Защитник по соседству

«Выходи».
Словно загипнотизированная, заглушаю двигатель. Смотрю на него такого огромного за лобовым стеклом и плыву. Растекаюсь от той ауры, что он излучает. Даже на расстоянии.
Мне надо ехать, надо бежать, а я жду. Впервые за всю жизнь мне приятно исполнять мужское требование. Наверное, я подсознательно знаю, что Илий не сделает мне больно.
Он скользит ладонью по машине, так нежно и медленно, словно по коже любовнице.
  
По спине тут же возникает топот мурашек. Облизываю пересохшие губы и стараюсь не смотреть, как он обходит машину, приближается к двери. Крадется. Настоящий хищник, готовый сожрать свою жертву. Только, кажется, жертва очень хочет быть съеденной.
Дыхание, и без того учащенное, начинает напоминать работу вентиля в шахте. Шуметь штормом в море.
Глаза слезятся от выброса магмы в теле. И я окончательно теряю ощущение реальности, когда дверь открывается. В душный от жары салон врывается легкий ветерок вместе с ошеломляюще приятным запахом Илия. Чисто мужским с примесью одеколона и домашнего пива. Он садится на корточки, пока я с силой сдавливаю руль.
– Ты реально думала, что моя сестра меня предаст?
Глупо, да. Верить никому нельзя. Наверное, страх настолько поглотил мой разум, что соображала я с трудом.
– Женская солидарность… – бросаю я на него взгляд и тут же тону в глубине его глаз. Она засасывает, заставляет желать остаться в этой трясине навсегда.
– Скорее, любопытство, как далеко я зайду.
Хочу спросить, о чем он, и вдруг вижу протянутую ладонь.
– Ключи давай.
Вытаскиваю ключи из замка и уже опускаю на крупную ладонь, как вдруг Илий весь напрягается. Мышцы на руках твердеют, а кожа на лице натягивается, становится жесткой.
Он словно коршун, учуявший добычу. Поднимается, всматриваясь вдаль.
Ровно через секунду нас ослепляет свет неоновых фар, оглушает рев мотора.
В открытые ворота въезжает огромный монстр. Даже больше чем у Илия.
– Еб твою мать, принесла нелегкая, – выругивается он. Отбирает ключи. Переваливается через меня, пристегивает и заводит двигатель.
– Илий? – смущенно спрашиваю я, когда он целует меня в висок и уже готовится закрыть двери.
– Навигатор включи и домой. Я скоро буду.
Как по команде газую, прокручивая задние колеса по графию, создавая небольшое облако пыли. И, наконец, понимаю причину такой паники Илия.
Из монстра вылезает… Тамерлан Багров. Человек из охраны отца. Его когда-то личный киллер. Появление его медвежьей туши где бы то ни было, вызывало панику. И я не была исключением. Руки задрожали, сердце ухнуло вниз.
Да, теперь он работает на себя, владеет охранным агентством. Но я уверена, что именно ему Беляев поручил меня найти. Связи у него по всему миру.
Неужели Илий это планировал? Тогда почему столь спешно отправляет меня домой? Почему не сдает?
Отворачиваюсь от сцены мужского приветствия и набираю обороты. Несусь по темной трассе, особо никого не обгоняя, но не плетусь в хвосте. И вдруг понимаю, что села за руль впервые за полгода. Впервые с той самой ночи, когда у меня появилась возможность сбежать. А угнанный автомобиль оставить на пустыре и сесть в проезжавший мимо автобус. Автомобили – моя маленькая слабость. И не важно какие, главное, чтобы двигатель работал исправно.
Меня всю жизнь контролировали, решали, что одевать, как жить и под кого ложиться. Наверное, поэтому мне так нравится чувствовать контроль за рулем. Здесь нет границ. Только я, ветер и дорога. Открываю все окна, впуская в салон пронизывающий ночной воздух и почти задыхаюсь от восторга. Врубаю радио на полную и почти кричу песню Светланы Лободы "Пора домой". И даже мысль, что дома, как такого, у меня нет, не расстраивает.
Улыбаюсь в тридцать два, и не сводя взгляда с лобового стекла, смеюсь в голос.
Как же хорошо снова почувствовать под собой пару сотен лошадиных сил.
