Шагай! (СИ)

— Айлин, — тихо, но веско одёрнул её мужчина.
Неужели они женаты? Не похоже. Но и никаких родственных черт у них нет. Такие открытые люди, как Айлин, попадались не слишком часто. Возможно потому, что сами шотландцы редко оказывались в её походной группе, а шотландцы, между тем приятные и улыбчивые.
— Проходите… — начала Эмма свою обычную реплику.
— Мы поняли, — перебил Фрэнсис – Вещи на заднее сиденье.
Насколько Лин показалась милой, настолько её спутник милым не был.
Перед автобусом никого не осталось. Несмотря на заминку с таксистом, Эмма справилась, и даже вовремя. Можно выезжать. Порыв ветра подхватил край листа и стал безжалостно его трепать. Эмма согнула ногу, прижала к ней бумагу и расправила на бедре. Пробежала стержнем ручки по номерам, перечитала имена. Несколько раз непонимающе моргнула. Номеров было восемь. Группа состояла из восьми человек, а не из отмеченных семи. Как она сразу не заметила восьмой пункт?
Брент Рейнер.
Эмма подняла голову и беспомощно посмотрела по сторонам. По улице сновали прохожие, многие тащили за собой чемоданы или спортивные сумки, но никому не было дела до туристического микроавтобуса и растерянного гида рядом с ним. Где искать пропажу? И искать ли вообще? Эм еще раз заглянула в список. Рядом с именем восьмого туриста был прописан номер телефона. С британским кодом. Англичанин, слаба богу! Эмма достала мобильник из кармана, разблокировала экран, пальцы быстро пробежали по цифрам. 
Гудки потекли медленно и безответно. Ну давай же!
— Эм, мы едем? – пробасил Айк со своего водительского кресла.
Эмма развернулась и с ощущением полного бессилия посмотрела на усатого доброго йоркширца. Еще один порыв ветра швырнул в лицо тёмную кудрявую прядь, она смахнула её тыльной стороной ладони. Что ей делать теперь? Уезжать без восьмого туриста? Гудки в трубке оборвались предложением робота оставить голосовое сообщение. Дельное предложение, очень дельное… Эмма открыла рот, чтобы громко чертыхнуться…
— Я здесь! – прозвучал знакомый голос откуда-то со стороны.
Эм снова развернулась на пятках.
По тротуару к микроавтобусу бежал мужчина. В серых грубых джинсах, синей непромокаемой куртке и синей шапке. На ногах – тёмно-коричневые шнурованные ботинки. Сама Эмма была обута в такие же, только рыжие. В руках мужчина зажимал мобильник и бутылку с водой. За плечами подпрыгивал огромный рюкзак.
О нет. Колено снова заныло, будто почувствовало приближение виновника своих страданий.
Брент Рейнер, значит.
Мужчина добежал до неё, остановился напротив, согнулся и упёр ладони в бёдра. Его дыхание напоминало шум воздушных поршней.
— Брент, — он тяжело вдохнул, — Рейнер, — громко выдохнул. – Искал… где… купить… воды, — рука с зажатой бутылкой поднялась вверх. — Почти всё закрыто, пришлось долго искать…
Он искал, где купить воды… Поэтому шёл в противоположную от остановки сторону, поэтому зачем-то присел на тротуаре, и поэтому Эмма о него споткнулась каких-то десять минут назад. Почему она сейчас чувствует себя такой неловкой тупицей?
— Шесть утра, мистер Рейнер, — пробормотала Эмма. — Многие только сейчас выезжают на работу.
— Да, — он последний раз глубоко вдохнул, разогнулся, и шумно-шумно выдохнул, сложив полноватые губы трубочкой. – Я знаю.
Серые глаза с карими вкраплениями смотрели без малейшего раскаяния. А с чего бы ему вообще раскаиваться? Он турист. Он заплатил деньги за то, чтобы его ждали. Эм тихо вздохнула, стараясь взять себя в руки. Профессионализм. Нужно сохранить профессионализм.
— Заходите. Занимайте любое место, рюкзак оставляйте на задних сидениях. Меня зовут Эмма Маршалл. Я ваш инструктор.
Микроавтобус завёлся и тронулся с места. В городе уже во всю кипела жизнь, оживлённые улицы стали проплывать за окном. Бренту досталось место прямо за водителем, наискось от девушки-инструктора. Точнее, места было два. Автобус предназначался для шестнадцати пассажиров, а ехали только девять. Видимо, у Майрона действительно проблемы, раз группа сформировалась в минимально допустимом количестве участников.
