Игры Бездушных. Живая улика (СИ)

— Хорошо, хорошо, я всё поняла, — наконец устремилась к двери подруга, но прежде, чем покинуть комнату, остановилась у двери и, обернувшись, выстрелила в меня хитрым взглядом. — А завтра, нет, скорее всего это наверняка будет после завтра, ты мне признаешься кто он.
С большим воплем взялась за лоб, откинулась головой назад, со стуком затылком ударившись о стенку.
— Всё, всё. Ухожу, — наконец захлопнула за собой дверь Лина, и я облегчённо выдохнула. Не очень было похоже на то, что подруга на меня обиделась. Девушка определённо не находилась под гипнозом, но ложное мнение и доводы, возможно, воспоминания были бессовестно внедрены в сознание подруги. Клянусь, я уговорю Ариосто отдать в моё распоряжение Лину. Закрою её в собственной комнате, да хоть и в этой, и никому не позволю к ней приблизиться. А после, всё-таки помогу подруге выбраться из этого злосчастного места и обрести обычное человеческое счастье.
Отправила последний кусочек первого круассана себе в рот и запила чаем из ранее не пробованных душистых трав и кусочками апельсина. Жаль будет лишаться такой возможности ощущать полную вкусовую гамму и в полную меру ею наслаждаться. Но больше меня пугал сам факт существования внутреннего неконтролируемого зверя в “свежеиспеченных” вампирах. Не хотелось бы превращаться в бесконтрольного монстра после полной трансформации, в идеале так и вообще лучше было бы навсегда остаться на начальной стадии новообращённой, что, впрочем, невозможно.
Принялась уплетать второй круассан, попутно закидывая в рот клубнику и другие ягоды. А, закончив свой завтрак третьим круассаном и выпив весь чай, наконец поставила поднос на прикроватную тумбочку. Вытянулась на кровати и мыслями невольно потянулась к недавнему разговору с бездушной, выудив из памяти именно ту часть разговора, в которой немного упоминалось о прошлых жизнях Дмитрия и Виктора, сопоставила каждую из них с нынешними хищниками.
Полагаю, человек лишившийся двух сестёр-близняшек это Виктор. Среднестатистический, возможно, нищий смертный в прошлом. В силу своей бедности не способен был уберечь своих родных от гибели, поэтому новую жизнь пытается проживать в полном достатке, под маской истинного лжеаристократа. Недаром ощущалась некое неправдоподобие в его поведении и общении, нет, скорее ощущалось чрезмерное переигрывание в некоторых ситуациях. Значит, ощущения меня и правда не подвели. Барс на самом деле не является тем, кем он хочет казаться. Он старательно пытался и до сих пор пытается заглушить призраки прошлой жизни роскошью, местами такой неуместной напыщенностью. Плюс тяжёлый отпечаток, оставившие после себя продолжительные кровавые воины, в виде поселившегося во всех частях его тела, разума и сердца холода, добавляет данной натуре арктическую суровость.
Что ж, возможно, где-то мне даже жаль Виктора. И, тем не менее, многие его поступки и выходки останутся мною недопоняты и не прощены. То же самое касается жестокого и принуждающего отношения Багиры к моей персоне. Хотя, тут ясное дело, призраки прошлого оставили глубокий рванный след и в зачерствевшем сердце данного хищника. Мне сложно даже представить каково это наблюдать за тем, как медленно убивают у тебя на глазах твою женщину, беспощадно её растлевая, забирая жизнь у ещё не родившегося малыша. И ты не в силах что-либо сделать, поскольку тебя держат десятки вражеских рук. Руки. Липкие, потные пальцы врагов, впивающиеся в собственное тело, омерзительным жаром въедающиеся сквозь плотную ткань одежды. Возможно вот в чём кроется секрет постоянного ношения Багирой кожаных перчаток. Естественное нежелания касаться голыми руками людей, дабы не ощущать исходящее тепло или жар от смертных, так явно напоминающие о былой и жестокой утрате в прошлом. Но также это касается и бездушных. Любое касание к голой коже, будь то человеческая или вампирская, возможно, приносит Багире дичайший психологический дискомфорт, напоминая ему о призраках прошлого.
