Тарпея (СИ)

В библиотеке пахнет ветхими переплетами, сухими страницами и пыльными полками. Стеллажи невероятных размеров в два этажа, широкие, уставленные книгами, это всё-таки вновь отвлекает омегу от мыслей. Он задирает голову и удивлённо смотрит большими сияющими глазами.
— Здесь красиво, — восторженно шепчет Тэхен, рассматривая полки и читая названия книг.
— Согласен, — усмехается глава охотников, кивая. Намджун любит это место, и оно поражает его в своём величии не меньше, чем Тэхена.
— Лео! — Чимин, как и Чонгук, вообще плевал на все правила с высокой колокольни. Он голосит, не жалея связок, и заныривает в каждый проход. — Лео! Нам нужна помощь!
— Так ты какого такого хрена орешь? — шипит Намджун, вытаскивая книгу и ударяя ею Пака по плечу.
— Экономлю нам время.
— Не надо драться моими книгами, — из глубин звучит слабый тонкий голос.
Чимин строит довольное выражение лица, мол, сработало же.
— И нечего так орать. Я слышал и с первого раза, — голос становится всё ближе и ближе.
— Минут десять и он дойдёт, — шепчет Чимин, усаживаясь на небольшой диван с твёрдой спинкой.
Они остаются ждать в зоне, где обычно молодые охотники учатся. В библиотеке полно места, поэтому четыре квадратных стола и удобные кресла с диванами поместились здесь с лёгкостью.
Лучник не врет, Лео выходит к ним спустя добрые десять минут. Это оказывается пожилой мужчина, небольшого роста, с пушистыми поседевшими волосами и отсутствием некоторых зубов. Это Тэхен замечает при широкой приветливой улыбке охотника. Лео опирается на свою трость, поправляет шерстяной кардиган и присаживается за один из столов.
— Чем могу помочь, молодые люди? О! О! — его глаза загораются интересом при виде Тэхена. — Давно я не видел доминантных омег. Как сейчас помню, в последний раз это было в тысяча девяносто…
— Лео, честное слово, это очень интересно, но нам нужно узнать кое-что другое, времени мало, а вся надежда только на тебя, — Чимин говорит с ним, как с маленьким ребёнком, по-доброму улыбаясь (Тэхен бы в жизни не подумал, что охотник способен на такую улыбку).
— А чего хотите-то?
Намджун берёт роль пересказчика на себя, описывая и обрисовывая всю ситуацию. Остальные только кивают, поддакивая. Добавить нечего, глава охотников искусно владеет своей речью.
— Белоснежный волк, — бормочет Лео себе под нос, хмуря густые отросшие брови. Лицо становится ещё более морщинистым.
— Нет, белый, — поправляет Намджун с легкой улыбкой на губах. Лео уже в том возрасте, когда приходится повторять некоторые вещи несколько раз.
— Нет-нет. Белоснежный, — старый охотник тычет пальцем в Тэхена, а взгляд чистый, уверенный. Лео знает, о чём говорит.
Чимин косится на омегу, а после и на Лео, не особо веря словам мужчины. Мало ли что ему в голову может прийти, учитывая количество прожитых годов.
— Вы, дурни, хоть знаете, почему был подписан мирный договор между оборотнями и охотниками?
— Так история же утеряна. Была война, в которой пострадали тысячи с обеих сторон. В учебниках не говорится, кто первым предложил мир, но факт остаётся фактом. Договор был подписан, все довольны, — Намджун, в своё время изучивший все учебники вдоль и поперёк, без тени сомнения отвечает то, чему их учат с пелёнок. Оборотни — не враги.
— История не утеряна, а скрыта.
Лео опирается на трость, встаёт и уходит к полкам, шаркая ногами. Все четверо переглядываются и направляются следом, обходя то стеллажи, то столы. В помещении тепло, поэтому Тэхен оставляет свою куртку на одном из диванов, Чонгук скинул верхнюю одежду ещё в кабинете.
— Ну-ка, — Лео останавливается около самого широкого стеллажа и тычет в самую верхушку. — Достаньте с восьмой полки чёрную книгу.
— Это детские сказки, Лео, — Намджун складывает руки на груди. Кажется, старик совсем выжил из ума в своей библиотеке.
Если бы! Лео ворчит и шлепает главу охотников тростью по бедру. Тот ойкает, удивлённо распахивая глаза и потирая ушибленное место.
— Лезь! Кому говорят!
Чонгук с Тэхеном приваливаются к другому стеллажу, решая не мешать и не лезть под руку. Они здесь гости, да ещё и прибыли за помощью.
 