 
Брент разгладил на бедре надувную подушку, открыл клапан и поднёс к губам. Сделал первый выдох. Вообще-то ему повезло сидеть одному на двух креслах, можно на целых шесть часов развалиться на них, как на диване. Почему-то никто не захотел садиться прямо за водителем.
Как правило в группах есть хоть кто-то, кого укачивает в дороге, и он хочет сидеть впереди. Неужели, этой кудрявой темноволосой девчонке так повезло, что никого не стошнит в проход? Хотя опять же, группа собралась совсем маленькая. Это не автобус на сорок человек, в котором периодически кому-то жарко («Включите кондиционер!»), дует («Я заработаю простуду!»), хочется в туалет («Когда следующая остановка?»), а по телеку идёт не тот фильм («Выключите эту пошлость! Здесь же дети!»).
Так что вполне возможно, девчонке повезло с группой.  
Подушка оказалась надутой. Брент стянул с головы шапку и взъерошил короткие волосы пальцами. Со своего места он хорошо видел курносый профиль в веснушках. Брент подложил подушку под шею и удобно откинулся в кресле, прикрыв глаза. Эмма Маршалл, значит. Когда девушка пнула его на тротуаре, Брент еще не знал, кто она такая. Рядом с одним из главных вокзалов могло ходить сколько угодно мужчин и женщин с рюкзаками и вещевыми мешками.
Для него встреча с мисс Маршалл около автобуса стала сюрпризом. Он просто не ожидал, что именно девушка поведет группу в Хэйлэнд. Даже и подумать не мог. При слове «инструктор» представлялся крепкий мужчина с обветренным лицом, а не глазастая девчонка с распущенными длинными кудряшками. Это же непрактично! Хоть кудряшки и прихлопнуты шапкой, но кто ходит в поход вот так?
У Амелии такие же волосы. Каштановые пружины. Бывшая вечно боролась со своей природой, скупала каждое новое средство для выпрямления волос, но тёмные пряди были неуязвимы. А Брент просто любил намотать их на палец, отпустить, и смотреть как они отскакивают… Раньше любил.
Спереди раздался шорох, Брент снова открыл глаза, взглянул на одинарное кресло наискось от своего. Эмма Маршалл поднялась на ноги, сделала неуверенный шаг и стала в проходе, повернувшись к туристам. На симпатичном лице расплылась доброжелательная улыбка, однако за секунду до того девушка чуть заметно поморщилась. Брент перевел взгляд на ноги в тёмных штанах.
Мисс Маршалл ударилась при падении. В отличие от самого Брента, она летела с высоты своего роста, сверху давил рюкзак, и, очевидно, встреча с тротуаром прошла не очень гладко. Но признаваться девушка, конечно, не собиралась. Это плюс или минус?
— Всем привет еще раз! – жизнерадостно провозгласила она, придерживаясь за кресло чтобы не упасть, если микроавтобус сделает поворот. – Как я уже говорила, меня зовут Эмма…
— Просто Эмма, мы помним, — громко заржал мальчишка с американским акцентом, сидящий как раз за спиной Брента.
Каждый раз. Каждый раз всё начинается одинаково. В каждой поездке есть такой очень веселый персонаж-кретин. Они действительно думают, что могут удивить чем-то человека, намотавшего бешеное количество миль с бешеным количеством людей на хвосте?
— Точно, — улыбка девушки стала чуть шире. – Просто Эмма. И пока мы еще в начале пути, хочу быстро пробежать по нашей программе, идёт? А потом мы дружно вырубимся до самого Глазго.
— Водитель тоже? – снова подал голос американец. – На автобус установлен автопилот?
Брент закатил глаза и на секунду спрятал лицо в ладони. В такие моменты он был рад, что его уволили.
— Нет, — безмятежно ответила «просто Эмма». – Водитель у нас классный, профессиональный, — она положила свободную руку на плечо грузного усатого мужчины за рулём. — И он будет неустанно следить за дорогой. Кстати, его зовут Айк. Так как нас не много, Айк будет делать остановки по требованию. Но всё-таки старайтесь как-то объединяться при походе в туалет, чтобы не приходилось тормозить на каждой заправке.