Рыцарь в беде, Дама на страже (СИ)

Ага, уже раз десять поверила. Неужели я так дуру напоминала? Хотя, только дура и могла так глупо попасть в неприятности.
— Сними рубашку. — Улыбка медленно сползла с лица огонька.
— Зачем, красавица? Давай позже и в другой обстановке. Я не против.
— Зато я против. Позже я увижу только твои клыки, — прошипела я. Знаю, что глупо было действовать так агрессивно, но лучшая защита — это нападение.
— Какие клыки? Давай ты поешь, и мы поговорим, хорошо? Нечего на голодный желудок беседу начинать.
— Конечно, лучше поесть, так сбежать сложнее будет, или это последний ужин?
— Успокойся, кошечка, спрячь коготки. Никто не претендует на твою шкурку, — слегка сухо ответил он. А мне стало еще страшней.
* * *
Пусть рыжий мне мог что-нибудь откусить, но неизвестность была страшней всего. Я аккуратно встала из-за стола и подхошла к нему. Ноги затряслись. Я медленно положила руки ему на грудь и потянула в темноту угла за моим столиком. А мужчина смотрел на меня горящими глазами и ехидно скалился, поддаваясь всем моим манипуляциям. Весело ему, паршивцу, было. Еще бы, кошка тоже с мышкой поиграть любит. Пора было заканчивать с эти недособлазнением. Я резко вскинула колено и ударила в пах. Знаю, что подло, но людей жрать тоже не благородное занятие. Стон и хрип из уст рыжего звучал как победа. Значит, попала. Быстрым, почти незаметным движением я выхватила нож из голенища и приставила к горлу мужчины.
— Подними голову, иначе глотку перережу, — прошипела прямо в скривившееся от боли лицо.
— Какая грозная красавица. Это твоя благодарность? — Он медленно разогнулся под давлением лезвия.
Недолго думая, я достала второй нож из другого голенища и ловко разрезала рубаху снизу до самого ворота. Отвела ножом край рубашки — когтистая лапа волка на груди.
Дракон сожри меня! Все! Руки сами безвольно опустились. Мне конец. На этот раз я на самом деле покойница.
— Красавица, если убить хотела, то ножи в руках куда эффективнее, чем на полу. Я, конечно, могу случайно наступить и порезаться, но ты же понимаешь, что все зарастет в тот же момент?
Понимаю. Все понимаю. Не понимаю только, когда ножи успела выронить. Теперь даже порезать его не могла. Это бесполезно, конечно, но болезненно. Так, маленькая месть за себя любимую.
А все почему? Потому, что я в таверне «Цветок волка» полной волков. Точнее, оборотней. Татуировка в виде когтистой волчьей лапы под ключицей — метка стаи. Повезло же мне из всех постоялых дворов города прийти именно в логово оборотней. Вот мне сразу не понравился этот орк, говорил же мне убираться. Так нет же, как это нас выгнать решили?
— Долго еще убиваться будешь? — весело спросил рыжий.
— Пока не убьют.
— Ха-ха-ха. — Мне паршиво, а он хохочет. Вот оборотень. — Хватит хандрить, красавица, не съедим.
— Правда? — как-то безразлично у меня получилось, аж самой себя жалко стало.
— Мы людьми не питаемся, особенно такими хорошенькими, — и снова захохотал.
А ведь и правда, не питаются. Только если кого убить захотят. Они ж не ликаны. А кто сказал, что не ликаны? Ведь тату я видела только у огонька. И снова себя жалко стало. Может я и дальше придавалась бы жалости к себе, но меня привлек шум снаружи. И не только меня.
— Пусти, пусти, ну пожалуйста! — лучше бы мне не был знаком этот несчастный голос и грозное фырканье.
Спустя ван таверну сотряс грохот выбиваемой двери. Все подскочили. Я бросилась к проходу в попытке сбежать, пока все были в замешательстве, но замерла у выхода. На несчастной деревянной защитнице виднелись следы двух подков. Пока я рассматривала вмятины, в проеме показалась высокая фигура в капюшоне и лошадиная голова, что зубами держала за шкирку несчастного. Бесцеремонно впихнув фигуру в таверну, лошадь развернулась и дала залп по застывшему в изумлении мужчине задними копытами. Снеся пару столиков и распластавшись посреди зала, фигура потеряла капюшон и явила оборотням моего ненормального Ваньку. Паля тем временем, решив, что долг выполнен, пошла штурмовать конюшню. Еще вар пять раздавались крики конюхов и треск дерева.
