Моров. Том 3 (СИ)

Тоже ничего необычного — согласие посетить прием в назначенный день и час, дата и подпись. Завтра Демин отправит корреспонденцию курьерской службой, так что пока что этот вопрос будет закрыт.
А завтра меня ждал другой прием. Посмотрим, чем решит покормить меня ученица.
* * *
Квартиру Жданова так и не сменила. Так что прибыл я в то же самое место, в котором уже однажды побывал. Сразу же бросилось в глаза, как изменилась придомовая территория — все покрашено, пострижено, приведено в порядок. Не иначе как звание лейтенанта, проживающего в одной из квартир, сыграло свою роль.
Поднявшись на нужный этаж с букетом цветов в руках, я надавил на кнопку дверного звонка. Дверь открылась, и моему взору предстала прекрасная блондинка.
Естественно, никакой униформы на ней не было. Только легкий белый сарафан, выгодно подчеркивающий достоинства фигуры. Волосы Жданова убрала в высокий хвост.
— Заходите, Иван Владимирович, — с улыбкой произнесла она, отступая на шаг в квартиру.
— Благодарю, Антонина Владиславовна, это вам.
Приходить с пустыми руками было неправильно, дарить украшение я тоже счел излишним. А цветы — всего лишь знак внимания хозяйке, устроившей для меня ужин.
— Спасибо, — приняв букет, она на секунду опустила к оранжевым розам лицо и вдохнула их аромат. — Мне очень приятно.
Я кивнул, прикрывая за собой дверь.
— Проходите, Иван Владимирович, вы уже были в моей квартире, так что, полагаю, не потеряетесь? — не прекращая улыбаться, она тем не менее чуть напряглась.
И не потому, что стеснялась находиться со мной наедине в закрытом помещении. Что уж там скрывать, как мужчина и женщина мы друг друга привлекали, это было заметно. Дело в воспоминаниях, связанных с похищением.
Но ничего говорить или утешать сейчас девушку не требовалось. Она уже не маленькая, а вполне самостоятельная женщина. И если бы я начал сейчас ее заверять в том, что ничего подобного ей пережить больше не случится, то, во-первых, мы бы оба знали, что я соврал. А во-вторых, в наших взаимоотношениях это бы провело определенную черту.
— Благодарю, Антонина Владиславовна, — кивнул я, снимая куртку.
— А я пока закончу последние приготовления, — ответила моя ученица.
Все тот же зеркальный шкаф зашуршал, когда я открыл его дверцу и повесил верхнюю одежду на вешалку. Хозяйка квартиры уже упорхнула, чтобы поставить букет в вазу. А я взглянул на свое отражение и поправил ворот рубашки. Передвигаться я по-прежнему предпочитал на мотоцикле, так что одет был соответствующим образом.
А через пару минут мы уже сидели на кухне за небольшим столом.
Антонина Владиславовна действительно расстаралась. Все было приготовлено отлично.
Ни о чем важном не разговаривая, мы просто наслаждались едой.
Консоме из телятины, жаркое. Даже десерт в виде желе, составленного из всех оттенков красного.
— Пожалуй, я давно не ел так вкусно, — произнес я, откладывая приборы. — Спасибо за угощение, Антонина Владиславовна.
Девушка довольно улыбнулась, чуть прикрыв глаза.
— Я очень рада, что вам понравилось, Иван Владимирович, — произнесла она. — Если вы не против, перейдем в зал?
Отказываться я не стал. Тем более что хозяйка явно собиралась о чем-то поговорить.
Пока она осталась на кухне, чтобы убрать посуду, я прошел в комнату.
Несколько печатей, наложенных в строгой последовательности, превратили помещение в маленькую крепость. А заодно создали помехи в прослушивающих устройствах. Подозреваю, сама Антонина Владиславовна о них либо не знала, либо сочла ненужным их убирать.
Я, конечно, не специалист в шпионаже, однако несколько жучков у нее имелось. Так что создать вокруг них электромагнитное поле было делом несложным.
Я присел на диван, установленный напротив нового телевизора. Девушка не заставила себя долго ждать и вернулась едва ли не в тот момент, когда я положил руку на подлокотник.
