Исцелить разум, обнажить чувства...(СИ)

Насколько мне было известно, остальные члены команды, поддавшись на подначивания Росси, тоже создали некое подобие тотализатора, и теперь каждый, за исключением, конечно же, агента Хотчнера, ожидал результатов спора.
Благодаря прозрачным стеклам, отгораживающим комнату для совещаний от остальных помещений, увидеть собравшихся специалистов ОПА нам удалось раньше, чем мы добрались до конечного пункта. За круглым столом, размещенным в середине комнаты, действительно собралась почти вся команда, и мне хватило одного взгляда на не слишком радостные лица, чтобы понять, что дело серьезное. Необыкновенно хмурая Джей-Джей, стоящая возле экрана телевизора, активно жестикулировала, объясняя что-то слушающим ее агентам ФБР, сосредоточенная Гарсия в очередном ярком, своеобразном платье, на этот раз — насыщенного лимонного цвета, с невероятной скоростью нажимала на клавиши стоящего напротив нее ноутбука, а остальные внимательно изучали лежащие перед ними папки с материалами дела. Я заметила, как поджимает и без того тонкие губы Хотчнер и как переглядываются между собой Росси с Прентисс, а блуждающий взгляд, скользнувший в сторону, мгновенно выцепил нескладную фигуру Рида, сгорбившегося в своем кресле.
То и дело раздраженно заправляя за ухо волосы, мужчина рассеянно постукивал ногой по полу, глаза с невероятной скоростью бегали по документам, разложенным перед гением на столешнице, а губы беззвучно шевелились, и мне даже прилагать усилия не нужно было, чтобы понять, что Спенсер полностью сосредоточен на новом деле. Вид необыкновенно серьезного, собранного друга вызвал странную волну тепла, поднявшуюся откуда-то изнутри, и я, не смотря на то, что ситуация явно к веселью не располагала, все равно не сдержала полуулыбки, изогнувшей губы. Разумные мысли отошли на задний план, и сожалеть о загубленном отпуске у меня уже не получалось.
— Прошу прощения за опоздание, — громкий голос Дерека ворвался в сознание, заставив вздрогнуть, и я моргнула, приходя в себя. Опередивший меня агент порывистым движением распахнул дверь, по-джентельменски уступая мне дорогу, и я поспешила проскользнуть мимо него в комнату для совещаний. — Смотрите, кого я вам привел.
Агенты ФБР, среагировавшие на шум, повернулись в нашу сторону, я мимолетно успела заметить, как приветственно кивнула мне поднявшая голову Прентисс, а спустя секунду по ушам ударил грохот резко отодвинутого стула.
— Черт, Морган, не пускай ее сюда!
Испуганное, мгновенно побелевшее лицо Росси, вскочившего на ноги, привлекло мое внимание, заставив застыть прямо на пороге с уже занесенной для шага ногой, среагировавший на резкий окрик Дерек от неожиданности дернулся, явно не понимая, что происходит, а в широко распахнутых, округлившихся глазах бывшего наставника я внезапно увидела отголоски самой настоящей паники, причин которой понять не смогла. Рванувшись всем телом и едва не опрокинув чертов стул, Дэйв бросился в мою сторону, явно растерявшиеся члены команды поднялись со своих мест, от чего в помещении поднялся просто невообразимый шум, а мой взгляд, скользнувший за спину Росси, наткнулся на экран телевизора, на который раньше я просто не смотрела.
Несколько ярких фотографий привлекли внимание, при виде истерзанных женских тел, разукрашенных алыми разводами, словно краской, желудок скрутило болезненной судорогой, и я, уже успевшая за время работы привыкнуть к подобным изображениям, не сразу осознала, что что-то с этими фото не так. Невольно сделала шаг вперед, пытаясь уловить за хвост мысль, промелькнувшую где-то на задворках сознания, и в то же мгновение буквально похолодела, вдруг осознав…
Чья-то невидимая рука словно ударила в солнечное сплетение, заставив захлебнуться на вздохе, столь необходимый кислород комком застыл в горле, не давая дышать, а мир перед глазами подернулся рябью, когда на сознание темным водопадом хлынули воспоминания, которые я так долго прятала где-то глубоко-глубоко. Фантомный, необыкновенно далекий истошный крик надавил на барабанные перепонки, болезненная судорога свела каждую мышцу в теле, и я, потеряв вдруг контроль над собственным телом, пошатнулась.
 
— Блейк!
