Моров. Том 3 (СИ)

— Как я и говорил, у меня есть много заклинаний, — пожал плечами я.
— В том числе те, к освоению которых я приступить не готова, — заметила Варвара Константиновна. — Но у меня есть опыт, которого у вас быть не должно.
Я равнодушно пожал плечами.
— Любая магия доступна тому, у кого хватает силы и умения ее применить. Чтобы поднять мертвеца, не нужно быть узким специалистом, — ответил я. — К тому же вы наверняка видели по камерам, что контроль над таким количеством мертвых дался мне не так уж и легко.
— Вы были дезориентированы, но это вашим врагам не помогло. А еще вы поглощали души тех, кого ваши мертвецы убивали.
— Это не душа, — поправил я собеседницу. — Вы используете неверную терминологию, Варвара Константиновна. Жизненная эссенция, которую я поглощаю, это не что иное, как запас жизненных сил, формирующихся в резерве. Да, немного похоже на душу, но это не она. Чем больше узлов открывает маг, тем больше у него жизненной эссенции, и точно так же, если пережечь узел, ее количество снижается. Что само по себе показывает, что никакого отношения к душе эта субстанция не имеет.
Легостаева хмыкнула.
— И как же Моровы удержали этот секрет в тайне? — задала она новый вопрос. — Мой дед служил вместе с вашим. Но Александр Васильевич никогда не показывал такого уровня информированности. Архивы Легостаевых содержат достаточно сведений, Иван Владимирович, в том числе по смежным школам чародейства. Вы не вписываетесь в картину миру, Иван Владимирович.
Я улыбнулся и кивнул в сторону портсигара.
— Вы хотите что-то мне сказать, Варвара Константиновна? — уточнил я. — Пожалуйста, не забывайте, что мы на одной стороне, и я не хочу превращаться в вашего врага. Как вы, надеюсь, понимаете, вам меня не одолеть, и если вы выйдете против меня в поединке, вам придется отдать нечто большее, чем просто портсигар.
Некромантка запрокинула голову и рассмеялась.
— Вы делаете мне предложение, Иван Владимирович? — немного успокоившись, спросила она.
— Боюсь, я не могу его сделать, — покачал головой я. — Если я правильно все понял, уже завтра принц Акрам подарит мне свою соотечественницу в качестве то ли наложницы, то ли супруги.
На мгновение Варвара Константиновна нахмурила брови.
— Какая наглость, — стряхнув пепел, прокомментировала Легостаева. — Мало того что вы спасли ему жизнь, так он еще и вас прибрать к рукам решил. Надеюсь, вы не рассчитываете войти в род правителей другой страны, Иван Владимирович?
— Мне хорошо в Российской Империи, Варвара Константиновна, — ответил я, поднимаясь с кресла. — Вы, возможно, не заметили, но я не так давно открыл четвертый узел. Учитывая срок, за который мне это удалось, а также тот факт, что я сегодня проявил себя настоящим героем, спасая гостей Завьяловых и даже целого принца — я очень хорошо устроился на родине. Зачем мне переезжать в пустыню, где, кроме нефти и бедуинов, ничего нет?
Само собой, до разговора об артефактах мы с Завьяловыми не дошли. Сначала его высочество Акрам, затем гости — у хозяина особняка просто не оказалось на меня времени.
Я, собственно, тоже не возражал отбыть поскорее. И лишь у самой машины меня перехватил седой мужчина.
— Иван Владимирович, постойте, — обратился ко мне он, едва не хватая за рукав.
Екатерина Вячеславовна, уже открывшая мне дверь, ситуацию проигнорировала. Все нападение она вместе с остальными оказавшимися в гараже слугами просидела заблокированной. Что, полагаю, стало поводом для нервов.
Во время убийства великого князя Александровой не было рядом. И если бы еще и я умер под ее надзором, помощнице задали бы очень много неприятных вопросов.
— Я вас слушаю, — обернувшись, кивнул я.
Мужчина тяжело вздохнул.
— Вы спасли многих сегодня, Иван Владимирович, — заговорил он, собравшись с силами. — Но мой сын погиб. И вы воспользовались его телом.
— У вас есть возражения? — уточнил я.
