"Фантастика 2025-121". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)
— Ты когда-нибудь купалась в реке или в море?
Зирана покачала головой, присаживаясь на валун, вздохнула и подтвердила мои догадки:
— Нет. Хотя очень этого хотела, но даже год назад не сумела перебороть инстинкты! Потому не хочу, чтобы мои дети родились такими же ущербными, как и я! Никогда не поддержу тех, кто желает, чтобы конфликт между Солнечным и Озерным разгорелся вновь!
— Вот и я для себя решила, что непременно найду и накажу самого главного лиходея, — расстроилась, — да только не справилась…
— Как это не справилась? Очень даже справилась! — уверила меня Зирана. — Подумай, если бы не было тебя, Осот пришел бы за нами? А если бы не пришел, то кто бы стал жертвой Всполоха?
— Не забыть бы сказать ящеру «спасибо», — пробубнила я, вызывая улыбку Зираны.
Немного помолчав, желая отвлечь себя от самобичевания, я спросила:
— А как вы оказались в Рваных горах? Последний раз я видела Райта в Омбрии, где он и должен был оставаться, так как его не включили во вторую группу, а ваша троица и вовсе находилась в Солнечном!
— Очень просто! Знаешь Лами! — воскликнула в ответ Зверова, тут же поникла, но сумела справиться с унынием. — В общем, это она уговорила нас с братом приехать в Озерный, чтобы посмотреть ваш край! А там мы встретили Райта, и Лами убедила его отправиться в Рваные горы, заявив, что вы с Лютом непременно попадете в беду! Лами всегда упрашивала парней из нашей гильдии исполнять ее капризы, все же с детства знакомы друг с другом, — и опять легкая улыбка скользнула по губам магички.
— Расскажешь? — мне стало по-настоящему интересно.
— Тайны в этом нет! — с радостью откликнулась Зирана. — Ты же слышала, что большинство мест в гильдиях передаются по наследству? Ну вот — наши деды и отцы работали бок о бок, приручая с детства к этому и нас.
— А почему тогда старшие сейчас не появляются в гильдии?
— Потому что старшие! Раньше, из-за войны, все сводилось к тому, что большинство взрослых погибало, и их места занимали дети! С момента заключения мира все стало иначе — родители занялись другими делами, потому что ящеров-людоедов им было приказано убить, а огневик без летающего зверя, что сапожник без сапог! — сравнила, и тут же в ее глазах зажегся радостный огонек.
Я не поняла причину такого оживления, нахмурившись, глядя на собеседницу. Зирана тянуть с объяснением не стала. Щелкнув пальцами, она возопила:
— Вот! Проблема решена! Стоит отдавать на растерзание ящерам преступников!
— Погоди-погоди! — я не разделяла этого восторга. — Не пойму тогда, отчего маги так грустили, если все решалось столь просто!
Слушающий нас Ацур отвлекся от своего занятия, подошел к нам, скрестил руки на груди, прищурился на несколько секунд, рассматривая меня, и неожиданно выдал:
— Ани, то, что сказал сегодня нам всем подземец о первой и последней жертве ящера, я узнал совсем недавно в Омбрии, когда, собственно, и познакомился с одним таким духом противоречия! Точнее сказать, мы все услышали об этом впервые! — перевел внимательный взор на сестру и продолжил. — Не думаю, что отец и прочие лгали нам, утверждая, что повзрослевшим ящерам нужно питаться человеческой плотью. Вероятно, наши предки так намудрили с этим, что и сами забыли о том, как все было изначально!
— То есть Вулкана и прочих можно было спасти? — Зирана вскочила со своего места, а я не сразу поняла, о каком именно звере ведется речь. Вероятнее всего, Вулканом звали ящера, принадлежавшего родителю Зверовых.
Ацур с горькой усмешкой на устах помотал головой:
— Пожалуй, что нет! Вулкан и другие привыкли к человеческой плоти, и не сложно понять, что они вряд ли захотели бы питаться иным мясом, как в молодости!
Зирана опустила плечи, я нахмурилась еще больше, не сумев подобрать достойный ответ, как вдруг послышался голос Да'Айрэна.
