Я тебя загадала (СИ)
Обаятельного всё же.
***
— Угостишь сигареткой?
Странно, что я до сих пор не осадила попрошайку за панибратское «ты». Молча показываю свою сигарету. И все равно зачем-то поясняю:
— Последняя.
— Вопрос жизни и смерти. — И пижон вместо того, чтобы убраться восвояси, берет мою ладонь и подносит к своему лицу.
Обалдело смотрю на него, пока тот курит, превратив мою кисть в импровизированный мундштук.
Его губы несколько раз задевают пальцы, и это вызывает мурашки по всему телу. Я нахожу в этом простом действии что-то интимное.
Во взгляде напротив замечаю искры интереса.
Сглотнув, как завороженная слежу за движениями мужчины.
Вкрадчивые, осторожные и вместе с тем уверенные.
Мою руку он держит словно ножку бокала, с необходимой твердостью, без перегиба в жесткость.
Делает затяжки аккуратно и выпускает дым в сторону от меня.
Хмыкаю.
Джентльмен, бляха муха.
Фары подъезжающей машины разбивают наш стихийный тет-а-тет.
Моя карета подана.
Пижон отпускает руку из захвата, забирая сигарету себе.
— Стас, — представляется и протягивает мне клочок бумаги.
Машинально беру, и только после этого непонимающе смотрю то на мужчину, то на зажатый в ладони листок.
— Ты мне очень понравилась…
На эту неприкрытую лесть фыркаю. У него точно что-то с головой, раз я покорила его потеками косметики на лице и в прикиде дешевой шлюхи…
— Набери меня. — И сказано это так, будто странный мажор Стас привык не просить, а командовать.
Не знаю, почему я не послала его прямо здесь, но прощаюсь я вполне миролюбиво:
— Вот это вряд ли, Стас. Ну, не болей. Чао-какао.
И, игриво сделав ручкой, пробираюсь к машине.
Спину сверлит так, что аж лопатки зачесались.
Не сложно понять, кто палит.
Усаживаясь в такси, оглядываюсь на крыльцо. Стас никуда не уходит, смотрит.
Ловлю его взгляд — через чур внимательный, запоминающий. Так пристально смотрят дознаватели, таможенники и моя мама, когда я опаздываю на семейный ужин.
Серьезный дядька-то, а кулаки почесать любит, как пацан…
Посылаю ему воздушный поцелуй и захлопываю дверь.
Сомнительные знакомства точно не моя история.
Даже если выгляжу я так, что в моей испорченности нет никаких сомнений.
***
Глава 2
— Вот это фонарь! — присвистнув, Андрей оглядывает мое лицо. — Это я тебя так вчера на спарринге приложил?
— Тю. Не льсти себе, старичок, — подкалываю друга и бывшего сослуживца. — Дядя Стасик просто полез разнимать пьяную драку в баре, ну и получил по сра…
Резко замолкаю, разглядев за спиной Волкова любопытную мордашку старшей дочери. Следом за Софийкой высовывается и младшая Агата.
На личиках обеих неприкрытое любопытство.
Андрей красноречиво задирает бровь.
Понял, принял, обработал. При детях ни-ни. А то потом будут щеголять новым словечком в садике.
— Гхм… по кумполу, — поправляюсь, а потом отодвигаю друга с порога и присаживаюсь, распахивая объятия:
— Ну привет, девчонки! Заждались дядьку Стаса? А я с подарками!
С визгом наследницы срываются с места. Подхватываю обеих на руки.
— Агата, куда раздетая!? — Яна спешит к нам. Следом за ней несутся два питбуля.
Сет сходу врезается в меня, стараясь облизать лицо. Узнал, добряк.
Острожная Альма держится поодаль, но и прятаться не спешит.
Сразу становится шумно и весело.
— Привет, Колючка! — отпускаю девочек и принимаю поцелуй в щеку, а потом тут же получаю взбучку в духе Язвы Горячевой.
— Сто лет тебя ждали. Ты на черепахах к нам добирался?
— Ага. Всю жопу отсидел… — брякаю, не задумываясь.
Андрей молча пихает меня кулаком в плечо.
— В смысле, перда… эээ… попу, в общем.
Жена друга прожигает меня красноречивым взглядом.
