Абсолютная Власть. Трилогия (СИ)

Провидица подняла на меня взгляд, в котором читалась не только усталость, но и решимость.
– Я согласна помочь, Владимир. Но… – она запнулась. – Надеюсь, это не прозвучит цинично. Я хочу знать, что получу взамен.
– Справедливо, – кивнул я. – Взамен я предлагаю исцеление, Светлана. Твой дар больше не будет тебя убивать.
Она вздрогнула и прошептала:
– Это возможно?
– Для меня – да.
  
– Я… я так устала от боли, Владимир Александрович, – тихо призналась она. – Каждый день – это борьба. Каждое видение – пытка. Если есть шанс… хотя бы маленький шанс… я готова рискнуть.
– Хорошо. Тогда нам лучше не терять времени. Пойдёмте.
Я помог ей встать. Я взял статуэтку Жилы, мы вышли из кабинета и двинулись по коридору в сторону Чертога. По пути я встретил одного из слуг.
– Найдите Ладу, – приказал я. – Скажите ей немедленно отправиться в комнату, где мы с ней проводим тренировки. Пусть садится медитировать и накапливает как можно больше энергии.
– Да, господин, – слуга кинулся выполнять приказ.
Когда мы вошли в коридор чертога, провидица побледнела и вдруг резко остановилась, схватившись за моё плечо.
– А ваш Очаг силён…
– Раньше был ещё сильнее, – ответил я и повернулся к двери Чертога. – Пропусти её.
Как будто с недовольством, но Очаг подчинился, и Западня через минуту пришла в себя.
Мы вошли в Чертог. Насыщенный магией воздух встретил нас осязаемым сопротивлением. Очаг в центре зала пульсировал тревожным, неровным светом, будто чувствуя приближение чего‑то чужеродного и могущественного. Я запер массивную дверь изнутри и применил перстень, чтобы нам точно никто не помешал.
Наступила тишина.
– Приступим.
– Что нужно делать? – тихо спросила Светлана.
– Я покажу формацию, которая соединит Очаг и Жилу. Вам нужно создать её и затем влить как можно больше энергии. Элемент Предсказания, который в вас очень силён, поможет двум магическим существам обрести связь, – объяснил я.
Провидица кивнула:
– Хорошо. Я готова.
Я вывел в воздухе перед собой сложный светящийся узор из переплетающихся линий и рун. Он висел в пространстве, вращаясь и переливаясь.
Провидица внимательно изучила формацию, а затем глубоко вздохнула и сказала:
– Хорошо. Я готова.
Она подняла руки, и от её пальцев потянулись тонкие нити энергии, копируя мою формацию. Структура вспыхнула перед ней, такая же сложная и красивая.
– Теперь энергия, – велел я.
Светлана зажмурилась. Её тело напряглось до дрожи. Я почувствовал, как мощный поток силы хлынул из неё. Формация ожила, загудела, наполнилась невероятной мощью. Одновременно я ощутил яростное сопротивление Очага. Он возмущался, не желая принимать в себя чужеродное, пугающее своей силой сознание.
Я надавил на Очаг своей волей. Это была борьба на два фронта: поддержка Светланы и усмирение Очага.
Провидица из последних сил удерживала формацию. Из её носа протянулись две алые струйки, но она не прекращала вливать в заклинание всю себя без остатка. Чёрные пятна на её ауре вздулись, будто пришли в ярость от такого напряжения.
И вдруг связь состоялась. Раздался звук, похожий на чистейший хрустальный звон, смешанный с рёвом бури. Формация вспыхнула так ярко, что на мгновение ослепила меня. Тонкий, но крепкий луч вырос между статуэткой и Очагом.
Аномалия вздрогнула, когда к нему от статуэтки устремилась незнакомая энергия. Несколько мгновений спустя Жила растворилась в Очаге, и всё закончилось.
Формация погасла. Ноги Светланы подкосились, и она едва не рухнула на каменный пол.
Я бросился к провидице. Её аура, и без того изъеденная, теперь буквально разваливалась на глазах. Чёрные пятна расползались с чудовищной скоростью, пожирая последние островки светлой энергии.
Она умирала. Отдав все силы, Западня больше не могла сопротивляться своему проклятию.
Я подхватил её на руки, вылетел из Чертога и бегом понёсся по коридорам.