— Лестница какая-то… — Чимин с явным недоверием смотрит на старый сухой кусок дерева, уже треснувший в некоторых местах и залатанный раз шесть. — Хлипкая. Она нас не выдержит.
— Ты здесь хлипкий, а лестница нормальная! — тростью по ляжкам Пак тоже получает. За компанию. — Наели себе бока, кабаны какие, а лестницы потом виноваты.
— Это мышцы, — обиженно бурчит лучник.
— Давайте я залезу.
Тэхену уже без разницы, куда лезть. Хоть на крышу этого особняка. Если это поможет им, то он готов. Омега самый легкий и непривередливый.
— Я подержу лестницу, — Чонгук берёт ее из рук Чимина и ставит к стеллажу, крепко ухватываясь руками.
Тэхен залазит без проблем, не боясь упасть. От мыслей, что именно Чонгук держит лестницу, ему было спокойно. Колени не дрожали.
— Здесь и правда одни детские сказки, — тихо-тихо говорит Тэхен, поджимая губы и читая названия. Он кидает взгляд на Лео и встряхивает головой. У него нет выбора, стоит воспользоваться тем, что есть.
Они возвращаются к столам, где Лео открывает книгу на странице со сказкой о диком белоснежном волке, тыча в неё кривым пальцем.
— Про тебя, — старик улыбается ласково, смотря на омегу. — Ты ведь не обычный оборотень, а тот, кому жизнь была дарована Луной, верно?
Чонгук хмурится, скрещивая руки на груди и внимательно смотря то на охотника, то на Тэхена.
— Откуда вы знаете? Эта история известна только среди нас, — Тэхен удивлённо смотрит на мужчину, сжимая в пальцах рукава рубахи.
— Как тебя зовут?
— Тэхен.
— Ты совсем ничего не знаешь о себе, — Лео мягко стучит ладонью по стулу рядом с собой, прося сесть рядом.
Тэхен невольно сначала поворачивает голову в сторону Чонгука. Ему не нужно разрешение, но видеть, что тот рядом, требует внутреннее чувство. Альфа кивает, молча показывая, что и правда рядом, что никуда не денется, и Тэхен пересаживается к Лео. Намджун с Чимином переглядываются, ища в лицах друг друга ответы на вопросы.
— Расскажи, что случилось с тобой тогда, — Лео подпирает голову кулаком и внимательно смотрит на Тэхена, как на восьмое чудо света.
— Я точно не помню, мне самому рассказывали. Всё случилось ночью. На нашу стаю напали чужаки. Они убили моих родителей, меня тоже хотели. Сильно ранили, прокусив шею, — Тэхен самопроизвольно касается пальцами до того места, где ранили. Чонгук только сейчас замечает на шее шрамы от клыков. — Но омега из стаи спас меня, сбежав. Я не знаю, что было дальше. Но очнулся я уже белым волком, один глаз был голубым, мои волосы тоже изменились и стали вот такими. Я не помню того, кто меня спас. Помню, что он отнёс меня к другой стае. Той, что у меня сейчас… Была. А сам ушёл. Больше я его не видел.
— Ты замечал за собой какие-то особенности?
— Например? — встревает Чонгук.
— Мы здесь до ночи проторчим, — шепчет Чимин, терпения у которого кот наплакал.
— Я хочу услышать от Тэхена, — Лео не сводит с него любопытных серых глаз.
— Не замечал. У меня чуть больше выносливости и силы, чем у других омег, но это из-за того, что я доминантный. Это нормально.
— Разве у вас, у оборотней, нет легенды о белом волке?
— Нет, — в унисон отвечают Чонгук с Тэхеном.
— А что там с договором? — напоминает Намджун, у которого ещё куча дел, ему не до посиделок в библиотеке.
— Мирный договор и правда был подписан во время войны между оборотнями и охотниками, но только вот что послужило причиной войны? — Лео крутит книгой, смотря на старые страницы. — Нам, охотникам, в детстве рассказывали сказку о диком белом волке, что убивает охотников. Поучительная сказка о том, что нельзя убегать в лес без присмотра, нельзя нарушать границы и нельзя убивать волков.
 
— А вам рассказывали сказки про страшных-страшных охотников? — усмехается Чимин, закидывая ногу на ногу и поворачивая голову в сторону альфы.