— Иван Владимирович, — произнесла она, садясь рядом, но так, чтобы между нами оставалось свободное пространство, — я бы хотела с вами серьезно поговорить.
 
Кивнув, я улыбнулся.
— Я вас внимательно слушаю, Антонина Владиславовна.
Но начать разговор ей явно было непросто. Несколько секунд Антонина Владиславовна молчала, собираясь с мыслями. Наконец, сложила руки на колени, поправляя подол сарафана.
— Вы же помните Скворцова? Он был моим капитаном, когда я только поступила на службу в ведомство.
— Да, я помню его, — подтвердил я. — Сложно забыть человека, который сообщает тебе о смерти единственного кровного родственника, а потом подсылает тебе девушку, чтобы она за тобой следила.
Означенная девушка, видимо, вспомнила наш диалог на эту тему и покраснела от смущения.
— Дело в том, что он возглавил внутреннюю службу безопасности. И снова пришел ко мне с тем же требованием.
— Вот как? — приподнял бровь я. — И что же, на него не действуют правила, установленные его императорским величеством в отношении нашей учебы?
Как и думал, Жданова была не осведомлена, что ее квартиру прослушивают. Иначе бы не стала рассказывать мне о Скворцове у себя дома. Слишком это ее саму компрометирует в глазах человека, который теперь отвечает за внутреннюю безопасность ведомства, в котором служит лейтенант.
— Действует, — ответила девушка, тряхнув головой, отчего ее хвост мотнулся от плеча к плечу. — Но его распоряжение касается не нашей учебы и не знаний, которые вы мне передаете.
Я нахмурился, а она продолжила.
— Насколько я понимаю ситуацию, наверху очень хотят получить… — она закусила губу, взяв паузу, прежде чем заговорить снова: — Продолжение рода Моровых, Иван Владимирович.
То есть после того, как наследнику престола ничего не обломилось в этом плане, решили зайти с другой стороны. Интересно, а будущий император в курсе, что кто-то из его родственников пытается всучить мне законное право пожаловаться дворянскому собранию на вмешательство во внутренние дела рода Моровых?
По закону государь может предложить своих кандидатов для брака в том случае, если дворянин не может найти себе пару. Но именно что предложить. Права указывать у монарха уже нет около века — дворяне добились подписания соответствующего закона. Если у меня появятся доказательства, я могу прийти к дворянскому собранию столицы, изложить претензии, и начнется разбирательство, которое я выиграю и получу некую компенсацию.
Естественно, что-то из этого возмещения прилипнет к рукам председателей дворянского собрания, однако с государством в таких делах судиться выгодно. И, черт возьми, это создает такой повод еще раз прижать правящий род, что только последний идиот станет вести дело к суду.
— Вы же понимаете, Антонина Владиславовна, что я на такое не пойду? — уточнил я. — Вы прекрасная девушка, талантливая чародейка, и, говоря на чистоту, у вас такой потенциал, что большинство магов вашего поколения станет пресмыкаться перед вашим могуществом, когда вы его реализуете. Мы могли бы составить неплохую партию, как супруги. Но у нас с вами другие отношения, и я бы не хотел, чтобы они вот так закончились.
Она кивнула.
— Я говорю вам об этом потому, что уже однажды выбрала с вами честность, Иван Владимирович, — произнесла девушка. — И не собираюсь изменять этого решения. Однако Скворцов может запросто обернуть этот приказ против меня. И тогда я лишусь не только звания, жалованья и места в Службе Имперской Безопасности. Но и обучения у вас, а именно его я терять не хочу. Я, наверное, впервые в жизни занимаюсь тем, чего мне на самом деле хочется. Вы открыли мне мир магии, Иван Владимирович, так, как не смог никто другой.
Я улыбнулся и взял ее за руку.
— Антонина Владиславовна, скажите, а кто мне запретит вас учить, если вы перестанете быть лейтенантом Службы Имперской Безопасности? — спросил я. — Как глава благородной семьи, я имею право на многое. В том числе заключать разные договора. Чем мне помешает Скворцов, если вы будете свободным человеком, а я предложу вам хорошие условия? Вы ведь помните, я уже предлагал вам работать в моей лавке.