Эй на Груманте (СИ)
Глава 29
Капитан Государственной безопасности, полномочный посол Великого княжества Грумант в Царстве Московском боярич Сухов принимал доклад сержанта Государственной безопасности о вербовке объекта Дылда, под этим шифром проходил подьячий Ивашка Самусь из Московского Посольского приказа (ледащенький коротышка слабый на передок). Дипломат полностью влип в «медовую ловушку» и информация лилась рекой и ради роковой красавицы он был готов на все. Но самое важное, Ивашка был родственником управляющего из Московского дома Виниуса, так что первый шаг к выполнению Спецзадания был сделан.
Иоанн IV прозванный за жестокость Васильевичем, принял посольство Великого княжества Грумант на пятый день его приезда в Москву, что по нынешнему чину было практически мгновенно. Князь-боярич в роскошном мундире и короне вошел в приемную палату кремлевского дворца в сопровождении двух советниц и восьми морпехов несущих четыре сундука с посольскими поминками. Титул князь-боярич, я ввел, как промежуточный между боярином и бояричем. Учитывая, что я не собирался расширять боярство, а поощрять соратников надо, я расширил классность своего дворянства. Все старые грумантцы были дворянами по умолчанию, отличившиеся офицеры были бояричами, старшие офицеры на высоких должностях, куда был строгий отбор становились князьями-бояричами. Для бояр и князей-бояричей я ввел дворянские короны, которые они имели право носить в присутствии коронованных особ. Первым князь-бояричем, естественно стал адмирал Айвон-Иванов.
Царь Иван и бояре с изумлением поедали глазами наших красавиц из СМЕРШ в роскошных мундирах. Ну а когда были открыты сундуки с подарками эмоции просто зашкалили. Первым номером пошел сундук с золотой посудой, вторым номером ящик с дюжиной инкрустированных рыбьей костью и золотом мушкетов о штыками в виде миниатюрных алебард (для царских рынд) и полный восторг вызвал доспех с большим золотым инкрустированным драгоценными камнями, двуглавым орлом на кирасе. (доспех и посуда были из клада викингов), а вот мушкеты с новой мануфактуры работающей на экспорт. Ну а четвертый сундук пока не открывали. Но и царь-государь смог нас удивить… И первое, чем он удивил нашего посла, было предложение о союзе на морях. Учитывая, что у Московии не было практически флота (наемные корсары не в счет) сам термин Морской был тут несколько странен, о чем князь-боярич и сказал не рядясь. И тут Иван Васильевич еще раз удивил, сказав что морским данный союз будет именно со стороны Груманта, как морского союзника в деле Завоевания Ливонии. План был следующий…
Московские войска вторгаются в Ливонию, а флот Груманта блокирует побережье и в процессе с помощью русских войск берет Ригу, которая после этого передается Великому княжества Грумант. Бравый капитан СМЕРШ сделал покерфейс и с нотками обиды ротянул, что мол одной Риги мол маловато будет, хорошо бы Ревель добавить. И тут Иван Грозный, дабы сменить тему спросил про четвертый сундук… Посол подал знак, морпехи подошли к сундуку, подхватили его, что то на нем повернули, звонко щелкнули скрытые пружины и пред восхищёнными взорами присутствующих предстал изящный шахматный столик с расставленными золотыми и серебряными фигурами и царь сразу же предложил сыграть и ставкой назначил Ревель. Вице-чемпион республики по шахматам только усмехнулся в усы. Был назначен матч из трех партий, а шустрый купчик поставщик двора, завербованный некогда СМЕРШ в Антверпене, где он влип в одну авантюру и чуть не потерял товар и корабль и с тех пор благодаря Конторе сильно поднявшийся и имевший торговый флот из семи единиц, встроил тайный тотализатор. Девяносто процентов ов естественно ставили на государя, вот тех кто ставил против, естественно взяли в разработку. Суммы в ставках были запредельными и когда Ивану Грозному донесли об этой диковине с закладами, он сам загорелся идеей ставки и тут помощница посла, которая попросила Великого царя научить ее играть в шахматы, посоветовала ему поставить на противника, дабы проафишировать высокое благородство государя что Ивану очень понравилось, ну а то, что на собственном проигрыше царь поднял солидный куш в золоте, ему понравилось еще больше, ну а то что не он сам это придумал естественно не афишировалось. Так что Рига и Ревель в новой реальности должны были войти в сферу Великого княжества Грумант.
