Я тебя загадала (СИ)
Благодарю японских богов, что ехать недалеко — господин полицейский выбрал лучшую гостиницу города, — иначе мы бы просто не доехали от точки «А» до точки «Б».
Сошли бы с маршрута в удобный темный тупичок.
Всю дорогу Стас неспешно гладит то мое колено, то внутреннюю поверхность бедра, посылая импульсы в мозг.
Ласковая пытка прекращается, как только мы подъезжаем в гостинице.
Аккуратно паркуюсь.
Предвкушение нарастает.
Я давно перестала анализировать, что же я творю.
В лучших традициях героини Унесенных ветром я буду думать об этом завтра.
А лучше никогда.
С каждым шагом — к крыльцу, через холл, пока поднимаемся в лифте, застываем у двери — с меня облетает наносная шелуха мнимой целомудренности.
Для кого притворяться?
Я не знаю, кто первым кого целует, но в номер мы не чинно заходим, а вваливаемся локальным торнадо.
Жадно сосемся, избавляясь от верхней одежды.
Стас успевает быстрее и тащит меня на кровать.
Прямо в сапогах на убойных шпильках.
***
Хихикаю, пока он стаскивает с себя водолазку и расстегивает джинсы.
Облизываю искусанные губы, когда он задирает мою кофту вверх.
Стас на секунду подвисает, потому что под тонким черным кашемиром на мне кричаще-красный развратный лифчик.
«О да, я ведь знала, куда шла. И чем это закончится. Скорее», — поторапливаю мысленно.
Я уже готова…
Стас касается груди.
Прямо через кружево мягко сжимает сосок, перекатывает пальцами, а следом сдавливает сильнее, заставляя втянуть воздух сквозь зубы.
Удовольствие простреливает. Остро-сладко.
Он точно знает, как надо со мной обращаться.
Не обходит вниманием и второй сосок. Из моей груди вырывается стон.
Мы общаемся без слов, тела говорят куда как громче.
Тянусь руками к его ширинке, но он отводит мои руки и показательно прижимает правую над моей головой.
Левую бережет, но я сама кладу ее поверх правой.
Окей, я поняла, кто тут босс.
Без рук, так без рук.
Тогда я развожу шире ноги, наглядно демонстрируя, куда нужно приложить все старания.
Стас хмыкает и берется за молнию моего сапога. Освобождает ногу из замшевого чулка, и я тут же глажу ступней его эрекцию.
Веду вверх и вниз.
Кто сказал, что в эту игру не играют вдвоем?
— Ну же, — впервые, как оказалась в номере, подаю голос.
Хриплый, дрожащий.
Я на грани.
Стас склоняется над вторым сапогом.
Чувствую движение бегунка, который вдруг стопорится.
Безрезультатные подергивания туда-сюда вызывают у меня сначала ступор, а потом смех.
Давлюсь им, пока Стас пытается расстегнуть застрявшую капитально молнию.
Чертыхается сквозь зубы.
А когда он бросает на меня растерянный взгляд, мол, какого хрена, оба молчим секунду, а потом начинаем хохотать в голос.
Мы смеемся так, что я уже переживаю, как бы соседи не стали стучать по батареям в лучших традициях многоквартирников.
— Боже… это фи-фиаско, братан, — задыхаясь, выдавливаю из себя.
Мышцы живота уже болят от смеха. Щеки мокрые от слез.
Запал страсти поутих.
— Может, это знак? — шепчу, придвигаясь к Стасу под бок.
Тот обнимает меня одной рукой, гладит по обнаженному животу. Не прелюдия, просто касание.
— Хочешь выпить? — предлагает он, и я, недолго думая, киваю.
***
Эту неудачную попытку жаркого секса точно нужно запить.
— Кстати, где мой ящик мандаринов?
— Там же, где и наш крышесносный секс, — подмигивает мне Стас.
Одевшись, с кровати наблюдаю за ним, пока тот звонит на респешен и заказывает шампанское с клубникой и мандарины.
Он так и разгуливает по номеру с голым торсом.
Черт, мой несостоявшийся любовник хорош собой. Его даже этот черный фингал не портит.
Не перекачанный верх, поджарый живот с отличными мышцами пресса, на спине замечаю тату.
