Веселый Роджер (СИ)

-Я жив, а большего мне и не надо.
-Каким образом только, мне интересно. — Оливер смотрел на Роджера, ища в черных глазах зрачки. Под покровом темноты взгляд пирата стал поистине дьявольским.
Тот в свою очередь самодовольно улыбнулся ему и приставил два пальца к своему виску, изображая выстрел.
-Сражайся за жизнь даже если это невозможно. Выгрызай свои деньки у дьявола из лап, а если твои зубы сломаны, то сделай ему такой отсос, чтобы он сам тебе ее отдал. Никчемную, потрепанную, но жизнь. — Он хищно улыбался, и его образу придавалось ужасающее безумие.
  
Оливер весело улыбнулся ему в ответ. В этом был весь Роджер, иногда безумный пират, постоянно повторяющий что, если не можешь убить своего врага — соблазни его. Собственно, англичанин и сам так поступил, правда, не по своей воле. Наверное.
Сам же пират, хоть и пытался выглядеть веселым и здоровым, общего веселья не разделял. Вопрос о том каким образом он остался в живых был открытым, и ответов, к сожалению, не предвиделось.
Всю ночь они говорили о самом разном. От размеров задницы мамки кракена до обслуживания корабля. Гесиона стойко выдержала испытание штормом, но кое-где все же требовался ремонт.
Следующие дни тянулись бесконечно. По новому маршруту они вышли ближе к экватору, солнце нещадно палило сверху, и единственное что освежало это брызги воды. Ветер был теплым, несмотря на то что они были в открытом океане.
День за днем глаза Роджера чернели, и вскоре белок в его глазах совершенно почернел из-за свернувшейся крови. Видно было что это такой темно-алый цвет, но если не рассматривать детально, то воистину перед тобой стоял самый настоящий демон. Такие метаморфозы с его глазами сильно беспокоили Томаса, а вот команда была в восторге. Они говорили, что с ними просторы океана бороздит сам морской дьявол, а Оливер иногда шутил, обзывая капитана «дьявольски веселым Роджером», если тот смеялся над собственными шутками. Самого же пирата внешний вид мало интересовал, он и без этого выглядел довольно угрожающе. Но когда случайно встреченные купцы побросали оружие и стали молиться, едва увидев его, он заметно возгордился.
Зрение у него не падало, что волновало его и доктора сильнее всего.
При захвате кораблей, внезапно для себя, Роджер узнал, что Оливер отлично стреляет. Он ни раз спасал его шкуру от ненужных увечий, стреляя в противников что подленько подбирались со спины.
При абордаже юноша предпочитал оставаться на Гесионе, в ближней схватке от него было мало толку. Хоть и за это время он набрал крепости в мышцы, и даже приобрел форму, сил у него все равно было не так много, как у заядлых моряков, что каждый день ворочали ядра, пушки, и прочие морские радости.
Через какое-то время добычи скопилось так много что Гесиона просела и стала лениво идти по волнам, почти не подпрыгивая. А свои подсчеты Оливер перепроверял трижды, ибо сумма, что выходила в итоге, его попросту удивляла.
Новых мистических штормов с ними не случалось, но пару раз от погоды все же пришлось побегать.
Без потерь, что уже радовало.
-По чарке грога каждому, — выдохнул Роджер, пытаясь отдышаться после очередного абордажа. В этот раз у них была крупная добыча, галеон, напичканный деньгами и дорогущими товарами, что особенно ценились на пиратских рынках. Людей на этой посудине было соответствующе, и перед абордажем им пришлось изрядно их измотать, раскурочив пол корпуса и тем самым затопив нижние отсеки. Капитан Гесионы сидел уже на своей палубе, на ящике с ядрами, и терпеливо ждал пока доктор закончит штопать его рассеченное предплечье. Пираты вокруг с веселым улюлюканьем сбрасывали, несогласных сдаваться, противников в воду, на потеху акулам, что стаей кружились вокруг. Всех, кто не выразил желания умирать, вербовали в команду.
-Можно залатать наш корабль, тут материалов хватит. Даже на шлюпку останется, — Оливер осмотрел побитый галеон от носа до кормы.
-Да, этим и собирался заняться. — С улыбкой ответил Роджер, закидывая в рот чарку грога, тем самым нарушая строжайший сухой закон. Но от такого количества вряд ли кто-то опьянеет и устроит дебош.
