Патруль 6 (СИ)

Из-за поворота вылетела группа «гражданских». С криками, размахивая руками, не сдерживая улыбок, всё-таки для них это пока ещё игра. Филип мгновенно прижался к стене, пропуская их, ствол ушёл в сторону, чтобы не целиться в людей. Он контролировал толпу боковым зрением, но основной фокус оставался там, впереди, где его ждала «настоящая» угроза.
— Бегите! Там стреляют! — орал кто-то из курсантов, импровизируя.
  
Филип пропустил их, сделал шаг вперёд и…
И тут Мэри, пробегая мимо, резко развернулась.
Филип даже не успел среагировать. Он краем глаза видел, что это девушка, что она только что выбежала из зоны поражения, что она мирная. И деревянный клинок вошёл ему между лопаток с глухим стуком.
Филип замер. Потом выдохнул — громко, с каким-то всхлипом. Глок в его руках дёрнулся, но он не выстрелил.
— О, чёрт! — вырвалось у него.
Он обернулся. Мэри стояла с деревянным ножом в руке, и глаза у неё были размером с блюдце. Она смотрела то на нож, то на Филипа и не знала, куда себя деть.
— Фил… я… — начала она.
— Ты чего творишь, Мэри⁈ — Филип всё ещё не опустил пистолет, но ствол смотрел куда-то в пол, в сторону. — Я же…
— Извини, — выпалила Мэри. — Мне сержант сказал…
— Да я не про то! — Филип провёл рукой по лицу, вытирая пот. — Я тебя видел! Ты бежала как все! Я думал, ты…
— Что я? — Мэри вдруг перестала оправдываться и посмотрела на него уже без испуга. — Что я гражданская? А если бы я была с реальным ножом?
Филип открыл рот и закрыл. Потом посмотрел на меня.
Я подошёл к ним.
— Ты мёртв, Филип, — сказал я спокойно. — Правило 0.3 секунды, помнишь? Только ты ждал террориста впереди, а он пришёл сзади. Или, точнее, пробежал мимо и вернулся.
Он промолчал. Только сжал челюсть.
— Ты не целился в гражданских, — продолжил я. — Это правильно. Но ты забыл, что среди гражданских может быть плохой парень. Который маскируется под хорошего.
Мэри всё ещё стояла с ножом в руке. И я забрал у неё деревяшку.
— Хорошая работа, Мэри. Хорошая попытка, Филип, — сказал я. — Ну что, хотите ещё один раунд?
Курсанты загалдели, словно дети. Среди улыбочек и подбадриваний Фила были и слова Мэри:
— Фил, ты прости, я правда не хотела… ну, то есть хотела, но не по-настоящему…
— Да всё нормально, Мэри, — Филип уже отдышался. — Я просто… я реально не ожидал.
И Филип тоже улыбнулся.
— Ладно, — сказал я. — Хотите попробовать ещё? Кто-то другой?
— Я, сэр! — шагнул вперёд крепкий чёрный парень, тот самый, что спрашивал про страйкбольный автомат.
— Твоё имя, друг? — спросил я.
— Сэр, курсант Джейкоб Бикс, сэр.
— Хорошо, Джейкоб. — я протянул ему Глок. — Правила те же. Ты заходишь, ищешь урода с автоматом. Гражданские бегут. Но теперь ты знаешь, что среди них может быть террорист. Задача номер один — выжить. Задача номер два — всех победить, как в Рембо. Готов?
— Сэр. Да, сэр!
Я отвёл группу обратно за коридор. Теперь они перешёптывались, обсуждали, кто будет «плохишом».
— Значит так, — сказал я, собирая их. — Сценарий тот же. Но теперь террорист не один. Двое. Один с автоматом в глубине, второй — в толпе. Кто хочет быть парнем с ножом?
— Сэр, я, сэр! — вызвался невысокий латинос.
— Бери нож. Задача твоя такая: убегаешь через коридор. Если видишь, что тебя контролируют, уходишь без удара, даёшь Джейкобу пройти вперёд и по возможности вернись и ликвидируй копа. Если таковой не будет, просто уходишь на второй круг. Ты понял?
Латинос кивнул, сжимая деревянный клинок.
Автомат я отдал светленькой девочке, тоже дав инструкцию.
