Эй на Груманте (СИ)

Римская агентура в лице двух индианок из Светского Танцевального салона «Баядерка» быстро вышла на младшего куратора и помощника казначея тайной эскадры «Меч поражающий скверну» и успешно их вербанули. Индийских танцовщиц изображали две саамки из секретной школы Багряной палаты (Надо сказать, что из некоторых молодых саамок получались отличные агенты и прекрасные медовые ловушки). Так что теперь мы были в курсе всех иезуитских секретных морских кунштюков. Да женщины, это самое опасное и мощное оружие.
  
Я приказал открыть на иезуитские каперы охоту и начать готовить многоходовку по иезуитам и инквизиторам, а то что-то они опять зашевелились.
Франческо Мельци был разъярен. Эти святоши опять его обманули. Сумма, выплаченная ими за новую модель орудия, даже не перекрыла расходов. И что в добавок мерзко, французское королевское казначейство вообще ограничилось векселем, ссылаясь на войну с испанцами. А эти векселя, ни один банк и даже ростовщик, не принимали дороже одной десятой номинала.
Франческо зашел в ресторацию, и чтобы смыть из души грусть спросил коньяку, потом появился сеньор захотевший угостить приятного человека, потом они переместились в какой-то салон с девицами, а проснулся Франческо на борту корабля в открытом море. Его отвели в каюту капитана, где за богато накрытым столом капитан и синьор с приятными манерами, сообщили ему, что он отныне под защитой Северного королевства и в Европе ему пока находится опасно, ибо иезуиты и французы, дабы не платить долги решили его убить. И когда сбитый с толку итальянец хлопнул кубок с кислосладким напитком, который сразу же на старых дрожжах ударил ему в голову, ему вручили солидный кошель с золотом и сказали, что это аванс за работу на Северное королевство.
А по всем морям началась охота на иезуитских корсар и была она успешной ибо и названия, и маршруты, и приметы кораблей Тайному приказу были известны.
А в Артиллерийском комитете стоял хохот на фоне заковыристых выражений. Специалисты Груманта изучали зенитный карамультук Мельцы. Они признали оригинальность конструкции но абсолютно дезавуировали этот ствол, как угрозу ВВС Груманта.
Леонардески (leonardeschi)* — обобщающее наименование учеников, последователей и подражателей Леонардо да Винчи.
Прогрессор* — Особая Шарашка для ученых с материка, где добровольно (либо частично добровольно) собирались местные таланты Старого Света.
 Глава 94 
Дублин потерял всю свою пуританскую строгость и превратился в город-праздник, что и не мудрено… Ведь тут начинался Всемирный чемпионат по Догону (хоккею). За эти годы, хоккей таки перешел на коньки, ибо саамы и новгородцы рассказали, что у них была похожая древняя игра, проходившая на замерзших водоемах и оставив безконьковый хоккей, как домашнюю игру, Департамент внутренних дел (а именно он занимался у нас спортом), объявил о модернизации «Догона»* и перевода его на коньки и на лед. Что касаемо новгородцев, то из-за непоняток с Иваном Грозным, не мало переселенцев оттуда переехало в Ливонию, где было много свободных земель и это было вельми не плохое приобретение. Особенно ушкуйники, в большинстве своем с радостью пошедшие служить на малые рейдеры и корабли-ловушки (меньшинство пришлось воспитывать, вплоть до нок-реи).
«Догон» стал популярен настолько, что на чемпионат приплыла даже индейская команда из Новой Франции. Оказывается у тамошних индейцев была похожая игра называющаяся «Хогий».
Как уже было сказано выше, Международный чемпионат был назначен в Дублине, где в этом Мире были в этом Мире достаточно суровые зимы. Катки залили на городских площадях и на пустырях в пригородах. Соревнования проходили по турнирной отборочной таблице, где учитывался комплекс побед, поражений и пропущенных и забитых мячей (шайбы я решил не вводить). Ну и был конечно и тотализатор и официальный и подпольный (на подпольный сразу же наложила лапу Багряная палата, очередной раз долбанув по организованной преступности).