— Черт, Дерек, держи ее!
— Дэвис!
Несколько голосов надавили на слух, пытаясь пробиться к сознанию, однако ни один из них не нес смысловой нагрузки. Дикий, болезненный водоворот воспоминаний затягивал все глубже в бездну, перед широко распахнутыми от ужаса глазами все еще полыхали яркими красками алые разводы на светлой коже, а дышать не получалось просто физически. Чьи-то горячие руки сжались на теле, не позволяя упасть, чужие тени замелькали где-то рядом, заслоняя равнодушный холодный экран, однако изображения никуда не исчезли, их выжгло в сознании каленым железом, и мне казалось, что куда бы я ни смотрела, все равно видела одну и ту же картинку.
Тела, покрытые кровью, и темные потеки туши на глазах, и…
И этот отчаянный, дикий крик, который никак не смолкал, звенел эхом в ушах и сводил с ума…
— … слышишь? Пожалуйста, девочка…
— … происходит?..
Рот распахнулся в беззвучной мольбе, нехватка кислорода обожгла легкие, вызвав еще один приступ боли, а вместо вздоха из груди вырвался лишь сиплый хрип, отобравший остатки сил. Темная волна накрыла с головой, поглощая сознание, гул чужих голосов постепенно смолк, сменившись усиливающимся свистом в ушах, и я, отчаянно желая защититься от собственных ночных кошмаров, настигнувших меня в реальности, медленно скользнула в темноту, гостеприимно распахнувшую свои объятия.
Такой знакомый испуганный голос, зовущий меня по имени, показался лишь бредом воспаленного разума…
========== Глава 20 ==========
Тлеющий окурок сигареты начал обжигать замерзшие пальцы, и я, раздраженно выбросив его в стоящую рядом урну, тут же потянулась в карман за следующей, вытащив на свет смятую упаковку. Ярко вспыхнувший на зажигалке огонек на миг заставил сфокусировать на нем взгляд, и я сделала очередную затяжку, чувствуя, как проникает в легкие терпкий, чуть горьковатый дым.
Погода на улице заметно испортилась, тихо шелестевший по асфальту дождь только усилился, превратившись в самый настоящий ливень, а где-то высоко в небе яростно рокотал гром и сверкали молнии. Злой, порывистый ветер бросал колкие капли в лицо, рвал волосы и забирался под одежду, обжигая холодом кожу, от чего та покрывалась мурашками, намокшая сигарета совершенно не хотела тлеть, заставляя недовольно пыхтеть, а виски стянуло тесным обручем боли, избавиться от которой не получалось просто физически.
Откуда-то с живота к горлу то и дело подкатывала тошнота, отдающая кислым привкусом во рту, а ушах все еще эхом звенел истошный громкий крик. Мой собственный.
Прийти в себя после обморока оказалось необыкновенно сложно, липкие объятия темноты не спешили отпускать из своих цепких рук, и мне пришлось приложить немало усилий, чтобы распахнуть тяжелые веки. Мир вокруг кружился и пульсировал, воздух покидал губы со странным надсадным хрипом, и в первые несколько мгновений я даже не могла осознать, что происходит вокруг. Рядом кто-то разговаривал, кто-то суетился, кто-то держал меня за руку и бережно, осторожно поправлял на лбу холодную повязку, и все вокруг казалось необыкновенно далеким и не несущим никакой смысловой нагрузки. На затылок что-то неприятно давило, живот скрутило судорогой, и я только тихо застонала, попытавшись повернуть голову, чтобы было не так плохо.
Встревоженное не на шутку лицо Спенсера тут же возникло напротив моего, отчаянно испугав, от резкого движения к горлу подкатила тошнота, и я, отчаянно сдерживая рвотные позывы, вновь крепко зажмурилась, понемногу начиная соображать, что случилось. С трудом, но мне удалось осознать, что кто-то перенес меня из комнаты для совещаний и уложил на узкий, неудобный диванчик в одном из рабочих кабинетов, что рядом со мной на этот самом диванчике сидит перепуганный, бледный до синевы Рид, и что именно его руки так крепко сжимают мои пальцы, словно боясь отпустить, и что рядом находятся не менее встревоженные Росси и Хотчнер. У распахнутого настежь окна неуверенно переминалась с ноги на ногу Гарсия, перебросив через локоть мою куртку, а остальная часть команды, вытягивая шеи, заглядывает в дверной проем, дожидаясь моего пробуждения.