И я вернулся к Джейкобу. Он стоял у входа в коридор, Глок в руках, ожидая команды и ровно дыша.
— Давай, Джейкоб. В здании стрельба. Найди ублюдка. Го го го!
Он шагнул в коридор.
Группа выбежала, снова что-то крича. Джейкоб пропустил их, но в отличие от Филипа, он чуть сместился в сторону, к стене, чтобы видеть и тех, кто пробегает, и то, что впереди.
Он сделал ещё пару шагов.
И тут, сзади аккуратно начал подкрадываться латинос с ножом.
Но Джейкоб услышал и развернулся. И Глок щёлкнул пару раз затвором.
Джейкоб замер. Потом медленно опустил пистолет.
— Ты сделан, — произнёс он. И тут из-за его спины донёсся женский голос:
— Ра-та-та-та-та! Джейкоб! — из-за угла, присев, смотрела девочка с деревянным АК.
— Курсант Джейкоб, вы погибли, — произнёс я.
И снова они веселились как дети, готовые пойти на третий круг. Но сержант Миллер обратился ко мне:
— Окей, Хонор, ситуацию я вижу сложную. Особенно когда человек должен бежать через толпу. Какие твои решения этой задачи?
Я посмотрел на него, потом на курсантов, которые уже предвкушали что-то интересное.
— Тут самое интересное, — проговорил я, забирая у Джейкоба Глок. — Смотрите внимательно. Я покажу, как работаю я. Не как учат в учебниках, а как приходится делать, когда на первый взгляд выхода нет.
Курсанты притихли. Даже те, кто только что смеялся над неудачами Джейкоба и Филипа, теперь смотрели серьёзно.
— Итак, я без прикрытия. В здании стрельба. На меня бегут люди, — я кивнул в сторону коридора. — Перво-наперво я хочу избежать встречи с толпой. Потому что в толпе легко получить нож в спину. Вы это уже видели.
Я взял Глок не двумя руками, а прижал его к животу, стволом в сторону предполагаемого автоматчика.
— Смотрите. Я захожу.
Я шагнул в коридор, сделал пару шагов и сразу же начал пятиться назад, спиной к выходу, но лицом к толпе. Глок по-прежнему прижат к животу, но ствол смотрит туда, откуда должна появиться угроза.
— Моя левая рука работает. Я машу ей, делаю жесты, сопровождаю командами. Выходите! Выходите быстрее! — крикнул я по-русски, и Тиммейт перевёл: — Бегом, бегом, не задерживайтесь!
Я продолжал пятиться, жестикулировать, а Глок так и оставался у живота.
Когда последний из условных «гражданских» пробежал мимо, я остановился. Повернулся к аудитории.
— Поясняю, — сказал я, подходя ближе. — Моя левая рука — это моя страховка от ближнего боя. Оружие прижато так, чтобы его нельзя было выбить или схватить. Если кто-то из толпы вдруг окажется с ножом, ему будет сложнее до меня добраться. Я вижу его руки, я контролирую дистанцию. А если он всё-таки прыгнет…
Я сделал быстрое движение — левая рука перехватила воображаемую кисть с ножом, правая с Глоком тут же ткнулась в корпус воображаемого противника.
— Это будет выстрел в упор.
Курсанты закивали.
— Про страховку ближнего боя поговорим отдельно, если успеем, — добавил я. — Идём дальше.
Я снова зашёл в коридор, но теперь двинулся вглубь, осторожно, прижимаясь к стене. Глок я держал уже привычнее на вытянутых на уровне глаз.
— Моя главная задача сейчас — держать напарника или базу в курсе того, что я делаю, — говорил я, двигаясь. — Постоянно давать информацию. Зачем, спросите?
Я остановился у первого угла, выглянул, вернулся.
  
— Затем, что Глок против АК — это в девяноста случаях из ста моя смерть. Но если дежурный и напарник будут знать, где я, что я вижу, куда движется противник, они смогут работать дальше. Я первый и их глаза и уши. Еще раз повторяю, моя задача — не геройски погибнуть, а максимально задержать ублюдка и передать информацию.