"Фантастика 2025-121". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)

Только её мне сейчас и не хватало для полного счастья.
  
Глава 64
 
Стоило Калипсо переступить порог, как все разговоры в гареме мгновенно стихли. Девушки замерли как кролики, учуявшие лису. Даже воздух, казалось, стал гуще. Калипсо медленно обвела взглядом свою коллекцию, переходя от одной красавицы к другой, словно оценивая драгоценности в своей шкатулке. Когда её чёрные глаза останавливались на девушке, та инстинктивно задерживала дыхание и не смела вдохнуть, пока властный взгляд не смещался дальше. Это было похоже на жуткую игру в «замри», где проигравшего ждёт нечто худшее смерти.
  
Когда очередь дошла до меня, она остановилась и расплылась в широкой улыбке — точь-в-точь как кошка, поймавшая особенно жирную канарейку.
— О, наконец-то ты очнулась! — воскликнула она с искренней радостью психопата, нашедшего новую игрушку. — А я уже начала волноваться. Думала, придётся искать тебе замену, а это такая морока.
— Ты… спасла меня? — я выдавил из себя вопрос, пытаясь понять логику этой странной женщины.
Калипсо была ошеломительной красавицей, это нельзя было отрицать. Иссиня-чёрные волосы струились по плечам как жидкий шёлк. Кожа — молочно-белая, гладкая как фарфор, без единого изъяна. Она выглядела значительно моложе своих лет, которых ей должно было быть минимум тридцать, судя по возрасту подземелья Башня Калипсо. Хотя проклятие могло возникнуть в любой момент после предательства, так что её истинный возраст оставался загадкой. Достаточно сказать, что она была современницей оригинального Героя-Бандита, о котором уже никто толком не помнил.
Глаза — такие же тёмные, как волосы, бездонные и хитрые. Тонкие изогнутые брови, маленькая родинка под левым глазом, придающая лицу пикантность. В этих глазах плескалась древняя мудрость и абсолютное безумие в равных пропорциях — сочетание, от которого девушкам гарема становилось не по себе. Губы тёмно-красные, контрастирующие с бледной кожей как кровь на снегу. И тело — не накачанное как у Луизы, а мягкое, соблазнительное, с пышными формами в нужных местах. Она была создана, чтобы искушать и губить.
— Разумеется, я спасла тебя, моя сладкая пышечка, — она ухмыльнулась, явно довольная моей реакцией. — Так что теперь ты мне должна. По гроб жизни, как говорится.
— Ты сожгла Регенс! — я выпалил обвинение, всё ещё не веря в её беспечность. — Убила сотни людей!
Она элегантно подняла руку, любуясь своими длинными ногтями, выкрашенными в чёрный цвет, и провела одним из них по моей щеке. Прикосновение было одновременно нежным и угрожающим:
— И что с того? Я могла оставить тебя там поджариваться как шашлык. Вместо этого я вытащила твою хорошенькую задницу из огня, дала лучшее лекарство из своих запасов, накормила, одела в красивые вещи. Придётся отработать долг, красавица.
— Отработать? — я настороженно уточнил. — Как именно? — я кивнул в сторону неподвижной Салиции. — Как она?
— Она? О нет, милая… — Калипсо рассмеялась, и звук её смеха заставил всех девушек в гареме поёжиться. — Она всего лишь сломанная марионетка. Пустая оболочка. А я предпочитаю, чтобы мои женщины были… живыми. Со своими мыслями, страхами, желаниями. Их так интереснее ломать. Что касается работы — у каждой девушки в моём гареме есть обязанности. Сити заботилась о тебе, пока ты была больна. Теперь, когда ты поправилась, вам обеим понадобится новое занятие. Кто-то убирает палатку, кто-то готовит мне ванну, кто-то расчёсывает волосы, кто-то… развлекает меня по ночам. — она облизнула губы. — А что умеешь делать ты, моя дорогая Ричи?
— Ричи? — я поморщился от уменьшительной формы.
— Я сказала ей твоё имя. Прости, — Сити бросила на меня извиняющийся взгляд.
Я кивнул, понимая необходимость скрывать моё настоящее имя. Хотя Ричи звучало как кличка комнатной собачки.
— Понимаешь, дорогая… — Калипсо наклонилась ко мне, и я почувствовал запах её духов — что-то сладкое с нотками гнили. — Пока ты хорошо заботишься о моих нуждах, я буду заботиться о твоих. Взаимовыгодное сотрудничество.
— А что с ней? — я снова указал на Салицию, не в силах смириться. — Что значит «марионетка»? Объясни!
— Именно то, что я сказала — она не более чем предмет. Мебель. Очень полезная мебель, но всё же, — Калипсо пожала плечами.
— Она человек! И её зовут Салиция! — я не сдержался, и гнев прорвался наружу.
Взгляд Калипсо мгновенно потемнел, а температура в палатке, казалось, упала на несколько градусов. Я тут же пожалел о своей вспышке.
  
