Абсолютная Власть. Трилогия (СИ)

«Хотел бы я увидеть, каким ты стал. Ты всегда был похож на меня, и не только внешне. Я видел в тебе своё отражение, и поверь, очень гордился тобой, хоть и редко показывал. Прости за это, сын. Ты должен знать, что я люблю тебя».
У меня невольно перехватило дыхание. Мало того что тело реагирует на эти слова чувством горькой утраты — я и сам ощущаю, что Александр Градов был мне близок. Я не знал своего настоящего отца из прошлой жизни — он бросил меня и мать ещё до того, как я родился. Но с этим человеком из иной Вселенной я чувствовал родство. И было жаль, что я не смог увидеть его вживую.
  
'Но довольно эмоций. Я надеюсь, что в Тибете ты смог исцелить свой Исток. Ведь тебе предстоит тяжёлая борьба — и увы, я не могу сказать, окончится ли она победой. В предсказании не было ничего не этот счёт.
Перейдём к делу. Вместе с письмом в ячейке лежат деньги, четыреста тысяч рублей. Финансы никогда не бывают лишними, распорядись ими грамотно.
В свинцовых тубусах находятся договоры с нашими союзниками. Не вздумай открывать их во Владивостоке или в других местах с сильным технологическим полем! На свитках стоят кровные магические печати, которые могут потерять силу.
Договоры обязывают наших союзников помочь тебе. Спроси у Филиппа Евгеньевича, он расскажет подробности.
Кстати, о Базилевском. Он должен был поведать тебе истинную причину моего конфликта с графом Муратовым. Используй это, как посчитаешь нужным. И выполни одну мою просьбу — заставь его ещё раз встать на колени. Убьёшь ты его или нет, меня не волнует. Но я хочу, чтобы этот подонок снова преклонился перед Градовым'.
Непременно. В этом наши желания полностью совпали, Александр Петрович.
«Я знаю, что тебя ждёт долгий и тернистый путь. Поэтому перед тем, как начнёшь действовать, посети нашу охотничью избушку. Это поможет тебе отрешиться от мирских дел, ты сможешь напитаться магией и получить всё необходимое для дальнейшей борьбы».
Что-то подсказывало мне, что отец неспроста отправляет меня в этот домик. Уверен, он спрятал там или важные документы, или что-то ещё.
Необходимо туда попасть в ближайшее время.
'А что до кольца барона, не переживай об этом. Оно само найдёт тебя.
Я в тебя верю, Владимир. Сделай род Градовых великим. Знаю, у тебя получится'.
Внизу, ещё более мелким почерком, было расписано, как найти охотничью избушку. А затем стояли подпись и личная печать Александра Петровича.
Я ещё раз пробежался взглядом по письму, затем положил его обратно в конверт. Забрал тубусы с договорами, сунул деньги за пазуху и вышел из хранилища.
— Мы проводим вас до машины, господин, — сказал один из охранников.
— Не стоит, со мной мои дружинники. Благодарю вас.
— Всего доброго, — кивнул охранник, и они с товарищем вдвоём закрыли тяжеленную бронированную дверь.
Когда мы вернулись в дворянский зал, фон Берга там уже не было. Кто бы сомневался. Наверняка, рассерженный общением со мной, Генрих Карлович побежал отдавать приказы дружине.
Блондинка проводила нас до выхода, и мы вышли на улицу. Там ничего особо не изменилось, разве что солнце начало клониться к закату. Мои бойцы, равно как шпионы фон Берга и Зубра, были на месте. Коршун Карцевых тоже продолжал кружить в небе.
Хотя, когда я пригляделся, мне показалось, что птица растеряла большую часть своей ауры. Маг, который контролировал её, наверняка устал — если его не сменят, то к вечеру коршун исчезнет. А то и раньше.
— Что было в ячейке, Владимир Александрович? — спросил Базилевский, едва мы отошли от банка.
— Деньги, кое-какие бумаги и письмо от отца.
— А как же…
— Кольца не было, — опередил я. — Отец написал, что оно само меня найдёт.
— Непохоже на Александра Петровича, — нахмурился юрист. — Он никогда не полагался на волю случая.
— Значит, и в этот раз не полагался. Просто был уверен, что кольцо действительно попадёт ко мне в руки, что бы ни случилось.