Погода благоволила к работе. Облака затянули небо, но не предвещали дождя. Идеально для недолгой стоянки.
Немного отдохнув и выпив по своей чарке грога, примечательно, что примерно половина команды отказались и от этого, не желая нарушать сухой закон, они приступили к работе. Зашумели пушки, инструменты, ядра катались по палубе, так и норовя отдавить какому-нибудь зеваке пальцы. Стук молотков, треск древесины, веселые пиратские песни, чтобы работа шла «в ногу». Оливер стоял в стороне от всего этого и с улыбкой наблюдал, как Роджер, грозный капитан грозного судна, горланит команды и работает наравне с матросами. Мужчина вообще не чурался тяжелой и, не редко, грязной работы, что по первому времени Оливеру казалось совершенно диким. Капитан должен сидеть на мостике, за столиком, и попивать полуденный чай. А не проливать пот и кровь как какой-то матрос.
Однажды юноша сказал об этом Роджеру: «Капитан должен смотреть в чашку с чаем и наслаждаться дрейфом, а не смотреть в горизонт.» На что в ответ получил: «В чашку пусть смотрит Английская королева, пока ей под подол лезет очередной ухажер. А я моряк, моего взора достоин только горизонт!».
Пугало ли это? Немного. Казалось странным? Зная Роджера Оливер поверил бы во что угодно. Очаровывало ли такое поведение пирата? Несомненно.
Он не был похож ни на одного знакомого из Англии, не походил и на матросов, даже с другими капитанами у него не было ничего общего. В какой-то момент Оливер подумал, что стал слишком идеализировать, далеко не идеального, Капитана, но отогнал эти мысли, приступая к более насущным делам.
Обстановка на корабле была стабильной, а это, как известно, определяющая порядка. Работы каждый день было достаточно, провиант не заканчивался, матросы не дебоширили. Все ждали прибытия в порт. Хоть Роджер и сказал, что остановятся они лишь затем, чтобы пополнить запасы еды, матросы, зная его как облупленного, смаковали мысли о веселой пьяной ночи в сопровождении темнокожих портовых девиц.
========== Отвратительные английские манеры. ==========
На берегу было весело. Как это всегда бывает в пиратских портах. Чужеземных моряков местные портовые «леди» встретили так же тепло, как встретили бы любимого мужа.
А вот местные пираты, наоборот… Загорелые, даже сгоревшие, мужчины скалились на иноземцев, хватались за ножи.
-Пираты всегда такие недружелюбные? — Оливер робко семенил по песочной дороге, едва успевая за Роджером.
-А с чего бы им быть дружелюбными? Если бы мы были на баркасе, — они бы нас не замечали. Гесиона — большой корабль, грозный. И если мы вдруг решим поохотиться в их водах, то совершим большую ошибку. Даже самые заклятые враги сдружатся, ненадолго, чтобы нас потопить. Поэтому держись тихо. К счастью, у тебя это прекрасно получается, — Капитан был темнее грозовой тучи. Он ступал тяжело, так же дышал. Руки его были сжаты в кулаки, а на спине перекатывались мышцы. И Оливер прекрасно понимал, что он не нагоняет страха на окружающих, а что так напряжен от обстановки вокруг.
-Куда мы идем?
-К моему старому товарищу. Грязному охотнику за наживой и юбками, — Роджер хохотнул и немного расслабился. Костяшки на его руках чуть порозовели и спина расправилась. Его всегда воодушевляли воспоминания о добрых друзьях.
На корабле Роджер не предупреждал о прогулке, поэтому Оливер забеспокоился. Не возникли ли какие-то проблемы?
-Я не сказал команде, потому что на Туманный Берег мы пойдем с ним вместе. А наши экипажи не очень дружны, — отвечая на немой вопрос, вдруг опять заговорил пират.
  
-Почему? — Англичанин удивился, пираты были дурным народом, но друг меж другом редко на ножах.
Капитан усмехнулся:
-Шлюх не поделили. Буквально.
Сдержать своего смешка не смог и юноша, представив себе «благородные дуэли» за дамское сердце.
В душе у Оливера поселилось необъяснимое беспокойство. Он был в курсе всех корабельных дел даже больше, чем Роджер, и знал, что они собираются за какими-то, якобы существующими, сокровищами, что сокрыты на так называемом Туманном Берегу. Но теперь, когда они были так близки, он забеспокоился…