Прикусываю припухшие от поцелуев губы.
Вчера мажор-полицейский щеголял отросшей щетиной, но сегодня побрился.
Для меня?
Осталось проверить так ли он хорош в постели.
Перевожу взгляд на виновницу сорванного траха.
Мда, заело хорошо. Еще бы пара резких рывков, и молнию вырвало с мясом.
— У тебя есть ножницы? — спрашиваю, когда Стас заканчивает говорить по телефону.
Тот молча проходит в ванную и возвращается с дорожным несессером.
Нахожу искомое и на манер рычага аккуратно раздвигаю замок «собачки».
Так, теперь снова потянуть на себя и назад.
Бегунок поддается, и я спокойно расстегиваю сапог. Вот и всё.
Стас, до этого молчаливо наблюдавший за моим ритуалом освобождения, показывает большой палец.
— Признайся, ты работаешь антикризисным менеджером? Такое спокойствие и выдержка.
Сползаю с кровати и несу свою обувку в коридор, где ей самое место.
— Признайся, ты просто никогда не носил высоких сапог? — легко парирую, оглядывая номер.
— Боже упаси. — Стас закатывает глаза. Ну или один глаз, второй так и не показался из-за тучи.
Хмыкаю и прохожу к группе диван-кресла.
Стас провожает мою рокировку выгнутой бровью.
Да-да, вот такие мы внезапные. Здесь мне уютней с ним говорить, чем вещать с кровати.
Раздается стук в дверь.
Стас уходит встречать рум-сервис и возвращается с ведерком, в котором торчит бутылка шампанского, блюдом с клубникой и парой ярко-оранжевых мандаринов.
Забавно, что этот момент совпал с похожим в фильме. Вот только я не в прикиде проститутки.
Стас ловко с тихим хлопком откупоривает бутылку и разливает напиток по бокалам.
С удовольствием делаю глоток и заедаю кислинку долькой мандарина.
Вкусно.
Переглядываюсь со Стасом.
Мы чинно сидим друг напротив друга.
В его глазах вижу чертей и обещание, что эта ночь не закончится только распитием игристого. Своим транслирую: «Посмотрим».
— Хочешь сыграть? — Предложение Стаса неожиданно, но не встречает внутреннего противоречия.
— Почему бы и нет? Во что?
— Сослуживцы, черти такие, задарили карты…
— О, так мы в дурака резаться будем на раздевание? — Не договариваю, что я и так разденусь по первой его просьбе.
Эта игра в «приличия» заводит меня сильнее, чем гипотетические карты.
— Нет, там не простая колода. Они что-то вроде карт на желание. Сейчас принесу.
И пока я гадаю, что же это за волшебные карты на желание, Стас возвращается с колодой.
На первый взгляд обычные игральные карты с черной рубашкой.
Но как только я переворачиваю первую из колоды, вижу, что «лицо» поделено на две части.
Вверху масть и достоинство, а внизу текстом прописано задание: «Французский поцелуй».
Показываю карту Стасу, тот читает и пожимает плечами.
— Кто уже опробовал колоду, говорили, что попадаются совершенно разные задания. Спеть песню, ругнуться матом, позы для секса, куни, есть даже покупка брюликов…
На последнем не выдерживаю и подкалываю:
— И что, многие в ювелирку после игры бегали?
— Нет, чаще все-таки выпадали позы из камасутры, но если мне выпадет такой «фант», то я готов спустить все свое жалование на каратник. Слов на ветер не бросаем. Ну что, Эля, рискнешь со мной сыграть?
Глава 6
Охотно киваю.
На самом деле мне наплевать на мнимые блага.
Я и сама могу себе позволить не только камушки.
Но обыграть противника — мое кредо в работе и по жизни.
Стас придвигает поближе ко мне кресло и делит колоду на две части.
— Правила простые, кладем по очереди из своей стопки карту лицом вверх до тех пор, пока не совпадет масть. Если совпало, тот, у кого достоинство карты выше, забирает всю колоду себе, попутно выполняя желание. Всё понятно?
— Вполне, начинай.
Первое задание попалось мне и было банальным «Помой посуду».
Показательно мою бокал из-под шампанского. Никакой другой посуды в номере просто нет. Ну не ведро же мне со льдом полоскать.