Моя тайная фантазия – это участие в гонках. Но раз такой возможности не представилось, приходилось отрываться в видео игры.
Добравшись до подъезда, тут же поднимаюсь на свой этаж и открываю двери. Прохожу сквозь темень, немного дрожа и смотрю в какой сегодня комнате улеглась Леля. В гостиной. Под очередной фэнтези— сериал.
Выключаю телевизор и укрываю худое тело покрывалом. Хочу выключить еще и смартфон. Опять поди со своим танцором переписывается. Блокировка не стоит. И я невольно всматриваюсь в буквы.
«Это самый нормальный клуб. Там мы можем никого не стесняться».
Хмурюсь, бросая взгляд на сестру, и читаю дальше.
«Я только за. Но если ты приставать не будешь».
«Странный ты. Меня от тебя штырит. Это взаимно, но ты меня опрокидываешь. Девственник?».
Штырит от «Олега»?
«Нас там никто не тронет». Слова парня по имени «Паша» приводят меня в смятение, но я не хочу вмешиваться в личную жизнь сестры. Тем более, что скоро нам придется переезжать.
Поговорю с Илием и поеду.
Если он готов меня поддержать, то должен будет понять. Оставаться на одном месте дольше пары недель опасно. А если Тамерлан является другом семьи Илия, то и подавно.
Иду в душ и там меня настигает поток сознания. Про Илия и его утверждение, что я не фригидна.
С улыбкой выключаю воду, думая, что, если бы не постоянные оглядки и страх, я бы с удовольствием узнала, какого это быть покоренной столь горячим представителем сильных мира сего. Какого это быть по настоящему желанной для мужчины? Я бы играла с ним, просила доказать, что не фригидна снова и снова. Снова и снова, пока сил бы не осталось даже сказать: «Спасибо».
Захожу в спальню, с печальной миной. На сушку волос сил нет, так что придется завтра ходить как лахудра.
Стягиваю полотенце, надеваю легкие шортики и свободную майку на лямках.
Присаживаюсь на кровать и чувствую, как кожа на спине чешется, словно от пристального взгляда.
Что за…
Резко разворачиваюсь и вскрикнуть не успеваю, как меня тянут на спину и закрывают рот поцелуем.
Глава 11. 
Страх колючей проволокой давит на горло. Я хочу крикнуть, но в мой рот тут же вторгается язык, шарит, заставляет задыхаться.
Я поднимаю руки, изгибаюсь как кошка перед купанием, жажду цапнуть неприятеля.
А он сверху, уже уселся тяжелой тушей, придавливая меня к матрасу, царапая нежную кожу молнией на джинсах. Вцепляется руками-кандалами в запястья, стягивает пальцами одной руки и закидывает за голову.
Жмурюсь, не хочу смотреть в лицо насильника, не хочу видеть того, кто в пару мгновений отберет желание быть свободной и жить.
В груди растет ком обиды и слез.
Неужели я буду осквернена? Лучше бы переспала с Илием. Я уже готова завыть от досады, когда вор отпускает мои губы, и вдруг шепот на ухо, заставляет меня застыть.
– Что, дикая кошка уже не хочет быть изнасилованной?
Илий!
– Илий, твою мать! – шиплю змеей и вырываюсь сильнее. – Почему ты сразу не сказал, что это ты! Я со страху даже не узнала!
– А я думал, это у нас игра такая, – хрипит он мне в шею и губами обжигает кожу.
Невозможный!
Могла бы сразу понять, кто это…
Его руки собирают маечку на груди и тянут, выгибают тело в пояснице.
Я ахаю, когда ткань натягивается до предела, а лямки впиваются в кожу.
– Игра? – задыхаюсь и вскрикиваю, когда ткань трещит по швам.
– Да, я насилую, ты сопротивляешься. В прошлый раз у нас неплохо вышло.
– Ты сволочь, ты мне солгал!
– Ниразу, – смотрит он в глаза, убирает остатки шелка. – Ты не спрашивала же, узнал ли я тебя.
– Как ты забрался в квартиру?! Я же закрыла дверь, – перевожу разговор, хочу его немного отвлечь, потому что от его тела жар. Он как дровяная печка, и языки пламени уже ласкают кожу, готовые меня просто сжечь заживо. Как ведьму-развратницу. Грешницу, что спит не с мужем.
  
Потому что мысли мои далеки от праведных.
– Если бы я не умел вскрывать двери, меня бы выгнали со спецназа.