну и как ты будешь соблазнять мужиков, если влюбишься в первого встречного просто из-за гормонов? Тебе нужна холодная голова. А в тебе романтика бурлит из-за того, что интима давно не было. К тому же удовлетворенная женщина становится намного привлекательнее.
– Ты удивительно откровенна, – ехидно ответила я.
Подумала, взяла перо и написала: «Пункт первый: переспать». И пусть это будет началом моего падения. Просто дальше уже нельзя жить в холодном величественном одиночестве. Алис права.
Следующие пункты, предложенные Алис, были менее шокирующими.
– Изменение внешности, – сказала она.
– Я что, недостаточно хороша?
– Да нет, ты прекрасна, как в восемнадцать лет, когда мы с тобой познакомились. Не в этом дело! Вот смотри, какая у тебя прическа?
– Спокойная, в меру строгая, деловая. Я ректор. Как еще?
– Ну, вообще, формы у вас нет, а если бы была – ты могла бы ее отменить своим указом. По-моему, тебе нужно подстричься немного, кудряшки намагичить. Чтобы шею было все время видно. К тому же более короткие кудрявые волосы подчеркнут сексуальность, и еще это сейчас очень модно. И идет блондинкам. И еще, конечно, это все заметят! Это привлечет внимание к тебе именно как к женщине. Ты же всегда примерно с одной и той же прической ходишь. Дальше – костюм…
– Как видишь, у меня все вполне откровенно, – я даже встала, демонстрируя Алис свое закрытое, но облегающее синее платье, подчеркивающее фигуру.
– Да, но все засекречено, словно ты настоятельница монастыря, а не ректор.
– Ректору и вдове не пристало выставлять тело напоказ, – усмехнулась я, прекрасно понимая, куда клонит Алис. – Ладно, ты считаешь, декольте, рукава покороче и прочее?
– Ага, и расцветку одежды ярче. А под одеждой – самое изысканное белье, чтобы чувствовать себя королевой.
– Тут же решат, что у меня изменения в личной жизни, и поползут слухи.
– Вот и пусть поползут! – обрадовалась Алис. – Это заставит их думать о тебе как о женщине! А поскольку мужчина только в перспективе, то доказать что-то будет невозможно. Пиши: «Вызвать загадочные слухи вокруг своей персоны».
– Это слишком.
– Пиши, вычеркнем потом, если что.
Мы еще полчаса писали «план», учитывающий, как мне лучше общаться с мужчинами, встречающимися на пути, что делать, чтобы увеличить шансы встретить своего единственного. Например – и это была уже моя идея, – я ведь могу сама устраивать в академии ненаучные мероприятия: балы, рауты, на которых можно общаться с мужчинами в непринужденной обстановке. Чаще ездить ко двору на светские приемы.
Конечно, мы еще немало препирались. Но я была признательна подруге. Хотя бы за то, что она подняла мне настроение и сделала расплывчатую цель найти нового мужа более реальной.
– С первым пунктом не откладывай, – сказала Алис, выходя из моего кабинета. – Тебе нужно хоть вспомнить, как это, когда тебя ласкает мужчина. Ты же можешь инкогнито, под чужой личиной.
– Ладно, – улыбнулась я и поежилась.
Когда десять лет не знаешь мужской ласки, при мысли о близком общении с мужчиной охватывают своего рода опасения. Ты просто уже плохо помнишь, о чем речь.
К тому же я ведь никогда не знала ни одного мужчины, кроме своего покойного мужа.
Вдруг у других и с другими все не так?
Но когда Алис вышла, я поняла, что должна сделать это как можно быстрее. Вот прямо сегодня! Иначе завтра перечитаю наш «план», посмеюсь над ним и никогда не решусь.
Когда идешь к цели, главное – начать. И в первую очередь сделать самое страшное.
Только вот как? Где найти подходящего мужчину?
Студенты отпадают. Даже в обличье молоденькой девушки я не паду так низко. Преподаватели академии тоже не подходят. К тому же маг, равный мне по силе или сильнее, может разглядеть под личиной мое истинное лицо. А в академии такие есть.
  