Ворвавшись в нужную комнату, я увидел Ладу. Она сидела в центре комнаты в позе лотоса и медитировала, как я и приказал. Воздух вокруг неё звенел от накопленной энергии.
Увидев меня с безжизненным телом на руках, девушка вскочила. Её глаза расширились так, что заняли половину лица.
– Владимир Александрович! Что… что случилось⁈
– Она умирает, – без обиняков сказал я, укладывая Светлану на пол перед испуганной целительницей. – Ты должна её спасти. Сделай то, чему я тебя учил.
– Ум‑мирает? – заикаясь, переспросила Лада.
– Ты справишься, – уверенно сказал я. – Сможешь спасти её жизнь. Давай, времени нет!
Девушка, побледнев, кивнула. Страх в её глазах сменился сосредоточенностью. Она опустилась на колени, положила дрожащие руки на грудь Светланы и закрыла глаза. Аура целительницы вспыхнула. Золотистый свет затопил комнату, сконцентрировался вокруг её рук и устремился в тело умирающей провидицы.
Но этого было мало. Чёрная зараза сопротивлялась, отступая, но не сдаваясь. Я присоединился. Положил свои руки поверх рук Лады, вливая в заклинание свою силу. Наша энергия слилась в единый поток – нежный, целительный свет Лады и сокрушительная мощь моей магии.
Мы работали в полной тишине, нарушаемой лишь прерывистым дыханием Светланы. Я чувствовал, как тело провидицы под моими руками постепенно согревается, видел, как чёрные пятна на её ауре тают под напором объединённых сил, рассыпаясь в прах и исчезая.
Вдруг Светлана глубоко, судорожно вздохнула, её глаза распахнулись. Они стали чистыми, ясными, как весеннее небо. Западня посмотрела на меня, потом на Ладу с выражением глубочайшего непонимания на лице.
– Всё получилось, – выдохнул я, убирая руки. Усталость накрыла волной, но это была приятная усталость.
– Получилось? – прошептала Светлана, садясь и оглядываясь. Она прикоснулась к своему лицу, к груди, как бы проверяя, что цела.
– Всё, – улыбнулся я. – Жила теперь в моём Очаге. А вы исцелены, Светлана. Ваш дар больше не убивает вас.
Она замерла, осознавая смысл моих слов. Потом её глаза наполнились слезами. Она попыталась что‑то сказать, но вместо слов из её груди вырвались лишь рыдания. Провидица схватила мою руку и прижалась к ней лбом, беззвучно плача.
Лада тем временем смотрела на свои руки, на которых ещё играли остатки золотистой энергии. На её лице застыло изумление. Она сделала то, что считала невозможным.
– Отведи Светлану в спальню, – распорядился я, обращаясь к Ладе. – Она нуждается в отдыхе. И ты тоже. Вы обе сегодня совершили нечто великое.
Лада кивнула, всё ещё не в силах вымолвить ни слова, и осторожно, почти благоговейно, помогла подняться Светлане. Они медленно вышли из комнаты, опираясь друг на друга. Одна – исцелённая, другая – навсегда изменившаяся.
Вечер выдался тихим и тёплым. Я сидел в кабинете и работал над очередным черепом ворона. Работа успокаивала, позволяя упорядочить мысли после бурного дня.
Вдруг родовой перстень на моём пальце дрогнул, а затем отчётливо потеплел. Знакомый сигнал. Перед мысленным взором всплыл образ – пышные каштановые волосы, насмешливый взгляд, чувственные губы. Карцева.
Я отложил резец и череп, откинулся в кресле и закрыл глаза, полностью сосредоточившись на связи. Сознание легко и привычно унеслось прочь.
Перед внутренним взором возникло внутреннее убранство полевой палатки, освещённой голубоватым светом кристальных фонарей. Бархатные подушки, походный столик с бутылкой вина.
Эмилия полулежала в складном кресле, закинув ногу на ногу. На ней был обтягивающий костюм для верховой езды, который сейчас выглядел скорее как костюм для соблазнения. Рубашка была расстёгнута настолько, что открывала бо́льшую часть груди, и графиня даже не пыталась это скрыть. В руке она лениво вертела полупустой бокал.
  
– Ну наконец‑то, – прозвучал её игривый голос. – Я уже начала думать, вы меня игнорируете, Владимир Александрович. Или, может, у вас есть дела поважнее, чем разговор со мной?