Абсолютная Власть. Трилогия (СИ)

– Вы скоро убедитесь, что это не так. Прямо сейчас, на ваших глазах, я разрушаю альянс и заставляю своих врагов делать необдуманные поступки. Фон Берг обречён. Муратов обречён. Но вы ещё можете отойти в сторону, ведь я не привык сражаться с женщинами, – я выпрямился и слегка улыбнулся. – Я позволю вам наблюдать, как мужчины, причинившие вам столько боли, будут уничтожены.
– Ох, – она прикусила губу, делая вид, что задумалась. – А если мне больше нравится… наблюдать за вами?
  
Воздух вокруг наполнился магией. Из‑за холма на том берегу ударило заклинание, и нас с графиней накрыл купол. Я моментально определил формацию – заклятие, пока действовало, не позволяло вырваться за его пределы.
Тут же из темноты выбежали вооружённые люди. Карцева посмотрела на них, приподняв брови, и усмехнулась.
Солдат было десятка три. Каждый держал в руках лук с наложенной магической стрелой. И даже в тусклом лунном свете было видно, что их мундиры – синего цвета, а на груди у них – семиконечные звёзды на алом знамени.
– Ваши люди? – я не отвёл взгляда от лица Карцевой.
Эмилия улыбнулась:
– Мои. Как вы думаете, барон, что они здесь делают?
  