Остается выйти в город. Как какая-то девка легкого поведения или «веселая вдовушка», алчущая мужского внимания.
Я вздохнула. Ну Алис! Легко ей говорить: «Срочно переспать». И легко мне соглашаться. А на деле непонятно, как это сделать.
И страшно так.
В любом случае сейчас следует пойти домой, подумать, переодеться.
Наша академия располагалась почти в самом центре столицы и, по сути, представляла собой город внутри города. Учебные и административные корпуса напоминали старинные дворцы. Жилые здания, где обитали сотрудники и студенты, не владеющие личным жильем в столице, располагались севернее и представляли собой уютные трехэтажные дома в стиле прошлого века. А между всеми строениями растекались красивые сады, полигоны для тренировок в боевой магии, стадионы для спортивных занятий.
Мои ректорские апартаменты находились достаточно далеко от главного административного корпуса, и я любила иной раз, накинув на себя полог невидимости, пешком пройтись по саду домой.
Очень комфортно, кстати: наблюдать, как студенты группками сидят на скамеечках, зубрят уроки или просто прогуливаются по тропинкам или болтают, и при этом не привлекать лишнего внимания к своей высокой персоне.
Так я поступила и сегодня. Совершенно не хотелось ни с кем разговаривать. С одной стороны, меня просто трясло: я должна приступить к выполнению первого пункта прямо сейчас! А с другой – было страшно и хотелось все хорошо обдумать.
Невидимая, я вышла в центральный сад. Солнце клонилось к закату, золотистые отсветы играли на поверхности небольших прудов и в струях фонтанов. Тишина и пустота. Лишь две компании студентов сидели на скамейках ближе к центральному каскаду.
Я задумчиво пошла по дорожке, ведущей через сад и жилые корпуса к ректорскому особняку.
И вдруг заметила на боковой аллее странную компанию. Трое студентов и… Хорек. Все четверо заливались смехом, а Хорек что-то бойко, воодушевленно рассказывал.
Я вовсе не собиралась подслушивать, какое мне дело, что мой секретарь дружит со старшекурсниками. В этом не было ничего плохого, просто мой путь лежал мимо них.
Я приблизилась и застыла как вкопанная, услышав голос Хорька:
– Ну и тогда я ее прямо в кабинете… Представляете?
– Что, нашу ректоршу, ее сиятельство? – недоверчиво переспросил один из парней. – Да не может быть.
– А что? Она у нас баба одинокая, по мужику истосковалась. А я тут, всегда рядом. В общем, я все, а ей все мало! Говорит: «Хочу тебя еще!» Тогда я подхватил ее на руки, накинул на нас полог невидимости и понес в свою комнату…
 
Глава 3
 
Я сжала кулаки от ярости.
Да ты не Хорек! Ты Слизняк.
Мерзкий мелкий слизняк без совести и чести. Вот уж никаких иллюзий не питала насчет своего секретаря, но подобной гадости от него не ожидала.
Что ж, пожалуй, пришло время сменить референта.
Я сделала два шага назад, в тень деревьев, и сняла полог невидимости. Заставила гневно стучащее сердце уняться и вышла прямо к весело гогочущей группе молодежи.
Студенты замерли, изумленно глядя на меня. Один за другим начали растерянно кланяться. Хорек, то есть Слизняк, побледнел и, кажется, пошатнулся.
– Ваше сиятельство… – начал высокий парень-шатен, весьма симпатичный. – Мы…
Я подняла руку останавливающим жестом, сделала еще пару шагов и встала перед Слизняком.
– Вайр, – ядовито улыбнулась я ему. – Какая интересная история. Боюсь, я недооценивала ваши магические способности. Вот сейчас я стою рядом, не будете ли вы так любезны накинуть на нас двоих полог невидимости?
Слизняк побледнел еще сильнее:
– Ваше сиятельство…
– Накиньте-накиньте! – снова улыбнулась я.
Дело в том, что для работы с невидимостью нужно быть как минимум магом средней силы. Только сильный маг может накрыть пологом сразу двух и больше людей. А Слизняк был совсем слабым магом. Его хватало лишь на простые магические действия вроде подогрева холодной воды в чашке.