Конечно, он бы мог мне что-то сказать по этому поводу. Потребовать компенсации за поругание тела. Даже в суд подать и его выиграть. Что дворянское собрание, что церковь поддержат его в этом деле.
 
— Нет, я хотел вас поблагодарить, — качнул головой тот. — Вы дали моему сыну отомстить. Пусть и после смерти. Спасибо вам, я этого не забуду.
И, больше не сказав ни слова, он поспешно удалился, с трудом сдерживая эмоции.
Сев в машину, я откинулся на сидение.
— Кто это был? — спросил я у своей помощницы.
Уж она-то точно должна была знать всех гостей по долгу службы.
— Андрей Семенович Островский, — пояснила та. — Его род уже три поколения занимается вопросами благоустройства столицы.
Полезное знакомство. Хоть он и не представился.
— Домой, Екатерина Вячеславовна.
— Слушаюсь, Иван Владимирович.
Многое я мог бы сказать про этот день, но следующее утро показало, что я рано расслабился.
За завтраком к моему особняку подъехал кортеж с гербами принца Акрама. Сам его высочество не приехал, но вчерашний переводчик прошел в дом в компании пары телохранителей, каждый из которых оказался магом с тремя узлами.
И девушкой в традиционном для стран шариата наряде. К которой прилагалось такое количество вещей, что я почувствовал себя рядом с ней просто нищим. Дорогие ткани, натуральные сундуки с украшениями, одних нарядов несколько мешков.
Ну вот что мне дома не сиделось⁈
— Иван Владимирович, — обратился ко мне переводчик, — от лица его высочества Акрама я вручаю вам подарок на память о вашей встрече.
— Передайте, пожалуйста, его высочеству, что я искренне его благодарю, — с должным поклоном ответил я.
Видя, что я немного растерян, мужчина усмехнулся.
— Перед вами Аиша, жемчужина гарема его высочества Акрама, — пояснил он. — С настоящего момента она ваша. И вы вольны поступать с ней так, как сочтете нужным.
А приблизившись ко мне, уточнил, едва шевеля губами, чтобы не услышали посторонние.:
— Девочка была подарена его высочеству от одного влиятельного рода, но происходит она из Российской Империи. Виновные в торговле людьми были наказаны, однако девочку к тому моменту уже некуда оказалось возвращать, — пояснил он, после чего добавил уже громче: — Она прекрасно обучена всему, что должна знать девушка из гарема принца. И до вчерашнего дня управляла остальным гаремом.
Ну, хотя бы язык должна знать. А то я бы не представлял, как с ней общаться вообще. Вряд ли Екатерина Вячеславовна знает арабский.
— Передайте мою искреннюю благодарность его высочеству, — повторил я поклон. — Это воистину щедрый дар.
Посольские покинули мой дом. Аиша оставалась все это время стоять, даже не шелохнувшись, как будто происходящее ее никоим образом не касается. Лишь когда визит окончился, я жестом велел ей следовать за мной.
«В моем особняке становится все больше женщин», — подумал я, открывая первые попавшиеся гостевые покои. Слуги поддерживали чистоту во всем доме, так что все было готово к прибытию посетителей в любом помещении.
Остановившись посреди комнаты, я обернулся. Девушка, как будто только этого и ждала, чуть присела, изображая приветствие, а затем неуловимым движением избавилась от верхней одежды.
Под которой оказался наряд восточной танцовщицы. Очень мало что скрывающий наряд. На лице — полупрозрачная маска, небольшая грудь поддерживается иллюзорным лифом, имитирующем змеиную кожу. Открытый живот с пирсингом в пупке, полупрозрачные шаровары на тонком ремне из змеиной кожи. Босые ступни украшены парой колец, а на щиколотках — цепочки.
— Мой господин, — произнесла Аиша с едва уловимым акцентом.
Было слышно, что ей нелегко говорить по-русски. Видимо, сказывалось отсутствие практики.
— Ты посвящена в ислам? — спросил я.
— Да, мой господин, — склонила голову она.
— Ты знаешь, что на территории Российской Империи запрещено многоженство?
— Да, мой господин.
— И гарема у меня нет и быть не может.
— Да, мой господин.
— Тогда кем ты себя видишь в моей жизни? — задал я вопрос, на который у меня самого не было ответа.