Студент в СССР 3 (СИ)

Шукшин схватился за лицо и потряс кулаком:
— В этой девушке прячется замечательная артистка! Будешь у меня сниматься, Ирин? Понятно, что не в главной роли.
Высоцкий оглянулся на товарища:
— Так ты уже решил?
— Да, конечно! Спасибо Сергею и его горячности. Забыли мы совсем Русский север и его богатейшую историю, коей уже тысячу лет А ведь и наши сибирские начала отсюда истоком. Все решено! Сажусь по приезде за сценарий, попутно договариваюсь с телевидением.
— После успеха прошлого сериала тебе точно деньги дадут. Кстати, прилюдно скажу снова спасибо, что взял меня туда. Помню, как это было непросто. Молодежь еще не все о жизни знает, но и нам большим артистам частенько приходится несладко. Но чего не сделаешь ради искусства.
— Ну как бы я без тебя? — развел руками Василий Макарович. — И роль под тебя написана, и песни рефреном идут. Да мы же вместе все задумывали. Зато как славно все вышло. Давно у меня душа так не пела. И по фиг на регалии и критику. Мечта сбылась снять великую сагу о Разине!
Высоцкий с нескрываемым восхищением наблюдал за товарищем. Было заметно, что ему нравится, что Василий Макарович так возбужден. Да я и сам залюбовался. Это ж сколько скрытой энергией в этом, казалось бы, невзрачном человеке. Как нам позже не хватало таких исполинских богатырей духа!
— Володь, будь тогда рядом. Вместо начнем вычитывать. Ну и одна из главных ролей твоя.
— Продолжим прошлую тему или нечто новое.
— А хотя бы расскажем про ушкуйников! Лихих новгородских богатырей, наших северных викингов. Одна легенда о Буслаеве чего стоит! Ну и здешние характеры описать потребно. Говоришь, Сергей, именно в это время начал складываться поморский этнос?
— Да. После экспансии Московского княжества переселенцы с Новгорода массово пошли, да люди из иных мест подтянулись. Чудь к этому веку начала активно смешиваться со славянами и принимать новую более продвинутую экономику. Кому же жить лучше и богаче не хочется? И морские промыслы стали активно развиваться. Так что наши обычаи и традиции складывались именно в те времена.
Шукшин меня внимательно выслушал и кивнул:
— Дело! Ты тоже в фильме обязательно снимешься. Про роль подумаю. Да не тушуйся. В эпизоде. Я ж понимаю, что вы не профессионалы. Но обязательно вместе со своей зазнобой. Больно уж хорошо в кадре смотреться будете, — Василий Макарович придирчиво оглядел Ирину. Та аж засмущалась. Она была одета по погоде в легкий сарафан, только подчеркивающий её стройную фигурку. — Какие волосы и конопушки! Ты просто прелесть, Ирушка!
— Да, фактура хорошая. Одеть в старинный русский костюм. Да и Сергей молодец хоть куда, вон какие мышцы! Не только о науке думает. Люблю атлетичных людей, сам такой.
— Все, решено. Сережа, пиши свои координаты и телефон. Будешь меня консультировать.
— Да я же…
— Знаю, знаю. Материал я найду, академиков в Москве хватает. Но и ты со своей поморской стороны глянешь. Сердцем. Понимаешь меня?
Я внимательно посмотрел в глаза великого русского творца и смог лишь кивнуть в ответ. В горле встал ком.
«Хоспади, куда я лезу?»
Высоцкий же в это время разглядывал Ирину гитару:
— Хороший инструмент.
— Сережа привез.
— Балует тебя? И правильно. Мы, мужчины для того и созданы, чтобы баловать своих любимых. В лепешку разбейся, но сотвори чудо для ненаглядной.
— Он может.
Девушка осмелела и зарозовела щеками.
— Молодец! Таких уважаю. Да и заметно, — Владимир Семёнович обвел помещение глазами, — что парень у тебя мастеровой. Но, Макарыч, это же мне песни надо еще к твоему фильму написать. Впечатления нужны. Не так просто, ребятушки, они из сердца выходят.
Внезапно для всех нас Ирина всплеснула руками и затараторила:
— Так вам надо нашу белую ночь увидеть. Пропитаться её неувядающей красотой! Нигде больше таких ночей не найдете.
Оба гостя задумчиво уставились на девушку. Столько в ней сейчас бурлило энергии. Мне же в голову пришла невероятная идея.
 