Отчасти мне и правда стоило бы посочувствовать вампирам, ведь многим из них в прошлом пришлось пережить самый настоящий ужас, прежде, чем обрести вечность. Особенно это касается самых первых вампиров - первородных. Но это никак не отменяет самого факта, что в новой жизни они являются самыми настоящими хищниками, иногда жестокими, циничными, и у этих хищников имеются свои планы на этот мир. А уж станет ли наш мир лучше во власти бессмертных тварей не мне судить, поскольку в скором времени мне суждено стать одной из них.
Я начала чувствовать, как сон наваливается на меня своей тяжестью. Не хочу, устала. Больше никаких на сегодня размышлений. Вот только ещё кое-что… перед тем, как вновь погрузиться в сладостное забвение мне захотелось всё-таки пересмотреть некоторые убеждения относительно Барса и Багиры. Переосмыслить хотя бы долю содеянных поступков своих мучителей иль правильнее теперь сказать - моих “суженных”. Возможно, уже сейчас начать им прощать, но единственное на что в данный момент мой мозг способен был это представить как собираю свои немногочисленные манатки и сваливаю восвояси из этого вампирского гнезда. Невольно улыбаюсь, и с этими мыслями наконец погружаюсь в царство сна.
***
– Шевелитесь, адопты! – услышала сквозь поволоку сна приказывающий голос Ариосто. А, когда полностью распахнула глаза и приподнялась на локтях, то увидела в своей комнате трёх суетящихся адоптов, Витторию, молодую девушку и мужчину лет под сорок, имидж которого больше напоминал разнаряженного петуха в человеческом обличии.
– Что тут происходит? – лениво поинтересовалась, потирая правой рукой глаза.
Многослойные этажи из чёрных и серых хлопковых и полиэтиленовых чехлов с одеждой, возвышались прямо над моими ногами. Несколько косметических кейсов и всевозможные цветные коробки с обувью, стояли то тут, то там, и, казалось, занимали значительную часть довольно просторной комнаты.
– Наконец ты проснулась, Аня, – обрадовалась моему пробуждению Виттория и приказала прислуге поднести мне поднос с чем-то очень горяченьким и аппетитно-пахнущим. Большой массивный поднос из красного дерева и резными ножками был сиюминутно ко мне приставлен. – Ты так долго и крепко спала, что естественно нормально после пережитого и моих весьма утомительных росказней. Мне правда не хотелось будить тебя, милая. Но у нас очень мало времени. Бал скоро начнётся, поэтому поешь, но не спеши, тут спешка ни к чему. А после того, как закончишь с ужином, Аркадий и Наталия быстро помогут тебе с образом.
– Получается, я проспала целые сутки? - неохотно посмотрела на пёстрое человеческое подобие, называемое Аркадием, быстро мазнула взглядом по девушке. Опять грёбаные стилисты-визажисты, хрена с два в этот раз не дамся!
– Получается, что да, - снисходительно улыбнулась бездушная, вливая в меня новую порцию приятного материнского тепла и тут же им окутывая разум мой, сердце. – Поэтому советую прямо сейчас приступить к еде, – придвинула ближе ко мне поднос. Развернулась к петушиному подобию и девушке, настоятельно наказала прислушаться именно к моим требованиям и пожеланиям. На что оба покорно закивали головами. А я, тем временем, не отрывая собственного взгляда от парочки, уже тянулась за небольшой керамической ложкой. Ибо рот мой успел наполниться слюной от такого знакомого и вкусного аромата японского супа мисо с креветками, овощами и морской капустой. О моих слабостях и большой тяге к азиатской кухне теперь уже и самой Виттории стало известно. Не удивлена, крайне не удивлена.
Пока я расправлялась с супом, периодически заедая его тёплым рисом, комната моя окончательно успела превратиться в огромный склад коробок и одежды. Когда же черёд дошёл до испечённой рыбы с ломтиками лимона и салатом, то нас в комнате стало на три человека меньше. Виттория быстро прошлась по коробкам, проверила содержимое двух-трёх чехлов и осталась содержимым очень довольна.
– Теперь это всё принадлежит тебе, Анечка, – обвела рукой комнату бездушная, улыбаясь во всю ширь своего не по-человечески-идеального лица, словно подкупая меня своей обаятельно-клыкастой улыбкой и таким количеством подарков. И надо признать, ей практически это удалось.