Наследник для дона мафии (СИ)
Еще рассказал как Роберта следила за Феликсом, начиная с его несостоявшейся свадьбы с Ариной. А вот о том, что он узнал в Турции, Андрей решил Аверину не говорить.
Раз тот играет в шпионов, и мы сыграем. К тому же, судя по словам Лейлы, в этом деле замешана мафия. И это может быть кто угодно. Не обязательно Винченцо.
Мало ли, что ему подсказывает интуиция...
И если Аверин имел отношение к Феликсу и Сомали, то в случае с Турцией и Робертой он явно не при делах.
— Почему ты решил покопаться в прошлом Феликса? — наконец сдался Аверин. — Чего ты так вцепился в Сомали?
— Сроки зачатия сына Роберты плюс-минус совпадают со временем, когда Феликс находился в Сомали, — сказал Андрей. — Я знаю, что вы в то время с ним общались.
— Почему бы тебе самому у него не выяснить, что тебя интересует?
— Он сказал, чтобы я от нее отъебался, — дипломатично ответил Платонов. Аверин понятливо кивнул.
— Хорошо, что именно ты хочешь знать?
— Были ли у Феликса в то время связи...
— Другими словами, ебал ли он кого-то? — «перевел» Аверин на понятный для себя язык. — Отвечаю: да, ебал. Все, что шевелилось женского рода в пределах видимости. Потом остановился на нескольких, и там велся строгий контроль, чтобы ни одна из этих дамочек случайно не залетела. Сам понимаешь, дону Винченцо местные наследники были нахуй не нужны.
— Значит, это наследил сам дон Винченцо, — сказал Андрей. И полюбовался, как у Аверина вытянулось лицо.
Ответы Аверина только утвердили его догадки.
Все указывало на старого дона. И рекомендательное письмо, и диагноз такой же, как у его старшего сына.
— Хорошо, что она тогда хочет? Зачем она прячется, если может просто заявиться к брату своего ребенка и потребовать его долю? — спросил Аверин.
— Вот как раз это я и хочу выяснить, — сказал Андрей. — Она при желании уже давно могла бы заявить о своих правах. А она молчит.
— Ее надо вывести на эмоции. Чтобы она испугалась. Чтобы что-то в ее жизни поменялось, причем существенно. Например, она осталась без поддержки.
— Вы предлагаете ее уволить? — спросил Андрей.
— Надо пустить слух, что твой босс уезжает. И надолго. У него остров в Индонезии, вот туда его и отправь недельки на две. Не по-настоящему, — объяснил Аверин как для слабоумного. — Пусть она так думает.
И Андрей озвучил не совсем завуалированную просьбу:
— Мне нужен напарник. У Феликса есть личный телохранитель, очень толковый парень. Но он из местных. А я хотел бы... В общем, если мальчик сын Винченцо, и об этом узнают все эти шакалы-капореджиме Феликса, боюсь, они начнут вредить боссу. Может, поэтому Роберта его и прячет.
— Мда... Согласен, — Аверин потер подбородок. — Мы вот что сделаем. Я приеду с женой на неделе. У нее в Мюнхене планируется симпозиум. Мы оставим детей у моего отца с сестрой, и пока жена будет на симпозиуме, я прилечу на Сицилию. Типа в гости. Побухать и попиздеть. А там на месте сориентируемся.
* * *Аверин прилетел, как и обещал. Феликс не удивился, видимо, они созвонились заранее. Жаль, Роберта отвезла ребенка — Андрей хотел, чтобы Костя его увидел.
В первый вечер ничего особенного не произошло. Они втроем посидели на террасе, выпили совсем ерунду, покурили кальян.
С утра они повторили в присутствии Роберты несколько раз, что Феликс скоро уедет. Надолго. Так, чтобы Феликс не слышал.
— Я поставлю в спальне Феликса камеры, — сказал Аверин Андрею. — Будешь наблюдать. Если поведение этой девушки покажется тебе подозрительным, сообщишь мне.
— Но разве можно ставить камеры в спальне? — засомневался Андрей. — Это же неэтично.
— Если твой босс захочет подрочить, отвернешься, — успокоил его Аверин.
Роберта сегодня выглядела бледной и дерганой. Взволнованной.
— Она немного странная, — нехотя признал Аверин, когда Андрей спросил его мнение.