Глава 65
 
Под прищуренным взглядом Калипсо я нервно сглотнул слюну, которая внезапно стала вязкой как клей. Сити вцепилась в мою руку с силой утопающего, хватающегося за соломинку — на её лице читался неприкрытый ужас. И было от чего паниковать. Она поручилась за меня перед психопаткой с армией бандитов, так что раскрытие моей истинной личности гарантированно закончится плохо для нас обеих. В каком-то извращённом смысле наши судьбы теперь были связаны крепче, чем узами брака — только вместо «пока смерть не разлучит» было «пока Калипсо не прикончит». Моя дурацкая импульсивность подставила не только меня.
После мучительно долгой паузы, во время которой я успел мысленно попрощаться с жизнью, написать завещание и выбрать любимые цветы для похорон, губы Калипсо растянулись в улыбке.
— Ты дерзкая девчонка. Мне это нравится, — она облизнула губы жестом, от которого по спине пробежал холодок. — Если бы мне нужна была покорная овечка, которая боится пикнуть без разрешения — я бы использовала миазматическое существо вроде неё, — она небрежно кивнула на Салицию.
— Миазматическое? — я почувствовал, как мир уходит из-под ног. — Ты хочешь сказать, что она… существо из подземелья? Но как⁈ Она же человек! Она была Королевой Бандитов! У неё есть сестра, история, прошлое!
Я снова дал эмоциям взять верх над благоразумием, но в этот момент меня волновала только судьба Салиции. К чёрту осторожность — мне нужны были ответы. Я осознал с пугающей ясностью, что способность хитрить и лукавить осталась где-то в той части души, которую я потерял в Алерите. Нынешний я был прямолинеен как рельс.
— О? — Калипсо приподняла идеально выщипанную бровь. — Так ты знакома с её историей? Интересно. Полагаю, раз она была в рабстве у того напыщенного дворянчика, которого я прикончила, у тебя была возможность поболтать, когда они посещали город? Трогательная дружба между пленницами?
Я торопливо кивнул, хватаясь за предложенную версию как за спасательный круг:
— Д-да! Она была добра ко мне. Помогала, защищала…
— Что-то я сомневаюсь в её доброте, — фыркнула Калипсо.
Я понимал, что вру как сивый мерин, но к счастью, она решила, что я приукрашиваю характер Салиции, а не придумываю наше знакомство с нуля.
— Пожалуйста, мне нужно знать, что с ней случилось! — я с удивлением обнаружил, что практически умоляю. Гордость? Достоинство? Не слышал о таких словах.
Я смутно помнил времена, когда мог вести себя тактично, осторожно выведывать информацию, плести интриги. Но та часть меня сдохла вместе с куском души. Нынешний я обладал терпением голодного младенца и тактом пьяного слона. Мне нужны были ответы, и мне нужны были они СЕЙЧАС.
— Хорошо, хорошо, — Калипсо рассмеялась, явно забавляясь моим отчаянием. — Раз ты новенькая в моей коллекции, я прощу тебе эту настойчивость. В первый и последний раз. Я люблю баловать своих девочек… в разумных пределах.
Она откинулась на подушках, принимая позу рассказчицы:
— История простая как три копейки. Салиция была молодой воительницей из захолустной деревушки. Лет двадцать назад я со своими ребятами навестила это милое местечко. Разграбили всё, что плохо лежало, вырезали всех, кто сопротивлялся — стандартная процедура. Её семейка попыталась играть в героев. Плохая идея. Салиция выжила только потому, что пряталась в погребе как крыса.
  
Калипсо сделала паузу, наслаждаясь эффектом: