Абсолютная Власть. Трилогия (СИ)

– Думаешь, люди фон Берга могли узнать, что он связан с подпольем?
– Да. Илья говорил, начальник у них на наказания щедрый.
– Если Илью хоть пальцем тронули – они за это ответят, – пообещал я.
– Знаю, господин. Вы делом доказали, что готовы нас защитить, – снова поклонился Степан и дотронулся до заживающего следа от нагайки на лице. – Прикажете отправить кого‑нибудь, проверить, что там под фабрикой?
  
– Я отправлю дружинников в гражданском. Пусть посмотрят, что там делают люди фон Берга, и осторожно поспрашивают про Терехова.
– А если… – Кожемяко запнулся, – если поздно уже?
– Тогда он будет отомщён. Но не хорони его раньше времени. Как дела в поселении? – я кивнул на дома за спиной Степана.
– В порядке, ваше благородие. Осваиваемся. Козочек, которых вы просили, должны уже завтра привести, и кроликов тоже. Мужики козлятник начали строить. Материалов хватает, всей гурьбой за пару дней управимся.
– Хорошо. Держи меня в курсе, – кивнул я и развернул коня.
Как раз вовремя в поместье вернулись отряды, которые отправлялись на поиски аномалий в округе. Они приехали не с пустыми руками, во всех смыслах: отметили на картах несколько аномалий, добыли два мелких ядра с элементами Огня и Растений, а также привезли целый мешок птичьих черепов.
– Отлично, бойцы, – сказал я, увидев добычу. – Всё это нам очень пригодится. Позовите воеводу и Одинокую дружину.
– Так точно!
Через несколько минут мы собрались в стороне от усадьбы. Небо к тому времени стало ещё мрачнее, а ветер усилился. Несмотря на утро, вокруг было темно, как поздним вечером. Еле проникающий сквозь тучи зловещий свет окрашивал всё вокруг в серые тона.
По всем признакам сегодня будет не просто ливень, а настоящая буря. Я надеялся, что она пройдёт до ночи. Вечером мне бы как раз не помешало впитать стихийную силу, а на ночь были планы. Правда, ещё не факт, что планы сбудутся – сначала надо договориться кое с кем о встрече, а затем к этой самой встрече подготовиться.
Дружинники придерживали руками фуражки, которые ветер норовил с них сорвать. Трояк единственный был без головного убора – по‑моему, он даже гордился своей суровой, покрытой шрамами лысиной. Перекрикивая ветер, он со смехом рассказывал, что приказал новобранцам отжиматься до тех пор, пока он не вернётся.
– Если кто‑нибудь схалявит – я их всех потом заставлю вокруг дома до утра бегать! – погрозился он.
– Что скажешь, воевода? Не слишком он суров с новичками? – спросил я.
– Никак нет, – ответил Никита. – В дружине должна быть строгая дисциплина.
– Поддерживаю. Только не забывай подбадривать бойцов за успехи и награждать отличившихся, – сказал я Трояку.
– Конечно, господин, – кивнул тот.
Я достал из кармана улучшенный вороний череп и показал всем.
– Это – наше новое секретное оружие. В мире не существует ничего подобного, я создал его сам. Когда мы опять начнём воевать, это оружие изменит всё.
– Простите, ваше благородие, а что в нём особенного? – спросил Трояк. – Обычные наши вороны.
– Глаза разуй, – сказал Моргун. – Там магограмма намного сложнее, чем раньше была. Филигранная работа, господин.
– Спасибо, – кивнул я.
– И в чём смысл, Владимир? – поинтересовался Никита.
– Я сделал так, что призывать и сливаться с его сознанием сможет любой, кто принёс клятву на Очаге. Вам предстоит этому научиться.
– Ты хочешь, чтобы мы тоже вели разведку? – воевода приподнял бровь.
– Нет. Я же сказал, это оружие. Смотрите.
Я закрыл глаза и переместил своё сознание в призванного ворона. Поднял его в воздух, выбрал цель и приказал атаковать.
В тот же миг связь сама собой разорвалась. Я увидел, как ворон резко спикировал на выбранный мной куст. Обычная птица не могла лететь так быстро – ворон ринулся вниз с такой скоростью, что его почти нельзя было разглядеть. Даже очередной порыв ветра не сбил его с курса.
