Исцелить разум, обнажить чувства...(СИ)
Пакет со льдом, крепко прижатый к подбородку и снимающий боль, я отняла еще не скоро.
— Мистер Аррен, если вы откажитесь сотрудничать, я не смогу вам помочь, неужели вы не понимаете, — вкрадчивый голос Эмили привлек мое внимание, отвлекая от мыслей, и я, вздрогнув, перевела взгляд на женщину, сидящую за столом напротив подозреваемого.
Она выглядела уставшей, словно давно не спала, успела снять с себя черный пиджак, висящий на спинке стула, а тонкие пальцы отстукивали какой-то известный только Прентисс мотив по металлической столешнице. Я видела, что она, как и я, взволнована, что хочет добиться правды, хочет найти хоть какую-то ниточку, ведущую к похищенной девочке, и тот факт, что педофил, закрывшись в себе, совсем ей не отвечает, Эмили, кажется, изрядно раздражал. Шумно выдохнув, она откинулась на спинку стула, устало потерев лицо, а после резко поднялась на ноги, сложив руки и пройдясь по комнате для допросов.
— Мы нашли тело Кейси Вагнер, мистер Аррен, — заявила она, демонстративно не глядя на собеседника. Повернулась к нему спиной, медленно приблизившись к зеркалу, а после замерла прямо напротив меня, в точности повторив мою позу и упрямо вскинув подбородок. Темные глаза приглушенно сверкнули, и я едва заметно дернула уголком губ в злой усмешке. Кажется, Прентисс, как и мне, невыразимо хотелось вмазать этому уроду по морде. — В вашем доме сейчас работает команда криминалистов, они найдут улики, связывающие вас с тремя похищениями. Вы уже привлекались раньше за изнасилование несовершеннолетней, в этот раз суд не будет к вам снисходителен. Но если вы скажете, где найти Мэри Хилл, окружной прокурор учтет это.
Аррен медленно поднял голову, уставившись Эмили куда-то между лопаток, на несколько мгновений прекратил трясти ногой, словно размышляя о чем-то, а после, сгорбившись, кажется, еще больше, вновь вернулся к прерванному занятию, равнодушно буркнув уже сотню раз услышанное нами:
— Это был не я.
— Тогда кто, мистер Аррен? — нервы у Эмили явно начали сдавать, она резко обернулась к подозреваемому, приблизившись к столу, а после оперлась руками о спинку своего стула. — У вас нет алиби, похищенные девочки полностью отвечают вашему типажу, и вы не хотите с нами сотрудничать. Вы должны понимать, что ситуация сложилась явно не в вашу пользу.
— Вот именно, гаденыш, — едва слышно прошептала я, не сводя глаз с Аррена, — так что лучше бы тебе признаться.
Откуда-то из-за спины послышались шаги, и оглянувшись, я заметила приближающуюся ко мне команду. Внимание сразу привлек большой ящик в руках Моргана, хмурые Росси и Хотчнер хорошего настроения мне не прибавили, без слов давая понять, что хороших новостей у них нет, а выхватив взглядом маячащего за их спинами Спенсера, я и вовсе тяжело вздохнула, опустив руки. Тяжелое молчание было красноречивей любых слов.
— Как я понимаю, вы не нашли ничего, что привязало бы Аррена к похищениям, — подметила я, вопросительно уставившись на своего наставника. Итальянец, перехвативший мой взгляд, только неопределенно пожал плечами.
— Его сарай похож на рай для педофила, — хмуро сообщил мне агент Хотчнер, поравнявшись со мной и так же безэмоционально наблюдая за продолжающимся допросом. Прентисс, находящаяся уже на пределе, продолжала трясти нашего подозреваемого, но что-то мне подсказывало, что в этом нет никакого смысла. — Мы нашли снимки и видео, ноутбук, кучу детской порнографии и плюшевых игрушек, но никаких следов присутствия ни похищенных девочек, ни других детей.
— То есть, он сделал из своего сарая игровую комнату, но ни разу не приводил туда никого, чтобы поиграть? — ядовито выплюнула я, чувствуя, как к горлу подкатывает тошнота, и попыталась взять себя в руки. — Это глупо.
— Аррен не может справиться со своей тягой, он окружает себя детскими вещами, чтоб почувствовать удовлетворение, — задумчиво предположил Рид, изучая сидящего в допросной мужчину. — Порно помогает ему воплощать свои фантазии.
