Уильям Шекспир — вереница чувственных образов

** СТАТНОСТЬ, статности, мн. нет, жен. отвлеч. сущ. к статный, статное сложение. Фигура его отличалась статностью. Толковый словарь Ушакова. Д.Н. Ушаков. 1935—1940. Синонимы: видность, грациозность, ладность, молодцеватость, осанистость, представительность, складность, стройность, хорошее сложение. (Примечание: сокращённое поэтическое название слова грациозность — стать или статность).
  
  Сонет 17 — один из 154-х сонетов из серии «Свадебные Сонеты» (series «Marriage Sonnet», 154 sonnets), написанных английским драматургом и поэтом Уильямом Шекспиром.  Это заключительная сонет о том, что исследователи называют сонет о преемственности передачи качеств родового древа (сонеты 1—17), в котором открываются каноны преемственности «прекрасной молодёжи» в мотивациях продолжения рода («Fair Youth»).
Сонет 17 Уильям Шекспир. William Shakespeare Sonnet 17.
    В тексте Сонет 17 автор ставит под сомнение описания поэтом молодого человека в этой последовательности передачи красоты лица и грации тела от родителей к детям и внуками. Предполагая, что будущие поколения сочтут эти описания красоты, как преувеличения, если прекрасная молодёжь не создаст копию с самой себя, естественным путём, став родителем красивого ребёнка. По своей сути, это не дословная версия начальной части «Сотворения» святого писания: «Плодитесь и размножайтесь...».
Так, например в сонете 130, Шекспир отстаивает диаметрально противоположную мировозренческую позицию, где в иронической форме, присущей автору показывает проявления самоуверенности поэтами елизаветинской эпохи при описании в своих стихах красоты и привлекательности любимой дамы. Хочется отметить интересную заметку, что объединяет Сонет 17 с сонетом 130, тонко подмеченная автором особенность человеческой натуры, — это приукрашивание и вычурное украшательство, хоть чего или кого, что было в его собственности или окружении.
Семантический анализ сонета 17 Уильяма Шекспира.
    Поэт вопрошает, взывая к читателю, кто поверит его стихам в будущем: «Кто поверит в грядущие времена моим стихам», об красоте юноши «пусть даже смыслом наполнят всевышнего пустыни?». Автор сонета сомневается и подчёркивает сомнения литературным приёмом гиперболы, что в глубокий смысл его стихов в будущем могут не поверить.
Следующее утверждение, подсказывают читателю, что автор верующий: «Уж, точно небеса знают», — и это не прямая ссылка на содержание писания, строку завершает логическое умозаключение: «…что могила соскучилась по нам». Могила «спрячет вашу жизнь и не покажет даже половины!»
Драматическая преамбула проста и трагична, как приговор могилы «…которая спрячет вашу жизнь и не покажет даже половины!». Некоторые исследователи Шекспира указывают на то, что могила спрячет всё прекрасное и позитивное, которое есть в характере человека, а также таланты и красоту лица, тела и грациозность, но это есть внешние характеристики молодого человека при жизни.  Значительно чаще подразумевают, что части тела после смерти, будут подвержены естественному процессу разложения, тления в могиле, гробнице, усыпальнице. Но моё понимание семантики данной строки автора сонета ушло значительно глубже и дальше. Реальная продолжительности жизни разнится у большинства людей. Не секрет, что большая часть людей не проживает полной жизни до срока наступления старости и естественной смерти от старости. В шекспировские времена многие умирали совсем молодыми, не прожив даже половины жизни. Причины были просты, — не достаточно хорошая медицина особенно при родах, либо проблемы со здоровьем, — это для дам.  Мужчины, как правило умирали на дуэлях отстаивая свою честь, или же в многочисленных религиозных войнах, которые в те времена были, как правило часто.
Сначала обращается к молодому человеку: «…если б я мог красоту глаз ваших описать». Затем с помощью литературного приёма реверсии автор сонета мысленно возвращается в прошлое и обращает к читателю сонета, поднимая тему своей «памяти»: «… считая освежить в памяти добродетели, вашу стать», автор как бы подчёркивает несчётное количество добродетелей и (граций) грациозность молодого человека. Сопоставив в противовес грядущие времена: «…грядущий века сказал бы», но откуда возникает такая уверенность у автора сонета? Он как будто опережает время и пытается объяснить свою тревогу, что новые поколения грядущего века не поймут его, и скажут «этот поэт лгун». Конечно же у автора возникли сомнения, его волновало, что будут говорит люди в будущие века!
Автор ещё раз подчёркивает необычайную красоту лица «такие небесные прикосновенья, не касались земных лиц». Божественными прикосновениями, даруемыми поэту музой, проводя аналогию с мазками кисти или резца скульптора вдохновенной рукой творца, создателя этой красоты. Которая, «коснувшись» лица земного человека, делает его совершенным и одухотворённо красивым. Как, к примеру в сонете 85, фраза, взятая из античной поэзии, — фраза из «Сатиры» Горация. Уильям Шекспир, как драматург в совершенстве знал греческий и латынь, и был хорошо знаком с мифологией древней Греции и Рима.
Гораций «Сатиры» — «ad unguem, factus homo» (редакционная справка автора эссе).
Ad unguem (лат. язык) — «До ногтя»; до полного совершенства; точно, безукоризненно. Гораций, («Сатиры», I, 5, 32): «Ad unguem factus homo» — «Безупречный человек». Согласно, объяснения древнего комментатора, выражение возникло из скульптурной техники: обработка мраморной статуи считалась законченной, если при проведении по её поверхности ногтем не ощущалось шероховатости.
  Автор обращает взор на свои рукописи: «…от возраста пожелтели все пергаменты страниц». Он имеет ввиду страницы пергаментов, а не бумажные листы, автор сонета имел ввиду именно пергаменты. Так как стоили они необычайно дорого. В предыдущих переводах сонета 17, авторы переводов акцентировали внимание на «страницы бумаг», автор сонета писал на пергаментах, что и позволило им сохраниться во время пожара театра «Глобус», текст пьес был на пергаменте и хранился там.  Бумага была изобретена в Китае в 14 веке и получила распространение первоначально в Европе, Голландии. Исследователи приходят к выводу, что окончательное изобретение Иоганном Гутенбергом технологии книгопечатания следует относить к 1440 году.
  Опасения автора, что будущие читатели могут посчитать описания сонета выдумкой, преувеличением вполне оправданы. Шекспир не желает этого и стоит на своём, что описания красоты лица не являются старческим преувеличением, он не хочет: «быть презираемым, как старик, что на язык менее правдивый». Тогда и до ныне бытует мнение, что со старостью люди становятся «на язык менее правдивыми».
  
Но автор определяет границы недоверчивости читателя: «… ваше истинное право, вы можете назвать, — поэта страсть». Полагая, что единственной причиной преувеличений может быть «поэта страсть», одержимая увлечённость в процессе написания сонета.