Ворон ярко засветился фиолетовым и врезался в землю у подножия куста. Слепящая вспышка превратила куст в пепел, а от громкого хлопка заложило уши. На месте падения птицы осталась небольшая воронка, над которой клубился мерцающий дымок.
Демонстрация произвела впечатление на дружинников. Один из них не удержал фуражку, и её сорвало ветром, но боец даже не обратил внимания.
– Охренеть! – выкрикнул Трояк.
– Согласен, – проговорил Моргун.
– Владимир Александрович, я правильно понял? Вы научите меня, как связаться с такой птичкой, я смогу через её глаза выбрать, на кого напасть, а потом бац! – Трояк ударил кулаком о ладонь. – Конец ублюдку?
– Ты всё правильно понял. Только надо учитывать, что сила взрыва зависит от количества маны в кристалле. Чем дольше ворон будет призван и чем активнее будет летать, тем слабее будет взрыв.
– На каком расстоянии он способен действовать? – посмотрел на меня Никита.
– Примерно до десяти километров, – ответил я. – Но на такой дистанции эффект будет совсем слабым. Оптимально – не более пяти километров.
– Почти как пороховая артиллерия, – Добрынин задумчиво потёр бородку. – Есть пушки, которые бьют на восемь‑десять километров, но у них точность оставляет желать лучшего. А воронов мы сами можем наводить на цель.
– Бить по тылам, уничтожать припасы, убивать офицеров… – глаза Трояка возбуждённо заблестели, и он воскликнул: – Ваше благородие! А можно им другую магию добавить? Ну, чтобы поджигать или ещё что‑нибудь?
– Добавить нельзя, но можно заменить взрывной глиф на огненный или любой другой.
– А самостоятельно они могут действовать? – спросил Моргун.
– С оговорками. Нужен маг‑призыватель, который сможет взять под контроль одновременно несколько птиц и отдать им нужные приказы. Пока что у нас нет такого мага.
– Всё равно впечатляюще, господин. Лучший боевой артефакт, что я видел, – сказал Моргун.
– Рад, что вам понравилось. Учтите, что никому нельзя о нём рассказывать. В ближайшее время приступим к тренировкам! Я научу вас связывать сознание с воронами. Для этого не надо обладать магией, достаточно уметь концентрироваться.
– Я готов прямо сейчас! – Трояк поднял руку.
– Сначала вам нужно научиться медитировать, хотя бы немного, – сказал я. – Садитесь. Объясню вам, как это делается.
Мы с дружинниками сели на землю, я провёл им короткую лекцию об основах медитации, а затем мы полчаса уделили практике. Конечно, войти в состояние глубокой медитации никто не смог, но немного коснуться этого состояния смогли все.
После этого я велел дружинникам возвращаться к делам, а сам отправился в дом. Закрылся в спальне и взял другой улучшенный череп – такой же, как отправил Базилевскому. Он был приспособлен для хорошей связи и дальности полёта – то есть этакий воронофон, а не оружие.
Мне надо было кое с кем побеседовать. А находился он, точнее, она, очень далеко…
Поместье графини Карцевой 
В тот же день 
Вино за завтраком – не самая хорошая идея. Однако в жизни Эмилии бывали дни, когда только бокал красного ранним утром был способен улучшить ей настроение.
К сожалению, сегодня был не такой день, а гораздо хуже. Сегодня даже целый ящик вина вряд ли смог бы порадовать графиню.
Ещё и погода… Небо за окном напоминало крышку саркофага – такое же серое и тяжёлое. Эмилия приказала зажечь кристальную люстру и задёрнуть шторы.
Камни в люстре были особенными и давали не холодный голубой, а тёплый оранжевый свет. Можно было представить, что погода на самом деле приятная и солнечная.
Эмилия взяла ломтик сыра и медленно прожевала его. Аппетита не было, и каждый кусочек приходилось проталкивать внутрь с помощью обильной порции вина. Залпом выпив половину бокала, она поставила его на стол и щёлкнула по хрусталю пальцем.
  
В тишине столовой негромкий звон прозвучал, как сигнал колокола. Стоящий у стены слуга по этому сигналу сорвался с места и мгновенно наполнил бокал графини.