— Проходи, не стой на пороге! А ты, девушка, марш наверх одеваться. К такой растрепе дедушка Мороз не придет…
Яна подхватывает Агату на руки. Она тут же начинает хныкать, и старшая мстительно добавляет:
— Зато по жопе надают.
Ну, что я говорил? Слово уже ушло в народ.
***
— Чем там город дышит? — Яна ставит передо мной кружку с кофе и кладет стандарт обезбола.
Благодарно смотрю на нее.
— Моя спасительница! За хороший крепкий кофе готов целовать ваши ручки…
— Не обольщайся, Мартынов, она туда или плюнула, или яду подсыпала, — Андрей спускает меня с небес на землю. — Хотя не уверен, что в слюне нет яда.
— И я тебя тоже люблю, дорогой. — Яна посылает мужу теплую улыбку
Она изменилась.
Порывистые движения сменились более плавными. Задиристый ежик давно отрос в косу до самой задницы.
Годы в Красноярске сделали из Нижегородской Язвы самую настоящую сибирскую Волчицу.
Наблюдаю за шуточной пикировкой супругов.
Андрюха заматерел. Хотя, куда уж больше. Но вчера на ринге погонял меня, как сопливого пацана. И ведь не скажешь, что пять лет назад овощем мог остаться.
Если бы не Янка… и не ее легендарный папаша… Не знаю, что бы было. (историю Яны и Андрея читайте в романе "Беда майора Волкова" — прим.автора)
Хорошо, что история не терпит сослагательных наклонений.
Они с Яной оба молодцы. Справились со всеми трудностями. Детей вот завели.
А дядя Стасик в свои тридцать пять все в девках ходит. Ни дерева, ни сына, ни поцелуев от жены по утрам.
— Так что там с городом? — выводит меня из размышлений вопрос Яны.
Пожимаю плечами.
— Сто и т, куда же он денется… Новостройки растут, как грибы после дождя. Идиотов на дорогах стало больше. Да и не только на дорогах попадаются…
— Тебя можно поздравить с очередным повышением?
— Майор Мартынов к вашим услугам. — Показательно кланяюсь и тут же морщусь от прострелившей в башке боли.
От Андрея и раньше мало что можно было скрыть, а сейчас и подавно.
Подполковника фейсов не за красивые глаза дают и не в качестве подарка на сорокалетие. Волчара держит спецуру в железном кулаке.
— К нам не надумал перевестись? Мне позарез нужен толковый заместитель…
— Не, не, не, друг, — перебиваю Андрея. — Я согласен быть только под бабой, иф ю ноу вот ай мин.
Яна фыркает в свою чашку, разбрызгивая кофе, а потом протягивает руку и звонко щелкает по лбу Андрея.
— Я же тебе говорила, что он откажется. А ты заладил со своими перспективами.
Смеемся, когда в кухню просачивается Соня, а следом за ней хвостиком крадется Агата.
Старшая забирается ко мне на колени, кладет ладошку на щеку:
— Больно? — Оглядывает мою опухшую и помятую рожу.
А потом дует на фингал, смешно оттопырив щеки.
— Так мама делает всегда. Надо подуть, и всё пройдет. А сейчас больно?
— Нет, принцесса. Ты уже все вылечила. — Подмигиваю ей, и она тут же расплывается в широкой счастливой улыбке.
— Был у своих в Новосибе? — Андрей ловит младшую и усаживает к себе.
— Еще успею. Отпуск большой у меня… Договорились, что после Рождества нагряну, а то там Кира женихается. Привезла с мамкой знакомить своего ненаглядного…
— А ты уж его по всем базам пробил, — подкалывает Волков.
Пожимаю плечами, не признавая его правду. Сволочей в жизни хватает, а младшая сестренка у меня всего одна.
— Дядь Стас, поедешь с нами в Бобровый лог? — спрашивает Соня, еще и ресничками так хлопает. Тут не только сердце старого вояки растает. — Там так красиво-о-о! И на собачках можно покататься…
Хмыкаю, представив, как морожу зад в санях.
— Не-е-е, это уж вы без меня. Дядя Стасик полюбуется красотами в другой раз.
Уже вчера налюбовался на одни нижние девяносто.
Девица с розовыми волосами и офигенной задницей меня покорила.
Всю ночь сегодня снилась, зараза такая. И уж что мы с ней только не вытворяли.
Проснулся с каменным стояком и твердой уверенностью, что она позвонит.
А меня чуйка редко подводит.