Моров. Том 3 (СИ)

— Я тебя понял, — ответил Николай Александрович.
* * *
Особняк дворянского рода Моровых. Иван Владимирович Моров.
Машина великого князя довезла меня до дома. А стоило ступить на первую ступеньку крыльца, как открылась входная дверь. Сделав шаг в сторону, управляющий склонил голову, приветствуя меня.
— С возвращением, Иван Владимирович, — произнес Даниил Игнатович. — Во время вашего отсутствия ничего примечательного не случилось. Почтальон доставил вам послание от дворянского собрания Москвы.
Я вскинул бровь, расстегивая рукава рубашки.
— Вот как? — переспросил я. — И чего им нужно от меня?
— Не могу знать, ваше благородие, — ответил Демин. — Стоит пометка «вскрывать лично». Я не осмелился заглядывать внутрь.
— Ну что же, посмотрим, что мне скажут благородные господа, — усмехнулся я. — Подготовьте «Коршун» к поездке, Даниил Игнатович. Меня ждут на приеме у Герасимовых.
— Слушаюсь, Иван Владимирович.
Сам я поднялся в свои покои, где меня встретила Наталья. Горничная как раз закончила освежать мой костюм. Черная классическая тройка, белая рубашка, туфли с острым носом.
— Прошу, Иван Владимирович, — произнесла она.
— Спасибо, — кивнул я, — дальше я сам.
Пока служанка выходила, я уже вскрыл плотный конверт серой бумаги, украшенный вензелем столичного дворянского собрания. Магии на нем никакой не было, обычные документы, так что подставы я не боялся.
Развернув сложенный вчетверо лист, я пробежался взглядом по тексту. Длинное официальное вступление сменилось деловым тоном. Меня приглашали на беседу в понедельник в три часа дня с членами дворянского собрания. Естественно, приказать они мне не могли, однако и игнорировать практически представителей всего дворянства не собирался.
Тема озвучена не была, лишь общие фразы, так что я лишь пожал плечами и убрал документ обратно в конверт. Мало ли у них может найтись вопросов ко мне? От наследства, оставленного Александром Васильевичем, до артефактов, которые у меня хотели бы заказать. Ну или могли предложить вступить в коалицию против правящего рода.
В любом случае раз дворянское собрание не доверило тему разговора бумаге, разговор предстоит достаточно серьезный, чтобы на него явиться. Я всегда могу отказаться от любого предложения, если оно не будет мне выгодно.
Переодевшись в подготовленный Натальей костюм, я спустился в гараж, где Даниил Игнатович уже завел двигатель «Коршуна». Управляющий открыл мне заднюю дверь, и я занял место на сидении.
Мы выехали с моей территории, и через пять минут на телефон пришло сообщение. Развернув уведомление, я прочел отчет Олега Ивановича. Лавка была завершена, бригадир просил назначить день и час, когда я смогу прибыть для принятия работы и подписания акта выполненных работ.
Естественно, не следовало забывать и об оплате — несколько авансовых платежей я вносил в процессе стройки и обустройства, но финальная часть в половину суммы уйдет на руки людям только после подписания акта.
Поставив себе напоминание в телефон, чтобы разобраться с этим вопросом вечером, я убрал аппарат в карман. Приятно знать, что лавка, наконец-то готова, хотя еще предстояло заставить ее оборудованием и мебелью, однако это уже огромный шаг вперед. Интересно, Антонина Владиславовна согласится на мое предложение, или продолжит отказываться в пользу званий Службы Имперской Безопасности?
До особняка Герасимовых мы добирались едва ли не через весь город. Территория, огороженная ажурным кованным забором, была огромной — таких владений, как у меня, на ней бы разместился с десяток. Трехэтажный длинный особняк, стилизованный под русский стиль архитектуры с позолотой, колоннами и всеми прочими атрибутами, возвышался над окружающим особняк густым лесом. Высаженные в строгом порядке туи закрывали задний дверь от посторонних взглядов, но именно там и должен был проходить прием.
Еще только подъезжая к воротам, я обратил внимание на количество украшенных гербами автомобилей. Кажется, весь цвет благородного сословия почтил своим присутствием прием Герасимовых. Но первым я заметил автомобиль Солнцева.