— И в какой-то момент фантазий стало мало, — согласно кивнул Росси, а после, шумно выдохнув, трижды постучал по зеркалу, привлекая внимание Эмили. Оглянувшись на нас, женщина поджала губы, а после, словно согласившись с тем, что продолжать допрос бесполезно, покинула комнату. — Он не расколется, нужно поменять тактику.
— Нужно не упрашивать, а угрожать, — хмыкнула я, уверенная в своей правоте.
— Что-то он точно знает, только не хочет признаваться, — сообщила нам Эмили, взглянув поочередно на каждого, и прислонилась спиной к стене, устало потерев шею. — Думаю, боится, что все три похищения повесят на него, не хочет подложить себе свинью.
— Похищения и так повесят на него, если он не докажет обратное, — сказал Росси, глядя на нашего подозреваемого с плохо скрываемой брезгливостью. Сочувствия или симпатии он не вызывал ни у кого из присутствующих, и оправдать его тоже никто не пытался.
Я невольно взглянула на коробку в руках Дерека, увидела несколько кукол и плюшевых игрушек, заметила папку, в которой, судя по всему, были фотографии, и потянулась к ней рукой, уже догадываясь, что могу увидеть. Реальность оказалась еще хуже, десятки блестящих глянцевых фото с детьми различной степени обнаженности вызвали стойкое отвращение, и я почувствовала, как задрожали запястья. От одной мысли о том, что в мире может существовать что-то столь грязное и мерзкое, к горлу подкатил комок, взгляд, брошенный через плечо на задержанного педофила, ничего общего с симпатией не имел, и я, не желая больше видеть подобные фото, попыталась закрыть папку.
— Это детский парк здесь, в Ореме, — внезапно подал голос Рид, привлекая всеобщее внимания, и я невольно вздрогнула, когда мужчина, приблизившийся ко мне, склонился над папкой в моих руках. Горячее дыхание взъерошило волосы на макушке и скользнуло по щеке, обжигая кожу, чужое тело на какое-то мгновение прижалось к моей спине, и я почувствовала, как сбилось дыхание.
Гнев отступил, словно смытый волной, теплое спокойствие согрело каждую клеточку тела, и я не сразу осознала, что только что сказал стоящий рядом Спенсер.
— Какой парк? — переспросила я, резко вскинув голову и повернувшись к мужчине. Лицо гения оказалось необыкновенно близко к моему, дыхание смешалось, а взгляд Рида пересекся с моим, и я почувствовала, как обожгло жаром скулы, что, к счастью, было не так заметно в полутемном коридоре.
Прилив смущения заставил тихо кашлянуть, и я вновь вернулась взглядом к фотографиям, разглядывая ту, которая привлекла внимание моего напарника. Смеющуюся маленькую девочку камера запечатлела в тот момент, когда она каталась на качелях, на фоне виднелись фигуры множества народа, но даже при всем своем желании, я не сумела увидеть ни одного характерного знака, указывающего на точное место, где была сделана фотография.
В подобном смятении, кажется, я была не одинока, остальные агенты сгрудились вокруг нас, точно так же внимательно изучая фото, и подобная близость других людей заставила меня поежиться от дискомфорта. Впрочем, это было наименьшим, что меня заботило в данный момент.
— Мы проезжали мимо него сегодня утром, — уверенно сообщил Спенсер, явно осознав, что связь видит только он. Взял в руки фотографию, присмотревшись к ней повнимательней, а после застыл на мгновение, словно вспомнив что-то еще. — В том сарае было еще несколько фотографий, сделанных в том парке.
— Гаденыш следит за детьми здесь, в Ореме, и фотографирует их, чтобы потом повесить фотографии на стену, — протянул Дерек, скривившись от отвращения. Шумно вдохнул, поставив коробку на стоящий возле нас стол, и сложил руки на груди, мгновенно став казаться еще внушительней.
— А три недели назад решил перейти от фото к непосредственному контакту и похитил Джули Уолш? — вопросительно изогнул бровь Росси, взглянув на нахмурившегося еще больше Хотчнера, который задумчиво рассматривал глянцевый снимок. — Убил ее, но не смог продержаться и похитил Кейси Вагнер…
— Субъект должен вызывать доверие у детей, чтобы те открыли ему дверь, — недоверчиво подметила Эмили, оглянувшись на нашего задержанного, который, оставшись в одиночестве в комнате, кажется, даже немного расслабился. Во всяком случае, трястись он перестал. — Этот парень вызывает, разве что, желание держаться от него подальше.