— Хм. Возможно, — с сомнением сказал Филипп Евгеньевич и кивнул на машину. — Куда теперь?
— Я отдам приказы своим людям, а нам с вами нужно съездить за покупками.
— Какого рода покупки?
— Мясо, свежий хлеб, хороший чай, — ответил я. — Хочу отплатить вам за гостеприимство, а заодно как следует накормить дружинников. А пока будем ездить, хочу задать вам пару вопросов.
Я повернулся к своим людям:
— Дружина, ко мне!
Солдаты подъехали и спешились, встав передо мной полукругом.
— Слушайте внимательно, — сказал я. — Вы сами понимаете, что нас хотят убить и будут ждать на каждом выезде из города. Враги считают, что мы хотим вернуться в усадьбу, но это не так. Нам нужно посетить сначала деревню Романовка, а затем одно глухое место на северо-востоке.
— Разрешите узнать, что там в Романовке? — поинтересовался Секач.
— Я должен встретиться с провидицей. Уверен, она расскажет мне немало интересного.
Молча кивнув, дружинник спросил:
— Каков приказ?
— Приказ следующий. Разделитесь на три группы и поезжайте в разные стороны. Сделайте вид, будто присматриваете маршруты выезда из города. Поговорите с извозчиками и таксистами, узнайте, сколько стоит нанять машину для шести человек.
— А как же лошади? — прошептал Ночник.
— Не переживай, с ними всё будет в порядке. Все эти разговоры — только для видимости, чтобы запутать врагов. Через три часа встретьтесь на восточном выезде из города, шпионы должны подумать, что мы выбрали этот маршрут. Так что сделайте вид, будто подробно изучаете все возможные пути. Приказ ясен? Выполняйте.
Дружинники отдали честь, сели на лошадей и отправились в разные стороны.
Наблюдатели занервничали. Два всадника разделились и поскакали за разными группами. Коршун, немного покружив, тоже полетел за моими дружинниками. Машина с людьми фон Берга осталась на месте, но из неё выскочил мужчина и побежал к стоящему на углу таксофону.
— Хороший план, ваше благородие, — улыбнулся Базилевский, поправив очки. — Враги будут в смятении. Но как вы на самом деле хотите покинуть город?
— Скажем так, я собираюсь купить не только еду, — ответил я. — Позвоним вашему помощнику из дома, чтобы он кое-что сделал.
— Думаете, за ним не следят? Возле моей конторы уже несколько дней ошиваются подозрительные личности, — сказал юрист.
— Ничего, мы что-нибудь придумаем. Поехали.
Мы с Базилевским сели в машину, и я сказал водителю:
— На рынок, и не спеша. Хочу посмотреть город.
— Как скажете, ваше благородие, — ответил водитель, заводя мотор.
— Ну-с, Владимир Александрович, и какие вопросы вы хотели мне задать? — спросил Базилевский, когда автомобиль тронулся.
— Насчёт союзников, — я приподнял свинцовые тубусы. — Отец написал, что здесь хранятся договоры с кровными печатями.
— Неужели? — юрист приподнял брови. — Честно признаться, мне даже немного обидно. Ваш отец скрыл от меня это…
— А вы не сказали, что у нашего рода были союзники. Я думал, Градовы одни сражались против трёх родов.
— Союзники были, только они мало чем помогли, — развёл руками Филипп Евгеньевич. — Но в любом случае простите, я должен был рассказать.
— Всё в порядке. Расскажите теперь, кто нам помогал.
— Серебряковы, род вашей матери. Они были полностью истреблены в самом начале войны. Род был признан угасшим, всё имущество и владения отошли генерал-губернаторству, а затем распроданы.
— Разве не победители забирают всё?
— Там была довольно тёмная история, ваше благородие, — нахмурился Базилевский. — Честно говоря, я предполагаю, что это стало своеобразной взяткой генерал-губернатору. Взамен он закрыл глаза на то, какими варварскими методами велась война.
  
— Чем больше я узнаю о людях, стоящих при власти, тем меньше мне они нравятся, — заметил я.
— К сожалению, после смерти последнего императора власть и правда потеряла былой благородный облик. С тех пор как Российской империей стал править Совет Высших, становится всё хуже и хуже. Рыба, как говорится, гниёт с головы.