Твоя измена - не моя вина (СИ)

— Что ты имел в виду под легализацией бизнеса? Предлагаешь оставить Макарова и отца с носом? Как такое возможно?
— Практически невозможно. Однако ты можешь его продать и вполне легально, — он включил поворотник и мы свернули на парковку. — Проблема в том, чтобы найти оригиналы документов с твоими подписями. И, конечно, найти покупателя.
— Почему ты думаешь, что документы в Италии, а не здесь в какой-нибудь банковской ячейке или чьем-то сейфе?
  
Щербинский усмехнулся, метнув в меня покровительственный взгляд.
— Не вижу причин почему им быть не там. Макаров вовсе не дурак. Он жадный, но не тупица, — он не мог скрыть неприязни в голосе, когда говорил про Руслана. — Это его план “Б”, на случай если что-то пойдет не так. То, что твой отец уехал за несколько дней до вашего разрыва — значит ли то, что они уже готовы были на эти меры.
Я кивнула, теперь понимая о чем он говорит. Такая же командировка без срока давности. Его азартные игры и отставка стали прикрытием, “долг” — способом закрыть рот маме. А меня в расчет даже никто не брал. Просто использовали имя и подпись.
Как безмозглую куклу.
— Они ищут покупателя?
— Вероятно. И пока у них ничего не вышло у нас есть шанс сделать все по-своему, — Щербинский достал чемоданы из багажника и поставив на колесики закрыл машину. — Я знаю, что у тебя много вопросов и еще больше энтузиазма что-то сделать. Но, Олеся, — он подошел ко мне так близко, что между нами едва ли можно было просунуть лист бумаги, — смятение от полученной свободы и эйфория от нее же — слишком опасные эмоции. Ты не можешь их избежать, но постарайся не делать глупостей. Если у тебя будут вопросы — спроси у меня.
Его руки легли мне на плечи, пальцы не сильно надавили и он притянул меня к себе, наклоняясь и прикасаясь губами ко лбу. Снова.
К такому несложно и привыкнуть.
  