 
Бесстрашное животное. Вокруг стая оборотней, а ей хоть бы хны. И ведь никто не напал на нее. Видимо, демонстрация копытоприкладства действует на всех существ одинаково.
— И что это было? — первым пришел в себя огонек.
— Бесстрашную скотину, что выбила двери, и, похоже, разнесла конюшню, зовут Палевая. А вот это недоразумение, — я пальцем показала на сидящего на полу и покусанного Вана, — что столь ловко проложило себе путь к стойке, зовут Ваном. Он мой друг.
— Слушай, Алкай, я теперь понимаю, чего она так бесстрашно к нам в полнолуние пришла. А чего ей собственно бояться-то, с духом земли и магом земли? — прогрохотал орк. Или оборотень? Вампир в крови только и разберется.
— Каким-каким духом?
Я знала, что Ванька у нас маг, а вот про духа в первый раз слышала.
— Дух земли. Они часто в животных вселяются, — любезно пояснил рыжий.
— И?
— И равновесие в мирах поддерживают. Правда, они, как правило, людей избегают, да и характер у них отвратный, — растолковал непонятливой мне Алкай. Да-да, теперь он Алкай, а не огонек. И безмозглому зомби понятно, что он вожак.
— Так я что, с телохранителями теперь?
— Ну скажешь тоже. Может маг тебе и поможет, а вот кобыла твоя просто кобыла с ужасным характером. Духи не вмешиваются в круговорот вещей.
— Какой умный оборотень, — и мертвая тишина вокруг. Третий раз за сегодня.
— Вот что мы тебе сделали? Я тебе даже защиту предоставил от самых надоедливых, которые максимум поприставали бы, а ты сразу «оборотень», — и обиженная мордашка передо мной. Оглядываюсь, и стая обиженных мордашек вокруг. Чего это они?
— И что не так? — растерянно развожу руками. Они ведь и правда оборотни.
— Ну мы же тебя человечкой не обзываем, — рыкнул обиженно оркооборотень.
Как-как? Обиженно? Смотрю, точно, скала пустила слезу. Знаете, что я сделала? Да хохотала как ненормальная. Это ж надо обидеться на то, что тебя обозвали оборотнем.
— И что смешного? — настойчиво спросил Алкай у согнувшейся от смеха меня. И чего я его боялась, как зомби некроманта?
— Да вы… Хи-ха-ха, смешные… Ха-ха…
— Слушай, друг, который маг, забирай-ка ты ее в комнату. Ей похоже впечатлений на сегодня достаточно, а мы еще перекидываться будем. Услышите вой, не паникуйте, все будет под контролем. Можете спать спокойно. Мы патрулируем этот район, сюда ни один ликан не сунется.
— А чем перекидываться? Можно с вами? — наивно выдал Тариван, наконец, поднимаясь с пола.
— Красавица, он что, оборотень? — повернулся ко мне вожак, и пальцем в болезного ткнул.
— Он дурачок, хотя и оборотень в своем роде, — нехотя ответила я, переводя свое внимание на раба. — Ван, пошли спать, а то здесь скоро слишком много клыкастых и волосатых будет.
— Кого?
— Песиков, малыш, — дружный рык в ответ на мои слова. Какие-то чувствительные оборотни мне попались. Я же ласково их назвала. В чем проблема?
— Правда? А я всегда собачку хотел, можно мне одну, — около дюжины злющих желтых глаз впялились в моего белобрысого. Некоторые оборотни даже встали.
— Спокойно, хорошие мальчики! Говорю ж, ненормальный он, по-другому не объяснить. — Еще парочка поднялась. Ну что ж, помирать так с песней. — Сидеть, ребята, слюнки на стол не пускать, магов блаженных не обижать! Спасибо, что приютил Алкай.
Я схватила Ваню за руку и со скоростью ветра влетела в комнату на втором этаже. Последние слова я уже выкрикивала у двери, во избежание массового мщения. Надеюсь, перебесятся в своей звериной ипостаси, да и подобреют. Вряд ли будут мстить. Транспортировать Малыша в соседнюю комнату не рискнула, так как отчетливо слышала парочку неконтролируемых смен ипостаси. Значит, не сегодня.
— Ванюша, давай их больше собачками и песиками не будем называть.
— Почему?
— Потому что иначе ходить нам покусанными, — при упоминании укусов, белобрысый весь побледнел. Вот Паля садистка, скоро до заикания его доведет. — Ты, кстати, где был?