Вторая молодость Фаины (СИ)

Итак, Орлов свою часть сделки выполнил. Теперь моя очередь. Я встала.
— Ну что же, Пётр Васильевич, предложение ваше весьма заманчивое и привлекательное… Давайте попробуем, — выпалила я.
Анна Игнатьевна тут же вскочила, чуть ли в ладоши не захлопала.
— Ах, дети мои, как я за вас рада! Это же такое счастье!
Все остальные находились в странном оцепенении. Первой ушла Вера, вслед за ней Иван Киреев. А вот капрал Васильев был со мной до конца этого странного вечера. Он же и выпроводил Орлова, а за ним и Анну Игнатьевну.
  
Когда все ушли, я вышла на веранду. Была ночь. От луны была ровно половина, но света хватало, чтобы увидеть очертания построек, появившихся с момента моего здесь появления. Но я не хотела ничего сейчас видеть. Я вспоминала, как мы здесь сидели с Алексеем, каждый вечер это было своего рода ритуалом. Было комфортно даже просто молчать. Я снова тяжело вздохнула. Не знаю, кому, но я тихо сказала:
— Это просто игра. Всё не всерьёз...
В эту ночь я спала плохо. Мне было то жарко, то холодно, то я никак не могла устроиться. Всё мне казалось, что я чего-то упускаю. И, встав рано утром, я, совершенно забыв о том, что обещала Полинке идти по грибы, вместе с архивом поехала в Екатеринбург к Пришельцеву.
  