— Я сейчас!
К счастью, дядя Саша был на месте. Я знал, что он в отпуске. Мое предложение свозить неких московских артистов на рыбалку сначала воспринял с недоверием. Я же фамилии ему не озвучил. Но я напомнил ему о Сенкевиче, и он согласился. Как раз сам собирался на рыбалку, и мужики с катерами свободные были. Оставалось лишь назначить время. Мое конкретное предложение застало гостей врасплох. Но Шукшин недолго колебался.
— К черту дела! Когда еще такое выпадет? Сереж, найдется у тебя одежа для меня попроще?
— Я найду, — встрепенулась Ирина. — У меня папа такой же комплекции.
— Лады!
Высоцкий заметался:
— Сегодня не могу, ребята, край! Вечером концерт, а потом встреча. Но завтра после телевидения я ваш полностью! Эти белые ночи мне спать мешают. Так что хочу напиться их вдоволь!
— Тогда я вас заберу от гостиницы на машине и отвезу на причал.
— Договорились. Я с собой только одного человечка возьму. Ну, вы его знаете. Не могу друга бросить. Ирочка, обязательно возьмите гитару. Я, может, вам всем еще сюрприз устрою.
— Сереж, мне это все приснилось?
— Я и сам о том же думаю.
Мы рассмеялись с некоторым облегчением. Хотелось выдохнуть и расслабиться, но тут же в голову полезли мысли о подготовке. Все-таки мы очень похожи. В глазах у обоих одинаковый вопрос. Как жаль, что я не встретил её в той жизни. Хотя неизвестно был бы я также счастлив, как сейчас. Счастье оно мимолетно, его надо беречь.
  
Глава 16 Белое мимолетье
 
Как водится, люди творческие не смогли собраться вовремя. Василий уже стоял на улице, экипированный в старый пыльник, армейские штаны и болотные сапоги, с интересом поглядывая на низко висящее, но не заходящее солнце. А Высоцкий как мог, отбивался от любопытных журналистов, взявших его в плотное кольцо. Наконец, он вырвался и поспешил к моему «Москвичу», приветственно подняв руку. Зато ему и его спутнику помогли неплохо экипироваться на рыбалку местные поклонники. Владимир Семенович шел в рыбацкой штормовке, форменных черных брюках, а в руках держал бродни. Валерий Золотухин, ну кого я еще ожидал увидеть, одет не так вычурно, да и держался по-простому. Он же артист! Может изобразить кого угодно. Например, обычного простачка.
Я быстро усадил гостей в машину, и мы тут же рванули к лодочной пристани, что находилась на улице Суворова. В эти времена в Архангельске существовало огромное множество пристаней и причалов для катеров и яхт. Вроде как официально на учете состояло сорок тысяч плавающих средств. А сколько их было у населения на самом деле, никто не ведает. От самых современных катеров с мощными моторами до деревянных вельботов, которые продолжали строить в Соломбале, исторической островной части города.
Именно на такой моторке Соломбальского производства нам и предстояло плыть. Народу собралось достаточно, в «Казанку» дяди Саши все не влезали. Он к тому же взял с собой жену Галину, да и мама также не осталась в стороне, без моего участия напросилась. Правда, все они, как и два Сашиных приятеля рыбака не ожидали увидеть на причале именно тех, кого я привез. Этим юбилейным летом на гастроли к нам зачастили столичные театры. Так что увидеть на набережной приезжую знаменитость стало делом заурядным.
А тут…
Звезды? Кумиры? Нет, братцы, это весомая часть нашей жизни, огромнейший пласт любимой Родины. Ситуацию «минуты молчания» спас Золотухин, с шутками, прибаутками он как-то быстро перезнакомился со всеми и артистично представил Шукшина с Высоцким. Народ в итоге оттаял, начал что-то говорить и готовиться к выходу. Вот есть талант у человека!
Мама после знакомства со знаменитостями уставилась на меня шальными глазами, а дядя Саша незаметно пихнул вбок: