Исцелить разум, обнажить чувства...(СИ)

— Благодарим вас за то, что уделили нам внимание, — мужчина сгреб в папку разложенные фотографии, поднялся по стула, всем своим видом демонстрируя невероятную занятость, и отточенным движением протянул Маклафлину свою визитку. — Если вы вдруг вспомните что-то, позвоните по этому телефону. Любая информация будет нам полезна.
— Да, разумеется, — не стал спорить владелец бара, но каждый из присутствующих прекрасно понимал, что никто никому звонить не будет. — Был рад помочь, чем смог.
Спенсер, попрощавшийся с нашими свидетелями, подтолкнул меня в спину, заставив спрыгнуть со стула, стоящий рядом Дерек потеснился, галантно уступив дорогу, и я искренне пыталась не сорваться на бег, желая поскорее оказаться подальше от бара, который внезапно растерял для меня все свое очарование и начал неуловимо раздражать. Все равно ничего полезного мы здесь не узнали, в «Маленькой Ирландии» не было даже камер видеонаблюдения, которые можно было бы использовать в расследовании, и потраченного времени было искренне жаль. Судя по хмурым лицам сопровождающих меня мужчин, думали они примерно о том же, переглядываясь между собой с одинаково нечитаемыми взглядами, и каждый из нас надеялся, что остальным членам команды повезло хоть немного больше.
Иначе это чертово дело грозилось затянуться очень и очень надолго, точно так же, как и предыдущее.
Оказавшись у самой двери, я решительно толкнула ее, почти с наслаждением чувствуя, как ударил по ушам шум оживленной улицы. Свежий ветер с примесями выхлопных газов и уличной еды заставил вдохнуть поглубже, разгоняя навеянный дурман, и переступала порог я так стремительно, будто от этого зависела моя жизнь. «Маленькая Ирландия» оставалась за спинами сопровождающих меня агентов ФБР, как и давящее ощущение чужого взгляда на затылке, и не радовать меня это не могло.
Деревянная дверь с характерной вывеской закрылась за нами с мелодичным перезвоном медного колокольчика…
========== Глава 24 ==========
— Вы не должны забывать, что профиль субъекта не является прямой уликой и не может служить доказательством в суде, — речь Хотчнера была мне прекрасно знакома, за время нашей совместной работы я слышала ее несколько сотен раз, уж точно, и мне не нужно было напрягаться, чтобы понять, что он скажет в следующую секунду. — Прежде всего, профиль нужен для того, чтобы вы имели представление о том, на что обратить внимание в первую очередь, с чем вам придется работать в расследовании.
Под выкрашенным серой краской потолком ярко горела лампа, освещающая внушительное помещение переговорной, наполненной ровным гулом чужих голосов, за высокими окнами, выходящими на шумную улицу, уже давным-давно стемнело, и я, неестественно выпрямив спину и чувствуя себя не в своей тарелке под десятками чужих взглядов, искренне надеялась, что со стороны не так заметно, как рот предательски раздирает зевота. Время перевалило за девять часов, а учитывая тот факт, что за последние трое суток я в общей сложности проспала часа четыре, совсем не странно, что время от времени меня немного вело в сторону. Стоящая рядом Джей-Джей, внимательно слушающая главу ОПА, косилась на меня с подозрением, будто ожидая, что я вот-вот рухну в обморок от усталости, но спорить с блондинкой в этот раз мне совершенно не хотелось.
Или, может быть, просто не было сил.
— Мы ищем мужчину тридцати-сорока лет, уверенного в себе, собранного, возможно, бывшего военного, — перехватила инициативу Эмили, выступив вперед и сцепив пальцы в замок перед собой. Спокойный, уверенный взгляд скользил по полицейским, жадно ловящим каждое слово, и мне некстати подумалось, что внушать уважение наша команда явно умеет. По крайней мере, большая ее часть, к которой себя я не причисляла. — Он хорошо организован, он тщательно продумывает каждый свой шаг и не оставляет никаких зацепок, что говорит о том, что субъект предельно осторожен и аккуратен. Третью и четвертую жертву он заприметил в баре под названием «Маленькая Ирландия» в центре города, это дает нам возможность предположить, что и в первых двух случаях сценарий похищения был тот же.
 
— Последняя жертва, Кассандра Гэйб, наведывалась в бар, чтобы найти щедрого спонсора, — подключился к разговору Дерек, запросто присевший на краешек стола и чувствующий себя более расслабленным, чем другие. Под глазами мужчины, присмотревшись, можно было заметить залегшие темные круги, все агенты вымотались точно так же, как и я, и если знать, на что обращать внимание, можно было легко разглядеть за профессиональными масками потемневшие от усталости лица.
Чертов Модесто, словно асфальтоукладчиком, прошелся по каждому из нас, и скрывать это становилось все сложнее и сложнее.
— Этот факт говорит о том, что если наш субъект сумел привлечь ее внимание, он умеет располагать к себе, умеет нравиться девушкам, чем, судя по всему, и пользуется, подыскивая своих жертв, — Морган на мгновение оглянулся через плечо, осматривая большую белоснежную доску, облепленную фотографиями, документами, отчетами и мелкими записями, за весь день оставленными каждым из нас, а после вновь взглянул на собравшихся в помещении полицейских. — Он обаятелен, учтив и, скорее всего, хорош собой, что привлекает его в глазах девушек.
— Мы слышали, что имеем дело с подражателем, — подал голос шеф этого участка, до этого внимательно вслушивающийся в неспешный спич, а заметив, что все обратили на него внимание, сложил руки на могучей, широкой груди, чуть нахмурившись и поджав и без того тонкие губы. — Это правда?
В переговорной стало тихо-тихо, от чего далекий шум улицы показался более отчетливым, присутствующие полицейские, не скрывая своего интереса, переглядывались между собой, явно с нетерпением дожидаясь ответа на поставленный вопрос, а заметив, как оглянулся на меня мигом потемневший лицом Хотч, я только вздохнула украдкой, не позволяя никому заметить ту предательскую дрожь, которая всего лишь на короткую секунду волной пробежалась по телу. В горле запершило, острое желание покурить и запить никотин крепким кофе, от которого за сегодня уже тошнило, вспыхнуло на задворках сознания и тут же испарилось, и я, понимая, что ответить придется, медленно шагнула вперед, спиной ощущая напряженные взгляды команды. В подобные моменты я предпочитала отмалчиваться, все еще чувствовала себя неуютно, выступая перед полицией во время представления профиля, однако сейчас понимала, что в сложившихся обстоятельствах остаться в стороне не получится.
Да и кто, в конце концов, мог рассказать о старом деле лучше, чем его очевидец.
— Наш субъект подражает преступнику, три года назад убившему четверых девушек и почти убившему пятую, — голос не дрожал, звучал уверенно, почти хладнокровно, и я просто невероятно собой гордилась, заложив руки за спину и пытаясь сделать вид, что это не мои кулаки сейчас сжимаются так крепко. — Он действует по схожей схеме, так же подыскивает своих жертв в баре, сопровождает их в укромное место, где сможет похитить, а после ударом по голове оглушает. У субъекта есть укромное место вроде пустынного склада на отшибе или заброшенного дома, размещенного в безлюдном месте, где он может удерживать девушек и издеваться над ними до тех пор, пока это ему не надоест. Я бы советовала обратить внимание на промышленную зону и склады в десяти кварталах от интересующего нас бара, — я полуобернулась к размещенному за моей спиной стенду, демонстрируя несколько точек, отмеченных Спенсером на огромной карте города. — Место достаточно неприметное и находится недалеко от тех точек, где были обнаружены тела убитых. Скорее всего, у него есть автомобиль, вместительный внедорожник или фургон, в котором можно было бы перевезти девушек, не привлекая лишнего внимания, — я на мгновение закусила губу, собираясь с мыслями, медленно вдохнула и выдохнула, чувствуя, как самую малость опустились ноющие от напряжения плечи, после чего, будто собравшись с силами, вновь повернулась лицом к собравшейся в переговорной толпе, жадно ловящей каждое мое слово. — Субъект жаждет чужого внимание, жаждет страха общественности, поэтому и оставляет девушек там, где их можно обнаружить. Он самоутверждается за счет физического и сексуального насилия над своими жертвами, что говорит о глубокой психологической травме, повлекшей за собой отклонения в психике. То, что он пытается подражать преступнику, совершавшему убийства три года назад, говорит о том, что старое дело, вполне возможно, могло стать триггером. Скорее всего, наш субъект отождествляет себя с убийцей, считает, что продолжает его правое дело.