Глава 30
Эскадра Великого княжества Грумант шла домой. Почему эскадра? А потому что посольский корабль ждали недалеко от Архангельска два рейдера сопровождавшие потихоньку группирующийся возле них купеческий караван из разномастных судов, под разными флагами, которые с радостью оплачивали охрану на торговых маршрутах страдающих от датских пиратов, нагло называющих себя Новыми викингами. И в Баренцевом море конвой наткнулся на рутинный морской эпизод… пиратская эскадра зажала трех ганзейских купцов. Ганза уже не была той силой, с флагом которой никто не хотел связываться и пираты беззастенчиво этим пользовались, но тут пиратам не повезло. Грумантские минометчики отработали на отлично и через буквально четверть часа пиратские лоханки либо пылали, либо тонули. Сейчас как раз испытали в реальном бою новые мины своего производства, фугасно-осколочные и зажигательные и они сработали на твердую четверку. На нескольких минах не сработали взрыватели, но за счет кинетики, чугунные болванки всё равно произвели поражающий эффект и хотя новые мины обладали меньшей дальностью, то все равно оставались на фоне местных кулеврин, полной вундервафлей.
После боя, к флагману подошла шлюпка с ганзейского каравана и слишком молодой для этих ганзеец, с цепью и бляхами члена Рата и патриция на груди, представился, как Советник Шульц и поинтересовался судьбой кораблей и груза, на что удивленный князь-боярич Сухов ответил, что грумантцы не пираты, а просто исполнили свой долг. И могут кстати включить ганзейские корабли в свой конвой, за стандартную охранную плату. Дальше все было спокойно и без приключений и даже наглые датские сторожевики при виде конвоя улепетывали во все паруса.
А через пару месяцев на Посольский остров прибыл корабль с Ганзейской дипломатической миссией, которую возглавлял тот самый советник Шульц и первое, что он попросил, это была аудиенция с Великим князем.
Шульц меня удивил. Он не стал крутить и заходить издалека, высказался прямо и конкретно…
Во-первых он знал о нашем союзе с Москвой, и знал о нем от своего человека из Папской миссии, во вторых он честно рассказал все нынешние расклады по Ганзе и были они следующие…
После того, как Иван Грозный закрыл в Новгороде тамошний ганзейский Стильярд, Шведы сделали в Стрекольне тоже самое, за десять лет до этого Ганзу и в Англии лишили всех преференций. И сейчас ослабленный Ганзейский союз имел два центра… в Любеке традиционный и в Риге реформаторский и теперь в свете будущего краха Ливонского ордена, в котором Щульц не сомневался, Новая Ганза предусмотрительно просилась под руку Великого князя Грумантского, с условием сохранения за Ганзой Рижского Стильярда при том, что Великий князь Грумантский получит звание Главного патриция. При этом патриций Щульц гарантировал, что рижские и ревельские ганзейцы сыграют роль пятой колонны, при штурме этих городов московскими и грумантскими войсками, а многие ганзейские суда из Любека, с радостью пойдут под княжескую руку за возможность поднять на мачте Грумантский гюйс. А учитывая то, на Ушкуй массово идет переселение племен самоедов решивших, что князь Груманта, лучше Датского короля и признавших меня Белым оленем Рода (удружили блин) с личным составом сухопутной армии, у нас было все в плепорцию, даже оленья кавалерия имелась в наличии, вооруженная пиками и нашими новыми ружьями. Собрал из саамской молодежи, полноценный шести эскадронный кавалерийский полк «Белый олень» член Союза «Скипетр» бывший казачий есаул боярич Григорий Мелехов, которому я пожаловал специальное звание Войсковой старшина. А в оленьей кавалерии я по просьбе Мелехова ввел казачьи звания. Три эскадрона базировались на Груманте и по одному на Шетландах, Ушкуе и Посольском острове. Саамские казачки прекрасно выполняли патрульную службу и сняли часть забот со СМЕРШ.