Ожившие кошмары (сборник) (СИ)
Весь дом проснулся мгновенно. Слуги и наставницы выбежали из своих комнат. Вот только до меня они добрались совсем нескоро, потому что у подножия лестницы лежало бездыханное тело Марлен.
VНи один констебль до нас так и не доехал — слуги сказали, что ночью дорогу завалило деревьями. А пытать свою удачу в лесу никто не собирался. Впрочем, это только пока. Страх охватил всех, и сами девушки поговаривали о том, что лучше уж попытаться сбежать, чем ждать здесь своей скорой смерти.
В эту ночь мы обнаружили не только Марлен. В учебном классе, там, где мне так явно мерещились скрипы и шаги, нашлась и малышка Дотти. Причем именно я увидела ее первой.
Когда все собрались у подножия лестницы, я ринулась наверх, в ту самую комнату, повинуясь немыслимому порыву. Когда я открыла дверь, Дотти сидела ко мне спиной. Ее волосы были распущены и волнами спускались по всей спине, руки были сложены на столе. Она не повернулась на звук моих шагов и не вздрогнула, когда я позвала ее по имени.
Я медленно приблизилась к ней и обошла стороной. Но стоило мне бросить взгляд на ее лицо, как я пошатнулась и, судорожно отступив назад, опустилась на пол.
Лицо Дотти было искажено страшной гримасой. Глаза выпучены, брови подняты высоко, словно их натянули руками, а губы… Губы были растянуты в дикой нечеловеческой улыбке. Изо рта вываливался почерневший язык, и она словно дразнила сама себя в маленьком зеркальце. Ее взгляд так и застыл на своем отражении, а руки окостенели на его рукоятке. Сама не понимая зачем, я поднялась, обошла девушку со спины и заглянула из-за ее плеча в зеркало. Все та же ужасающая гримаса смотрела на меня с отражения, но вдруг ее взгляд дернулся и поднялся прямо на меня. Ухмылка расширилась, и в моих ушах раздался тихий скрипучий смех.
Я беззвучно закричала и вылетела из комнаты, не в силах сделать и вдоха. Этот смех и этот взгляд преследовали меня до первого этажа, пока я не увидела вошедшего в дом отца Генри и не повалилась со слезами в его объятия, моля избавить нас от происков зла.
Утром, когда тела девушек засыпали землей, мы принялись вытаскивать из дома все зеркала. Никто уже не сомневался, что нас преследуют темные духи, никто уже не насмехался над историями о чудовищах и призраках.
Мы складывали зеркала в глубокую яму. Большие, с витиеватыми резными рамками, крохотные дамские с плоскими изрисованными рукоятками, старые поломанные с деревянной оправой и мелкими трещинками на грязной поверхности.
Когда мы вместе с Грейс тащили очередное зеркало по двору, я не удержалась и быстро глянула в его отражение. Ничего особенного. Обычная девушка, обычный дом, обычный слуга за спиной. Я резко обернулась. Позади меня никого не было.
— Давай скорее… — пробормотала я, утыкаясь взглядом в землю. — Нужно избавиться от него.
— Думаешь, это поможет? — пыхтя, отозвалась Грейс с другой стороны. — Вдруг мы только его разозлим? — я услышала, как она сглотнула.
— Мадам Розалин считает, что духи ходят через зеркала. Если мы зароем его в землю, может, он не отыщет к нам путь.
— Отцу Генри это не понравилось, — прошептала она, слегка кивая в его сторону.
Мужчина стоял на пороге своего домика и мрачно наблюдал за нашими действиями. За все это время он так к нам и не присоединился.
— Говорит, мы поддаемся суевериям, а это только отдаляет нас от Бога.
— И что же он тогда предлагает? — злобно выдавила я. — Чтобы мы смиренно ждали своей смерти?!
— Нет же… — удивленная моей резкостью, ответила Грейс. — Он просто… просто хочет помочь.
— Столько дней прошло, а он ничего не сделал, — продолжала я. — Только напраслину наводит на других!
— Что ты такое говоришь? — ахнула она, едва не уронив зеркало со своей стороны.
Я не ответила, покачав головой. В молчании мы донесли зеркало до ямы и аккуратно спустили его туда.
— Последнее? — строго спросила наставница Бернадин.
— Нет, мадам, еще одно несут Хезер и Джейн.