Глава 12
 
Пари
 
Окраина оккупированных земель Градовых 
Артём не знал, что ещё можно сказать в такой ситуации. Ладони взмокли, он изо всех сил стискивал рукоять пистолета, как будто оружие было его шансом на спасение.
Увы, это вряд ли. Слишком мало патронов, слишком много врагов. И у них – артефакты. Пистолет может вообще отказаться работать.
Самое противное было то, что женщины из Лисичкино тоже погибнут. Ну, или их вернут в деревню, где будут и дальше использовать как бесплатных проституток. Неизвестно ещё, что из этого хуже.
А они доверились Артёму, покинули свои дома и пошли за ним. Ему было тошно оттого, что он подвёл их – а страха за свою жизнь почти не испытывал. Было удивительно, что он ставит жизнь беззащитных женщин выше своей – и Артём даже ощутил гордость за себя.
Командир карцевских поднял саблю. Клинок зловеще блеснул в лунном свете.
– Твою мать, – проговорил вдруг Сокол, глядя на него. – Я тебя знаю! Ты из наших, сволочь! Служил в полку Роттера.
Кирасир, всё ещё держа саблю поднятой, мрачным голосом ответил:
– Ты прав, – он резко опустил руку и приказал: – Убейте всех!
Убейте всех.
Всех.
Убейте.
Эти слова гулким эхом отражались в черепе Артёма. Он понимал, что среди этих всех окажется и он. А умирать чертовски не хотелось.
Время будто приостановилось. Артём крепче сжал рукоять пистолета и начал медленно поднимать его. Оружие казалось тяжёлым, как гиря. А собственная рука – ещё тяжелее.
Он увидел, как всадники ударили коней шпорами. Скакуны бросились вперёд. Комья мокрой грязи из‑под их копыт полетели в разные стороны. С тягучей неизбежностью поднялись в воздух сабли.
Всё было как во сне. Как в тумане. Артёму казалось, что он вот‑вот проснётся и с облегчением поймёт, что это был лишь ночной кошмар.
Но всё происходило по‑настоящему.
Всадники едва успели сорваться с места, как в воздухе над ними вспыхнуло что‑то белое. Будто звезда спустилась с неба. Артём увидел, как воздух над их головами сгустился, грязь под копытами коней покрылась сияющим геометрическим узором.
Через мгновение грохнул взрыв. Магический импульс подбросил в воздух лошадей вместе с седоками.
Взрывная волна швырнула Артёма на спину. Уши заложило, в нос ударил запах крови. Крики раненых и ржание лошадей смешались с испуганным визгом «лисичек». Артём пополз к телеге, наткнулся на что‑то мягкое – оказалось, на тело женщины. Он вскрикнул, отпрянув, но тут же понял: она была жива, просто прикрывала собой ребёнка.
– Вставай! – сквозь какофонию прорвался голос Сокола.
Артём попытался встать, поскользнулся и снова упал. Над головой раздался выстрел, к запаху крови и вывернутой земли добавился порох.
Наконец, рыжий оказался на ногах. Сокол, пригнувшись, палил из винтовки по мелькающим теням. Кони и всадники превратились в месиво, залитое грязью, и от этого вида Артёма едва не стошнило.
– Справа! Стреляй! – рявкнул Сокол, меняя магазин в винтовке.
Артём повернулся и увидел бегущих на него двух солдат. Затем он вдруг обнаружил, что до сих пор стискивает рукоять пистолета.
Он поднял руку, но она дрожала так, что ствол ходил ходуном. В схватке с монстрами такого не было. Сражаться с ними оказалось куда проще, чем с людьми.
Артём закричал и надавил на спусковой крючок.
Первая пуля разбила магическую защиту врага. Амулет у него на груди лопнул. Вторая пробила ему грудь – солдат споткнулся о собственные ноги и рухнул лицом в грязь. Второй почти успел добежать и упал замертво к ногам Артёма.
С другой стороны раздался яростный вопль. Рыжий успел обернуться и увидел ещё одного врага. Но внезапно у него на горле появилась рана. Солдат с удивлённым выражением лица остановился, дотронулся до раны и случайно погрузил в неё пальцы. Вздрогнул, его глаза закатились, и он упал.
Артёму показалось, что скончался тот от страха и неожиданности, а вовсе не из‑за распоротого горла.
Он выстрелил ещё несколько раз, почти наугад. Всадники были мертвы, но с флангов атаковали пешие солдаты, вооружённые саблями и топорами.
В хвосте отряда Штиль остался один против группы врагов. Впрочем, там сверкала магия. Либо Штиль припрятал боевой артефакт, либо вдруг открыл в себе магические силы, либо…
Ещё один противник с воплем рухнул, хватаясь за окровавленную ногу. Через секунду кровь залила уже его лицо, и он замолк.
Только тут до Артёма дошло, что происходит. Вскинув руки в воздух, он заорал:
– Здесь наши!
Страх скукожился, стал тусклым и беспомощным на фоне сокрушительной волны воодушевления. Но сквозь эту радость через мгновение пробился отчаянный женский крик. Артём повернулся и увидел, как девушка лет семнадцати убегает от преследующего её солдата.
Рыжий бросился следом, выстрелил на ходу, но промахнулся. Девушка и солдат скрылись в лесу.
Мимо пронеслась единственная выжившая лошадь, чуть не сбив Артёма. Поскользнувшись на грязи, он потерял шляпу. Споткнулся о труп, чуть не упал в канаву на обочине дороги.
Когда он вбежал под покров деревьев, звуки схватки притихли. Тяжело дыша, Артём оглядывался. Было темно, и нигде не было видно ни девушки, ни солдата.
Он побежал ещё дальше вглубь леса, откуда, как ему казалось, он слышал топот ног. Сколько он бежал, понять было сложно, но звуков битвы стало не слышно совсем.
Тут его ушей достигли приглушённое мычание и звуки борьбы откуда‑то справа. Отправился на них и увидел жуткую картину. Солдат придавил девушку к земле, зажав ей рот, и задрал юбку, а теперь пытался одной рукой расстегнуть ремень на своих штанах.
Артём поднял пистолет и выстрелил.
Точнее, выстрелил бы, если б в магазине оставались патроны. Он услышал лишь беспомощный щелчок.
Солдат и девушка одновременно повернулись к нему.
– Именем Градовых, ты арестован, – сказал Артём первое, что пришло ему в голову.
В мыслях это звучало сильно, а на деле оказалось как‑то глупо.
Мужчина ничего не ответил. Отпустив свою жертву, он поднял лежащую рядом саблю.
Девица, получив свободу, тут же бросилась наутёк. «Хоть бы спасибо сказала», – промелькнуло в голове Артёма. Он подумал, что самое время тоже дать дёру, но почему‑то не дал.
– Эй, ты глухой, что ли? – проговорил он. – Бросай оружие, ты арестован! Именем рода Градовых!
  
– Имя Градовых для меня давно пустой звук.
Артём вспомнил, что сказал Сокол перед началом схватки. Он узнал командира всадников и сказал, что тот служил под началом Роттера. А капитан Роттер это тот самый, что вместе со своим полком предал Градовых во время последней битвы. Они, вроде как, все перешли служить к Карцевым…