Глава 74
 
Фаина 
«Скоро осень», — думала я, вдыхая терпкий запах леса. Каждый сезон пахнет по-своему. Постепенно мысли перетекли на приятное: «Осенью выставка промышленная, где мы с Алексеем свой шоколад представим, и я уверена, что звание поставщика Его Императорского Величества он обязательно получит». 
Как он там, мой любимый? 
Сердце вдруг застучало как сумасшедшее, ощущение непоправимой ошибки снова затопило душу и стало тошно так, как-то будто ничего уже нельзя исправить. Проклятый Нуров! «Алёша, — подумала я, словно Алексей мог меня услышать, — как только разберутся с Нуровым, первым же поездом к тебе приеду, сама». 
В Екатеринбурге сразу поехала в управление сыска и, не успела зайти, обрадовалась, на поезде, прибывшем утром в Екатеринбург, приехал Аркадий Никифорович Кошко, и сейчас он пил чай с расстегаями в кабинете Александра Петровича Пришельцева. 
— Фаина Андреевна, — улыбнулся в свои пышные усы Александр Петрович, — а вы к нам прям как на работу, почитай через день ходите. 
— Ох, Александр Петрович, я бы и рада не ходить, тем более что меня вы расстегаями не угощаете, — улыбнулась я. 
— Здравствуйте, Аркадий Никифорович, — поздоровалась я с Кошко. — Рада вас видеть в добром здравии. 
Поскольку у Кошко был полный рот, он только кивнул. А Пришельцев меж тем укоризненно покачал головой: 
— Вы вот меня тоже не угощаете медком, Фаина Андреевна. 
Я подняла руки в шутливом жесте: 
— Сдаюсь, Александр Петрович, крыть нечем. 
В общем, чаю мне налили, и кусок расстегая мне тоже достался. Я передала то, что вчера получила от Орлова, и детективы углубились в изучение бумаг. Мне тоже передавали прочитанное со словами: 
— Читайте, Фаина Андреевна, и если вдруг что-то покажется вам странным, даже если будет казаться незначительным, сразу же говорите. 
Я стала просматривать и снова зацепилась за знакомое имя: Елисей. 
— Господа, — позвала я тоже углубившихся в изучение архива мужчин. 
— Что-то нашли, Фаина Андреевна? — спросил Пришельцев. 
— Вот здесь, смотрите, имя Елисей. 
— Да? Вам знаком этот человек? — спросил Кошко. 
— Да, — кивнула я. — Это помощник господина Нурова и вроде как племянник управляющего Нуровского салотопенного завода. Весьма предприимчивый молодой человек. 
Сыскари переглянулись. 
— Любопытно, — произнёс Кошко, — весьма любопытно. 
В общем, Пришельцев вызвал каких-то двух людей в сером, без всяких нашивок. Меня не посвящали в то, что им было поручено, но, судя по тому, как переглядывались Кошко с Пришельцевым, дело сдвинулось. 
Спустя некоторое время, когда я уже три раза пересмотрела архив и ещё три раза нашла там упоминание этого Елисея, меня «попросили» пока поехать по своим делам, но, по возможности, из Екатеринбурга пока не уезжать. И я отправилась проведать госпожу Голощёкину. 
Мария Александровна была в своём магазине. Я сразу пошла к ней, подумав, что к себе потом успею. 
— Фаинушка, как хорошо, что ты пришла, — искренне обрадовалась мне женщина. — А знаешь ли, всё по тому делу выяснили, спасибо главе сыска. Такой приятный и умный мужчина. Эх, было бы мне лет на сорок меньше, и не был бы он женат, я бы такого не упустила. 
— Это, знаешь, были охотницы за деньгами. Специально притворяются, гадины! — возмущённо произнесла Мария Александровна. — Ну и хорошо, что так всё закончилось. Но мёд твой пока пришлось всё-таки убрать. 
Мария Александровна потянулась взяла чашку, подставила под самовар, а потом долила заварки из маленького пузатого чайника и добавила: 
— Хорошо-то хорошо, а нервы потрепали, да ещё и народ языками чешет. 
— Да и ничего, Мария Александровна, — поторопилась я успокоить пожалую женщину, — пусть мёд настоится. Мы его потом, когда все угомонятся, снова поставим. 
— Ой, я ж забыла тебе сказать, Фаинушка, — продолжила она. — Тут давеча к тебе в магазин парень этот, хитрованный, приезжал, который помощник Нурова, Елисей. 
«Любопытно, — подумала я, — что сегодня его имя всплыло в архиве Диваева, а теперь ещё вдруг он ко мне в магазин приезжал». 
— А что это он приезжал, интересно? — сказала я вслух. — Вроде бы у меня вся аренда уплачена, да и делами магазина Иван занимается. 
— Так он не один приезжал, — хитро посмотрела на меня Мария Александровна, — а с дамой. Дама такая в красивом платье. Правда, грудь у неё вся голая, только что не вываливалась. 
— Тьфу, — поморщилась Мария Александровна 
У меня внутри зашевелилось нехорошее подозрение, и я описала туалет Анны Игнатьевны и её саму. На что Мария Александровна закивала: — Точно она! А кто это? 
— Похоже, что моя матушка, — сказала я, а про себя подумала: «Вот только почему её сопровождал Елисей, и куда они дели Жака?» 
— А высокого носатого тощего мужчины с ней не было? — на всякий случай спросила я. Мария Александровна отрицательно покачала головой. 
После того как выпили по чашечке чая, мы вышли в торговый зал. Госпожа Голощёкина решила меня сама проводить, и вдруг через стеклянную витрину я увидела, как из моего магазина выходит госпожа Нурова Раиса Леонтьевна. — О! Смотри-ка, Фаинушка, неужто у тебя такие покупательницы? — воскликнула Мария Александровна. 
А я с подозрением подумала: «Или супруг прислал проверить, в городе ли я?» И на всякий случай не стала выходить, дождалась, пока Раиса Леонтьевна сядет в свой экипаж. 
А к вечеру за мной в магазин приехал сам Аркадий Никифорович. — Ну что, Фаина Андреевна, поедемте? Послушаете, что задержанные говорить будут. 
Меня, конечно, к задержанным не пустили, но завели в небольшую комнату. Из этой комнаты слышно было прекрасно, и даже можно было смотреть в просверленные дырочки. 
Задержали Елисея и ещё какого-то господина. Голос у господина был незнакомый, но неприятный. Говорил он тихо, как будто бы с ленцой, слегка растягивая гласные, отчего некоторые слова будто бы приобретали другой смысл. 
Когда меня Кошко привёз в участок, допрос, похоже, уже длился какое-то время, потому что у Елисея голос был усталый, не было в нём той бодрости, с которой он говорил, когда я с ним общалась, да и вид у мужчины был какой-то замученный. 
Оказалось, что Елисей являлся «связным» между Нуровым и его должниками. А должниками Нурова были многие, потому что ему принадлежали все игорные дома Екатеринбурга. А мужчина с неприятным голосом был «тайным управляющим» Нурова тёмной стороной города. Он осуществлял связи с воровскими «королями», и он же запугивал тех, кто думал, что можно не возвращать долги. Долги не всегда возвращались деньгами, потому как Нуров не брезговал брать и услугами.