Глава 40
 
Чтобы добраться до Фьюмичино — главного и основного аэропорта города Рим, нам пришлось сделать двухчасовую пересадку в Стамбуле. В общей сложности дорога до Италии заняла около восьми часов.
Воздушная гавань “Города на семи холмах” была переполнена людьми разных возрастов, национальностей и стремлений. Группа туристов из Китая (опознать их можно было по гиду с флагом страны) стройными рядами двигалась в направлении ленты выдачи багажа. Несколько молодых людей из Индии суетливо окидывали взглядом стойку информации и на неуверенном английском пытались объяснить кому-то из сотрудников аэропорта, что один из их чемоданов утерян.
Англичане с важным видом, по которому их можно было безошибочно вычленить из массы прочих прохожих, стояли неподалеку и возмущенно сопели от негодования, когда их язык коверкали на всех акцентах в радиусе слышимости.
Несмотря на общую загруженность аэропорт работал четко, как часы и свои чемоданы мы получили довольно быстро.
— Что дальше? — спросила, я когда мы вышли на улицу. — Нам нужно арендовать машину или возьмем такси до гостиницы?
В отличие от здания аэропорта, где хоть и было тяжело протолкнуться, но работали кондиционеры, на улице оказалось довольно жарко. По ощущениям солнце разогрело воздух до двадцати пяти градусов и я в своей водолазке с жилеткой смотрелась как снеговик среди людей в футболках и сарафанах.
— Дальше нам нужно на автовокзал, — ответил Толя, подходя к свободному такси. — Мне удалось достать два билета до Реджо-Калабрии. Отправляемся примерно через час, поэтому шевелись, иначе потеряем несколько часов до следующего рейса.
— Туда не летают самолеты?
— Летают, но в нашем случае лучше слиться с толпой, а не передвигаться по стране семимильными шагами.
Я поморщилась, залезла в машину и достала смартфон, открывая карты. Вбив название в поисковике и сделав пару нехитрых запросов, стало понятно, что на автобусе в нужный пункт назначения мы доберемся не раньше утра. Десять с половиной часов в дороге! Если билеты были последними, то рейс однозначно будет переполнен.
Миленько.
— Думаешь за нами следят? — И когда моя жизнь из драмы сменила жанр на остросюжетный триллер?
— Думаю, что нам не помешает некоторая осторожность, учитывая, что совсем недавно меня пытались убить, а ты оказалась рядом.
Машина тронулась с места, водитель включил счетчик и радио. Ехали молча. Из-за жары было тяжело дышать и за недолгие сорок минут поездки я выпила почти всю воду, которую успела купить на выходе из аэропорта.
— В автобус нужно будет что-то взять из еды и еще попить. В такой жаре мы от голода и жажды сойдем с ума.
— Если успеем — возьмем, — ответил Толя. — И постарайся не тратить заряд на телефоне на ненужные действия.
— Почему? Я хотела почитать книгу пока едем.
— Почитаешь, когда в ближайшем доступе будет стабильный источник питания.
Щербинский протянул руку и выключил экран моего смартфона.
— И что же мне делать все десять часов дороги?
Толя пожал плечами, взял мою ладнонь и не отпускал до конца поездки.
Рим наверняка очень красивый город, но в этот раз мне не удастся узнать об этом наверняка. Мимо нас проносились дома и улицы. Водитель, конечно, старался ехать по крупным городским магистралям, но даже вдоль них располагались интересные, как будто бы довольно древние постройки.
По улицам города ходило слишком мало людей, а на парковочных местах вдоль дорог между машинами буквально яблоку было негде упасть. И как они потом разъезжались?
— Ты когда-нибудь был в Италии? — спросила я, не в силах оторваться от вида за окном.
— Нет, как-то не доводилось.
Я хотела спросить что-то еще, но мысли вылетели и головы, когда наш водитель внезапно начал сигналить парочке, ухитрившейся подрезать нас на своем скутере. Еще мне показалось что он матерился и проклинал их, активно размахивая руками. Но остаток дороги Франческо, если верить небольшой информационной табличке, которая была прикреплена на торпеде, врубил волну с итальянским рэпом.
Автовокзал Рима — Тибуртина — почти ничем не отличался от аэропорта. Много людей, огромный экран с перечнем отбывающих и прибывающих рейсов, очереди в кассы и гораздо меньше понимания в глазах персонала, когда к ним обращаешься на английском. Мы быстро сориентировались и нашли нужный автобус. К счастью еще не все пассажиры заняли свои места, поэтому, положив чемоданы в багажный отсек мы смогли сесть рядом друг с другом.
— Теперь я могу сходить за водой?
— Лучше я, — Толя собрался встать и пролезть через меня.
— Я справлюсь, честно. Я видела небольшой продуктовый магазинчик прямо напротив входа. Там наверняка есть вода.
— Олеся, автобус отъезжает через десять минут. Ты уверена, что успеешь?
Я почти оскорбилась. Еще ни разу не было такого, чтобы я куда-либо опаздывала или приходила не вовремя.
— Я не безответственная. И если ты продолжишь задерживать меня, то останется девять минут, а мы ведь не хотим, чтобы автобус уехал только с тобой? Правда?
Рука, которой Толя крепко схватил мое запястье, разжалась. Он кивнул и я поторопилась к выходу из автобуса.
Девять минут — это куча времени. Я справлюсь.
Пройдя вдоль автобуса, затем мимо касс я наконец-то вышла на улицу, которая примыкала ко входу в основное здание вокзала и увидела нужный магазин. Светофор приветливо горел зеленым. Через минуту я оказалась внутри и нашла воду. Совсем не сложно! Щербинский переживал совершенно зря.
Вот только на кассе никого не было.
Я звала продавца на четырех языках и даже на русском матерном, но никто не торопился ко мне выходить. В голове уже промелькнула мысль плюнуть на все и украсть несчастную бутылку минералки, когда передо мной появился молодой и симпатичный итальянец. Среднего роста с черными как смоль волосами и синими глазами. Он неторопливо подошел к кассе и пробил воду. Я приложила карту к терминалу, но она не сработала. Мужчина покачал головой, но я и без дополнительных слов поняла, что случилось и полезла в сумку за деньгами.