 
— Прибыли, Иван Владимирович, — сообщил Демин, останавливая машину.
Слуга с гербом рода тут же открыл мне дверь, и я выбрался наружу.
— Добро пожаловать, ваше благородие, — с поклоном произнес слуга. — Прошу вас следовать по этой дорожке, она выведет вас прямиком в сад.
Кивнув, я двинулся по выложенной небольшой плиткой тропинке, прорубленной среди аккуратно постриженной зелени. Карликовые деревья с пышной кроной были оформлены в виде почетного эскорта, даже подобие сабель смыкалось над головой. И в этом не было ни капли магии — только ручной труд садовников.
У выхода в сад меня встретил высокий широкоплечий пожилой мужчина с седыми усами, свисающими ниже подбородка. На нем был мундир старого образца, на груди прикреплены награды — немного, но каждая значимая для знающих людей. Выбритая до синевы голова и жесткий подбородок, раздвоенный будто ударом топора. Да и весь Герасимов за исключением усов был таковым: куском камня, из которого резчик решил ваять человека.
— Иван Владимирович! — улыбнулся он, первым протягивая руку. — Рад приветствовать вас на моем приеме.
— Благодарю за приглашение, Никодим Павлович, — ответил я, наклоняя голову и отвечая на рукопожатие. — Рад лично познакомиться с человеком, овеянным такой боевой славой!..
Конечно, я ему польстил, однако не слишком. Никодим Павлович по традиции своего рода построил военную карьеру, и благодаря таланту и правильному воспитанию не раз разбивал врагов Российской Империи в сложных боях. Потому и награды, которые он решил сегодня надеть, были именно за реальные успехи в сражениях.
— Мне приятно видеть потомков нашей старой гвардии в своем доме, Иван Владимирович, — произнес глава рода. — Учитывая международную обстановку, не лишним будет взглянуть, кто станет охранять покой Российской Империи в ближайшие годы.
Сам он уже был на заслуженной пенсии. Семьдесят лет все-таки, по возрасту пора. А вот старший сын пятидесяти лет вполне годился для генеральского звания и места в генеральном штабе.
— Защита Родины это долг каждого дворянина, Никодим Павлович, — ответил я.
Он отступил в сторону, пропуская меня в сад.
— Прошу, проходите, Иван Владимирович, уверен, вам понравится наш прием.
Огромная площадь, окружённая высокими туями, была заставлена столами, вокруг которых крутилось множество благородных гостей. В глаза сразу же бросались люди в военной форме. Они не держались в одном коллективе, но их количество задавало тон всему приему. Когда каждый второй гость — офицер той или иной армии, остальным мужчинам приходится держать себя под стать.
Слуга объявил о моем приходе, и я двинулся вглубь сада. Знакомых гербов было немало, однако первым ко мне направился Солнцев.
Венедикт Кириллович двигался ко мне, опираясь на трость, с широкой улыбкой на лице. Под руку с ним шагал мужчина лет тридцати пяти, также носящий герб Солнцевых на своем костюме.
— Иван Владимирович, рад вас видеть, — произнес глава рода, чуть наклонив голову. — Прекрасно, что вы смогли выбраться на этот замечательный прием.
Из его уст вроде бы фраза звучала нормально, но мы оба понимали, о чем на самом деле речь. Ведь если бы я не явился к Герасимовым, Венедикт Кириллович наверняка бы раздул из моего ареста громкий скандал.
— Взаимно, Венедикт Кириллович, — ответил я, чуть склонив голову.
— Позвольте представить вам моего наследника, Антона Сергеевича, — кивнув в сторону сопровождающего, заговорил Солнцев.
Мужчина открыто улыбнулся мне и протянул ладонь. А я удостоверился в том, что в его резерве нет ни следов магии крови, ни магии смерти. И ответил на рукопожатие.
— Приятно познакомиться, Антон Сергеевич, — сказал я, отпуская его сухие пальцы. — Надеюсь, наше знакомство продолжится в положительном ключе.
Наследник ничуть не смутился.