Здоровенный ублюдок Поттер 3 (СИ)

Попало оно в левую ногу центральному гвардейцу и раскидало всех в стороны.
Но герцога уже тащили подальше от возможной зоны поражения.
— А ну верните мне моего дорогого друга! — потребовал Гарри. — Суки, мы ещё не закончили!
Первой своей цели он уже достиг: истекающую кровью чародейку спешно утаскивают вслед за герцогом.
— Конфринго Максима! — послал Гарри заклинание в уже заряженный требушет.
Взрыв «прогрыз» левую опорную балку, а также убил пару человек из обслуги.
— Как вы, долбоёбы чёрные, собираетесь штурмовать эту крепость?! — громко вопросил Гарри. — Я убью вас всех ещё на подходе! А то, что останется, трахну и сожгу в адском пламени! Вы прёте на величайшего мага этого мира! Вы прёте на Гарри Поттера! Конфринго Максима!
Заклинание добило требушет, окончательно повалив его.
«Месяцы беспробудной работы стоили того», — заключил Гарри, испытывающий лёгкое магическое истощение.
«Конфринго» — это энергозатратное заклинание и слишком часто его применять нельзя. В идеале его лучше чередовать с антагонистичными заклинаниями, например, с «Агуаменти» и «Глациус», чтобы не вызывать «перегрева» каналов, но Гарри ими сейчас не располагал, поэтому приходится терпеть.
Развернувшись, он увидел поражённые лица наёмников и не менее поражённое лицо Юнода.
— Что это было, Гарри? — спросил последний.
— Чёрная магия, — усмехнулся тот. — Колдунство ебучее.
— Я правильно услышал — ты убил чародейку? — спросил ведьмак.
— Ну, может и не убил, — пожал плечами Гарри. — Но здоровье у неё уже точно не то. Судя по всему, они планировали штурм в самое ближайшее время… Теперь у них нет требушета и они поняли, надеюсь, что поняли, мои широчайшие возможности в сфере уничтожения любой их осадной техники.
— Надо сообщить об этом Акстену, — решил Юнод.
— Да сообщай, — разрешил Гарри. — Все уже всё видели.
Теперь пришло время начать расчёт заклинания № 2 — Вулнера Санентур. Затворять раны почти любой сложности — это маст-хэв в его небезопасной жизнедеятельности. Пусть организм ведьмака гораздо крепче, чем организм простого человека, но смертельные раны случаются, поэтому Гарри хотел иметь что-нибудь, что отложит смертный приговор хоть ненадолго или вообще отменит его.
— Вот так вот, — понаблюдав недолго за нездоровой суетой в осадном лагере, заключил Гарри.
Но стоило ему только основательно засесть в Астрономической башне, закончить целых пять листов с расчётами, как туда ворвались чародейка Тиссая де Врие и ведьмак Акстен из Бан Арда.
— Стучаться надо, — недовольно заметил Гарри. — А вдруг я бы сейчас лежал в кровати и дрочил? Неловко бы вышло, правда?
— Какой же ты ублюдок… — процедила Тиссая.
— Если тебя это хоть как-то успокоит, то представлял бы я тебя, — ухмыльнулся Гарри.
— Мне мерзко от самой мысли об этом! — гневно воскликнула она.
— Гарри, что ты натворил? — спокойно спросил Акстен.
— А с каких пор я должен отчитываться перед вами? — спросил он. — И здесь точно осаждённая злыми ворогами крепость, а не проходной двор? Почему тут шляются всякие чародейки?!
— Ты обрёк вас всех на погибель! — заявила Тиссая де Врие. — Если до этого у тебя были какие-то шансы, то теперь…
— Сука сдохла? — спросил Гарри.
— Ты о… — Тиссая осеклась. — Она — выпускница Аретузы, причём одна из самых выдающихся!
— Она мой враг, — не согласился Гарри. — Я не звал её к стенам Хаэрн Кадуха. И я повторю свой вопрос — сука сдохла?
— К счастью для тебя, Хаврония выжила, — ответила Тиссая. — А ты… Ты чародей! Но это невозможно!
— Слышали уже, — отмахнулся Гарри и перевернул лист. — Что-то новенькое будет?