— Хорошо, ступайте. Отправляйтесь в свою комнату и не выходите, пока не будет велено.
— Да, мадам, — ответили мы хором, присели в небольшом поклоне и поспешили к дому.
— Не оборачивайся, — прошептала Грейс, когда мы немного отошли.
— Почему? — так же тихо спросила я.
— Лес смотрит, — едва слышно ответила она. — На… наблюдает.
— И чем нам поможет твое «не оборачивайся», если он и так за нами наблюдает? — грубо спросила я, и Грейс тут же обиженно надулась.
Ее губы мелко затряслись, а в глазах появились слезы.
— Не реви, — тут же произнесла я, но тона не сменила. Не хватало еще утешать всех вокруг. — Лучше посмотри на отца Генри. Он так и не сдвинулся с места! Жалкий индюк!
— Сара! — в небывалом ужасе воскликнула Грейс и отскочила от меня. — Как можно! Ты расстроена, я знаю. Но ты говоришь ужасные слова!
— Поверь мне, Грейс, ты еще не слышала от меня самых ужасных слов, — фыркнула я и быстро пошла вперед. Потом резко остановилась, обернулась и произнесла, и не думая понижать голоса: — Странно, ты не находишь, что умирают только девушки? Ни наставницы, ни слуги не пострадали, не считая того глупого мальчишку, только воспитанницы. Почему же демон приходит только за нами?
— Я… я… не знаю, — заливаясь слезами, отозвалась Грейс.
— Может, кто-то никак не получит желаемое, вот и насылает на нас всякое зло!
Я резко развернулась, замечая на себе ужаснувшийся взгляд отца Генри, но только усмехнулась и как можно скорее отправилась в дом. Пусть знает, что я его не боюсь. Пусть поймет, что в тот день это его я видела в лесу. Я постепенно вспоминала. Солнечный день, теплые блики на лице, скрюченные ветви и темнота, собравшаяся между ними. И тропинка. Я сделала шаг на тропинку… А потом проснулась в чужой постели…
В доме стало тише, чем обычно. Несколько слуг собрали свои вещи и сбежали из пансиона, надеясь пробраться через завалы. Они решили, что уж лучше попытать счастья там, чем оставаться на верную гибель.
Из воспитанниц осталось всего пять человек, если считать и меня. Но мы по неясной нам всем причине только теперь задумались о том, чтобы выйти за ворота. Стоило подобрать юбки и убираться прочь, пока не стало слишком поздно, но мы все ходили и ходили по дому, собирая никому не нужные вещи. А когда вытащили свои мешки на улицу, поняли, что уже опоздали.
На воротах висел огромный ржавый замок, повешенный со стороны дороги, а не двора, и вокруг него были обмотаны тяжелые грязные цепи. Черная жижа стекала с них по металлическим прутьям, и что-то бурое запекшимися пятнами испещряло их крупные звенья.
— Теперь мы точно погибли! — истерично всхлипнула Грейс и повалилась наземь без чувств.
— Что за идиот решил насмехаться над нами! — зло воскликнула наставница Бернадин, но я услышала, как дрогнул ее голос.
— Мы же не пойдем через лес… — пробормотала Хелен.
— Надо выломать его! — заявила Джейн и, подойдя к воротам, начала яростно дергать цепи. — Открывайся же! — крикнула она.
Но цепи не двинулись даже на миллиметр, словно они пристыли к металлическим прутьям.
— Я больше не в силах, — бросила наставница Доррис и, как и Грейс, повалилась на землю.
И только спустя несколько минут, когда мы все же решили повернуть обратно, поняли, что она уже никогда не поднимется.
— Господи! — прошептала наставница Бернадин, склоняясь над женщиной. Вся ее суровость куда-то вмиг подевалась. — Господи! — повторила она.
— Вы верно взываете к Богу нашему, — произнес отец Генри, — но сейчас нам требуется иная Его помощь. Среди нас ходит демон, — он вдруг повернулся и посмотрел на меня: — В человечьем обличье.
Все дружно повернули головы в мою сторону. Я невольно отшатнулась.
— Простите, что оскорбила вас сегодня днем, отец Генри, но зачем вы так пугаете меня?
Мужчина покачал головой, состроив на лице горестную гримасу.
— Мне очень жаль, Сара, но ты допустила к своей душе злого духа.
— Прошу вас, перестаньте! — на одном выдохе произнесла я, отступая еще на несколько шагов.