А Чемпионат набирал обороты… Стальным ломом перли три команды: «Альбатросы» (Гвардейской бригады Морской пехоты'), «Стальные кильты» (Шотландской королевской гвардии) и «Белая лилия» (личная команда принца Конде, который и был ее играющим капитаном). Они и поделили Золотой, Серебряный и Бронзовый кубки. Я же, дабы сохранить энтузиазм и спортивный дух команд, от своего имени вручил пять Королевских Медных Кубков за хорошую игру и помимо этого все участники чемпионата по «Догону» получили памятные золотые монеты, которые на рынке нумизматов, сразу же скаканули до двадцати, а позднее и до пятидесяти номиналов. Во время чемпионата появилась первая международная спортивная газета на шести языках (тут уже подсуетился секретариат Пикуля. Корреспонденты «Золотого мяча» были приняты во всех кругах. А параллельно родился и соответствующий юмор… Чрезвычайно модным во всех обществах, от аристократических салонов, до портовых таверн стал анекдот:
— Девушка спрашивает капитана команды Догонцев:
— «Трудно и долго, мол было тебе учиться так хорошо играть?»-
— ' Ну как тебе сказать, тяжело было только первые два зуба, а дальше было легче'-.
Но в бочке с Грумантским клюквенным ликером, была и капелька дегтя… Было предотвращено три покушения на мою особу, причем помимо засады арбалетчика и аркебузира, одно из них состояло из попытки подложить под Королевскую ложу бочонок с порохом, то есть оно было направлено и на мою семью, что было более чем недопустимо и жестко наказуемо. И я приказал форсировать операцию «Санация», к которой привлек своих союзников Тамплиеров. Они обеспечивали в первую очередь информационную поддержку, хотя предоставили и несколько боевых групп. Благодаря Европейской агентуре Ордена бедных рыцарей Христа, мы знали абсолютно точно о всех местах дислокации иезуитов и инквизиторов. И чему я почти не удивился, так это тому, что среди держателей тамплиерских явок, были иудейские ростовщики, правда все они поголовно, были из марранов и прочих выкрестов. И процесс пошел активнейшим образом.
Догон* — одно из названий русской игры с мячом и клюшкой, имеющее и другие синонимы… «погоня», «свинка», «шарение», «котел», «юла», «козий рог» и. т.д.
 Глава 95 
Лиссабонского менялу да Васко знали все и вовсе не потому, что он был одним из самых богатых менял и ростовщиков в городе, а потому что он всегда оставался на плаву. Когда конкуренты с помощью помощника городского алькальда, хотели после того, как да Васко овдовел, взять под себя его дело, и стали навязывать ему в жены престарелую племянницу одного из них, а помощника алькальда навязывать в женихи его дочке Рахили, в течении месяца все рассосалось с немалым ущербом для врагов. Одного конкурента ограбили разбойники, престарелая племянница второго вышла замуж за нищего престарелого жигало, который хорошо обнес тестя и сбежал в Новый свет. А помощник алькальда повесился у себя дома. После чего все кто надо поняли, что трогать да Васко опасно. Дело было в том, что меняла был секретным финансовым агентом Тамплиеров и они его естественно прикрывали, не без помощи Тайного приказа. Но был у старого ростовщика еще один клиент, которого он истово ненавидел. Это был казначей курии Лиссабонских иезуитов. Он предложил да Васко положить к нему в рост солидную сумму в золоте, но с маржой в десятину, от чего он естественно отказался, после чего к нему среди ночи заявились инквизиторы во главе с комиссаром и объяснили меняле, что при следующем обыске, у него могут и Тору найти, с которой ему светит дорожка аккурат на костер. Так что теперь, большая часть его прибылей уходила иезуитам и когда к нему пришел представитель тамплиеров с таинственным незнакомцем с глазами профессионального серьезного убийцы, не убивающего зря. Узнав, что нужна его помощь против иезуитов и инквизиторов, меняла согласился немедленно, тем более, что плата была солидной.