— Гарри, — вступил в разговор Акстен. — Если кто-то узнает, что ведьмаки обрели способность творить чародейство…
— То всем будет насрать, — вздохнул Гарри. — Ты не о том думаешь, Акстен. Мне тут сравнительно недавно намекнули, что я малолетний долбоёб, причём очень так веско. Настолько, что я даже немного проникся. Но даже я с самого начала прекрасно понимал, что конфликт с Капитулом изначально предполагался как противостояние до убедительной смерти одной из сторон. Это не может закончиться иначе, кроме как гибелью нас или Арториуса Виго.
 
— Ты и есть малолетний долбоёб, Гарри, — произнёс старый ведьмак.
— В подтверждении не нуждаюсь, ибо признаю, — вздохнул Гарри. — Но я знаю больше, чем многие из знакомых мне ведьмаков и людей, я жил в другом мире, где другие люди, но проблемы всё те же. В основном потому, что я внимательно слушал самого умного человека, которого только знаю — Таргуса Силенция Виридиана. И он говорил мне, что люди, облечённые властью, со временем начинают напоминать капризных детей.
— Ты это к чему? — спросила Тиссая.
— К тому, что единственная причина, по которой Арториус со мной закусился — это детская обида, — усмехнулся Гарри, начав записывать паспортные данные созвездия Сигма-914-7-С в пятую строку. — А детские обиды — это самые стойкие из обид. Потому что они абсолютны. И если малолетние детишки слишком тупы, чтобы запоминать их надолго, то великовозрастные детишки ничего не забывают. Кто-то должен умереть. Мы или он. Третьего не дано.
— Скорее всего, он лично явится сюда, чтобы убить тебя, — сообщила Тиссая.
— Прямо как я и планировал, — Гарри заулыбался самой неприятной своей улыбкой. — Основная прелесть детишек, что малолетних, что великовозрастных — их действия очень легко поддаются прогнозированию. Если он придёт сюда, то неизбежно умрёт.
— Твоя самоуверенность… — заговорила чародейка.
— Самоуверенность — это не ко мне, — покачал Гарри головой. — Самоуверенность — это к герцогу Каролу II и чародейке Хавронии аэп Веррас. Видишь, до чего она их довела?
Лицо прожившей долгие века чародейки окаменело. Было видно невооружённым взглядом, что Гарри уел её, потому что она не нашла, чем ответить ему. А Акстен не счёл нужным как-то комментировать его реплику.
— Леди и джентльмены, — Гарри опустил взгляд на лист перед собой. — Рад был беседе, но у меня просто уйма работы. Поэтому, не могли бы вы…
— Это и есть твой секрет? — подошла Тиссая к столу и взяла в руки лист с расчётами.
— Положишь ровно туда, откуда взяла, — предупредил её Гарри.
Чародейка же пыталась понять, что там написано.
— Не получается, да? — усмехнулся Гарри.
— Что всё это значит? — спросила Тиссая.
— Это английский язык и арабские цифры, — охотно поведал ей Гарри. — Тебе и любому обитателю этого мира не понять их. Хотя, если постараешься, ты сможешь уловить тут какую-то связь. Сразу подсказка — это буквы и цифры.
Чародейка осознала, что ей решительно непонятно содержимое листа, поэтому она вернула его ровно туда, откуда взяла.
— Арториус сильно ошибался на твой счёт, — изрекла она. — И я ошибалась.
— Жалкие сто тысяч дукатов… — вздохнул Гарри. — Ты получила бы доступ к такому могуществу, что твои конкуренты, до единого, склонились бы перед тобой, как перед величайшей чародейкой этого мира… или пали бы от смертоносных чар.
— Так тебе нужны деньги? — спросила Тиссая.
— Увы, но деньги мне уже не нужны, — покачал головой Гарри. — После разговора с одним умным человеком, я пересмотрел свою позицию в их отношении. С ними неплохо, это да, но они не могут быть самоцелью для взрослого человека. Тебе будет жаль это слышать, но свой шанс, когда он тебе предоставился, ты упустила.
— Что мне мешает захватить тебя и выбить твои знания силой? — спросила чародейка.
— Риск закончить, как Хаврония? — предположил Гарри.
— Тиссая, если ты сейчас взвешиваешь свои шансы, то оставь это, — попросил Акстен. — Я не позволю тебе напасть на него.
— Я даже не собиралась, — ответила чародейка после недолгой паузы.
— Тогда, наверное, стоит покинуть мой кабинет, полностью удовлетворившись нашей беседой? — поинтересовался Гарри.
Чародейка открыла портал и сразу же вошла в него.
— Зря ты с ней так, — осудил его действия Акстен. — У нас нет союзников среди чародеев.