— В мое время, — произнес уставший молчать изменчивый, — маги выращивали два типа ящеров, если так можно выразиться! Тех, что становились домашними питомцами, и тех, которых учили убивать! Так что, маг, дело, думается, в другом! Рискну предположить, что в начале конфликта между огневиками и ведуньями бывшие домашние питомцы были убиты, как непригодные для войны создания! А иные ящеры только и умели, что убивать, вот так и повелось с того времени, а как было раньше — предпочли забыть!
Теперь только ветер выл где-то в вышине, шуршали снежинки, сыплющиеся на наши головы, да потрескивал костерок, разведенный Ацуром. Сухие кусочки торфа, вынутые из сумы мага, служили огню пищей, которую он яростно поглощал, отдавая взамен свое тепло.
Вернувшиеся подземцы принесли с собой несколько тушек птиц, и мы с Зираной бросились ощипывать добычу. Монотонно выполняя выбранную работу, я старалась не думать о плохом. А размышляла о том, что духи противоречия, в действительности, оказались отличными спутниками, несмотря на пугающую внешность и все страшные истории, слышанные мной за свою короткую жизнь. Потом, правда, припомнилось, что шалят только дети этих самых духов, и эти шалости не всегда бывают безобидными, потому спросила у Икциара, сидящего рядом:
— Скажите, а в детстве вы часто подшучивали над наземцами?
— Я и сейчас, бывает, подшучиваю над вами! Вы, наземцы, существа странные, вроде, не глупые, но постоянно придумывающие себе несуществующие проблемы! Например, те же ожившие кошмары! Как тут устоять и не воплотить вашу мечту в жизнь?
— Это не мечта, — вознегодовала я, — это кошмар!
— Тогда объясните, зачем о нем вспоминать! Ну приснился страшный сон, так это со всеми случается, но отчего о нем нужно думать и днем? Да так, что шарахаться от каждого шороха и любой тени?!
— Те есть, бедняга, отправившийся за Грани раньше положенного срока по вине юного духа противоречия, просто обязан похвалить сего сообразительного отпрыска? — кажется, я перехвалила подземцев, ошиблась на их счет.
Арлен склонил рогатую голову на бок, готовясь ответить мне, но диалог продолжил Икциар:
— Тогда задайте себе другой вопрос, ведунья? Почему именно жители Озерного и Студеного становятся жертвами наших детей? Ни один маленький обитатель Солнечного и Морского не пополнит этот список, исключая разве что обидчивых девочек! Прочие же лишь посмеются над проделкой, а то и сами подшутят над демоненком!
— Вы не поняли, ведунья, — Арлен все же высказал свое мнение, — дело не в шутках наших детей, а в вашем к ним отношении! Вы, ведьмы, так же, как и ведьмаки и те, кого вы оберегаете, не умеете веселиться! Вы серьезны, унылы, скучны, порой злобны, иногда плаксивы. Улыбаетесь редко, и в основном лишь тогда, когда сделали какую-нибудь каверзу, а подсознательно пестуете мысль, что не пройдет она для вас даром, и месть обязательно настигнет! Отсюда выходит источник ваших проблем! Те же кошмары!
Сказать на это мне было нечего, если только одно, и я брякнула нелюбезно, себе под нос:
— Так было раньше, сейчас мы меняемся!
— Поверьте, все это заметили и вздохнули свободнее! — ядовито известил изменчивый, вынуждая меня сцепить зубы.
На это у Арлена нашлись слова:
— Аниика, не потеряйте, что с таким трудом приобрели!
Я воззрилась на мертвую птицу, вонзая нож в ее плоть, отвечать не хотелось. Лезвие вспороло кожу, обагряя ее каплями крови, а я, выпустив излишнюю злость, кивнула.
К вечеру вернулись мрачные до невозможности Райт и Грэйн, ничего объяснять не стали, но об их неудаче можно было понять и так. Я тихонько подошла к супругу и, ни о чем не расспрашивая, предложила ему поужинать. Гримм принял из моих рук плошку с наваристым супом, взял ломоть хлеба и подарил усталую улыбку. Как оказалось, мне вполне хватило и этого. Краем глаза удалось выхватить, как оскалился изменчивый, но почему-то не съязвил в своей обычной манере, только отвернулся и внезапно изумленно крякнул.
— Что там? — насторожился Лют, пока остальные крутили головами, пытаясь высмотреть то, что удивило Да'Айрэна.
— Хм… — глубокомысленно протянул Арлен и повернулся ко мне. — У нас гости!