«А ты наглый и без берегов», — думал он, глядя как Аверин без труда вскрывает комнату Роберты и начинает рыться в ее вещах.
Что ищет? Непонятно.
А тот продемонстрировал шокированному Андрею фото шприцов, системы для заборы крови и охлаждающих контейнеров. А еще нескольких капсул.
— Это снотворное. Доза не убойная, но чтобы вырубить человека, вполне достаточно.
Андрей видел только, что дело принимает намного серьезнее оборот. Наверное, зря он препятствовал ставить камеры в спальне босса.
И хорошо, что Аверин его не послушал.
* * *Андрей следил за происходящим в спальне через экран планшета.
Все произошло молниеносно и прямо у него на глазах. Роберта вскрыла капсулу и вылила содержимое в стакан с лимонадом. Поставила стакан на поднос, и ему даже издали было видно, как у нее трясутся руки.
— Спасибо, Роберта, — Феликс выпил лимонад, и Андрей влетел к Аверину.
Но тот его удержал.
— Стой. Феликс уже выпил снотворное. Там доза не такая, чтобы его убить. Если мы сейчас ее поймаем, где гарантия, что она скажет правду?
Андрей снова уставился на планшет. Аверин бесшумно подошел к двери спальни, прислушался. На экране Феликс раскинулся на кровати, Роберта склонилась над ним.
Аверин медленно вставил в дверь ключ.
Роберта на экране достала из кармана одноразовые перчатки, надела, разгладила. Достала систему забора крови. Антисептик. Шприц.
Аверин кивнул Андрею на дверь и несколько раз провернул ключ в замке. Распахнул дверь.
В спальню они ворвались одновременно.
Аверин выхватил пистолет.
— Выбросила шприц, сучка.
Андрей воспользовался ее шоком и замешательством, одной рукой схватил за руку со шприцом, второй захватил ее шею локтем.
Теперь Роберта была надежно обезврежена, хотя шприц так и не выронила.
Упертая стерва.
— Я знаю, что ты не та, за кого себя выдаешь, — прошипел Андрей ей над ухом. — Ты не Роберта. Кто ты? Говори!
— Айше... — вдруг без всякого акцента сказала бывшая Берта. И по-русски. — Меня зовут Айше Демир.
Только многолетняя выдержка не позволила Андрею ее выпустить.
Раздался глухой звук — это пистолет выпал из рук Аверина и ударился об пол.
Или он его бросил?
Андрей смотрел и ничерта не понимал.
Аверин уставился немигающим взглядом на Роберту, которая отчаянно хлопала глазами. Закрыл руками лицо и отвернулся к стенке.
Андрей чувствовал себя странно и непонятно. День, точнее, ночь охуенных открытий.
Аверин, который собирался помогать, безвольно упирался вытянутыми руками в стену, стоя к ним спиной.
— Кость, — позвала его Айше или Роберта, или как там ее. Андрей в принципе отказывался понимать, что происходит. — Костя... Скажи, чтобы он меня отпустил. Я не причиню вреда Феликсу. Я спасаю нашего с ним сына.
Аверин не поворачиваясь махнул рукой.
— Отпусти ее, — процедил сквозь сжатые зубы.
— Но... — начал Андрей. Костя обернулся. Его глаза в уголках ярко переливались в свете диодного светильника.
— Отпусти, Андрей. Она его жена, — он кивнул головой в сторону «Роберты». Отвернулся.
Жена...
???
И руки Андрея разжались сами собой.
Глава 16
Милана
Платонов разжимает стальные тиски.
Первый глоток воздуха дается с трудом. Второй дерет горло. И третий тоже. Сильно дерет, как наждачкой.
И это не из-за того, что меня чуть не задушили.
Бормочу хмурому Платонову «Простите», но только потому что локтем отодвигаю его от кровати.
Я ему ничего не должна. Я ни в чем перед ним не провинилась.
Расправляю сморщившиеся перчатки и беру антисептик. Мне надо, чтобы руки не дрожали, поэтому стараюсь сосредоточиться.
И не смотрю.
Не смотрю туда, где большой сильный мужчина молча упирается руками в стену. Закаменевший. Не говорящий ни слова.
Когда мы встретились глазами, в меня словно метнули гарпун. И прибили к стене.
Лучше бы он меня ударил.
Лучше бы он на меня наорал. Пригрозил отдать под суд или на расправу сицилийской мафии.