Здоровенный ублюдок Поттер 3 (СИ)

Вот это было последней каплей.
Самая лучшая часть королевского войска дрогнула и бросилась в паническое бегство, оставляя на поле боя осадное оборудование. Видимо, на поругание Гарри.
И Гарри «поругал» мантелеты горящим бензином, также как и слишком промедливших гвардейцев.
— Шланг из бочки!!! — скомандовал он, когда живые цели закончились.
— Есть, шланг из бочки! — донеслось из люка.
Взяв специальную бронзовую заглушку, Гарри надел её на сопло и, тем самым, резко разорвал контакт пламени и бензина. На сегодня достаточно огня.
— Ну? — развернулся он к Бассиру. — Что думаешь?
— Я впечатлён, — ответил командир наёмников. — Если бы не видел, как это работает, подумал бы, что это чародейство…
— Но это механика, — усмехнулся Гарри, отряхивая руки. — Что там с вратами?
— Я не смотрел, — признался Бассир.
Гарри перешёл к другому краю башни и посмотрел, что происходит с опытными воинами короля. Было интересно, какого прогресса они достигли.
— Ох, бедняжка Корам I отзывает свои потрёпанные войска… — с притворным сожалением произнёс Гарри.
Он наблюдал, как воины Цинтры оттаскивают таран и пятятся назад, осыпаемые стрелами.
— Ладно, на сегодня всё, — заключил Гарри. — Теперь пришла пора сбора трофеев! Трупы снести во внутренний двор, доспехи и оружие сложить в кучу, после чего под запись передать в большую кузницу. Золото, серебро и личные вещи собрать и разделить между воинами. И посчитайте, скольких мы сегодня убили!
На крышу крепостной башни поднялись Балтимор и Вильд, лично качавшие рукояти насоса.
— Ого, — приподнялся Балтимор на цыпочки. — Ого!
— Ага, — усмехнулся Гарри.
— Чего там? — Вильд действовал умнее и подтащил ящик, на который и встал. — Ого!
— Это всё твоя штука наворотила? — поинтересовался Балтимор.
— Бензин отлично горит, пусть и сгорает быстро, — ответил на это Гарри. — Хорошая штука, но ситуативная.
— Да нихрена подобного, ведьмачок! — воскликнул Вильд. — Я же правильно понял: эта штука лила бензин, который ты поджог?
— Так всё и было, — подтвердил Бассир. — Гарри-бейт сначала облил всех воинов врага жидкостью, а затем поджог жидкость, что лилась из трубы.
— А-а-а, предварительно смочил, чтобы потом получше взялось, да? — догадался Балтимор.
— Именно, — кивнул Гарри. — Но эта вещь очень ситуативна в применении.
— А если такую штуку на поле брани прикатить, с парой-тройкой бочек? — поинтересовался Вильд. — И прямо на головы врагам адским пламенем?!
— Чего-то можно добиться, но если хотя бы одна огненная стрела попадёт в бочку… — улыбнулся Гарри. — Поэтому-то вы и сидели внутри башни. Взорвись там бочка, полная бензина, никто бы не выжил.
— Ну, это можно решить множеством способов, — махнул рукой Балтимор. — Телегу с бочкой обшить железными листами, чтобы огненные стрелы даже не втыкались и всё!
— Так вы и до танка додумаетесь… — пробормотал Гарри. — Так или иначе, но я не вижу поля для широкого применения flamethrower.
— Флейм-чего? — не понял Вильд.
— «Огонь» и «метать», — пояснил Гарри.
— О-о-о, новое слово, выходит… — улыбнулся Балтимор. — Огнемёт…
— Да, это теперь называется огнемёт, — Гарри развинтил крепления и снял с бруствера сопло. — При осадах отлично, ведь можно как-то прикатить к воротам, вместе с тараном, и спалить стрелков на стенах. Сами ворота тоже можно относительно быстро сжечь, хоть бензин и не особо для этого подходит. Это осадное оружие, причём для обеих сторон противостояния. Но нужен бензин.
— Да, бензин нужен… — согласился Вильд. — Но у тебя же его ещё много?
— Хватает, — улыбнулся Гарри. — Теперь отнесите установку обратно на склад. Цинтрийцы вряд ли решатся на ещё один штурм. Не после такого.
Перед стеной, среди бездыханных тел, ползали и стонали раненые. Никто не собирается им помогать, поэтому их удел — смерть. Да и мало шансов выжить, когда у тебя стрела в бедре или в животе.
«Антибиотиков нет», — подумал Гарри, спускаясь по башенной лестнице. — «Точнее, есть, но у меня. И их осталось всего восемь уколов и не факт, что они до сих пор действенны».
 
Срок годности уже давно должен был пройти, поэтому надежды на значимый эффект у Гарри не было.
Тем не менее, он собирался испытать антибиотики на раненых офирцах, на тех, кто был безнадёжен. Если там осталось хоть чуть-чуть действующего вещества, то должно произойти чудо — местные микробы не готовы к оружию массового поражения и безальтернативно спасуют.
Движимый этой идеей, Гарри сходил в свой кабинет, где в шкафу хранилась его аптечка, после чего, уже с нею в руках, направился в помещение госпиталя.
Раненых было много, потому что вражеские лучники работали непрерывно, а ещё кто-то обжёгся во время схватки на стене.
Выйдя во внутренний двор, Гарри услышал грохот обвалившейся осадной башни. Равнодушно пожав плечами, он продолжил свой путь.
— Сколько? — спросил он, войдя в госпиталь.
— Восемьдесят четыре раненых, — ответила Рианнон, эльфская целительница, назначенная главным лекарем госпиталя крепости Хаэрн Кадух.
На вид ей лет двадцать, но уже известно, что она разменяла шестой десяток. Черноволосая, голубоглазая, с точёной фигурой и с красивым лицом, ещё и одевается со вкусом — она Гарри нравилась, но он её не интересовал. Серия подкатов закончилась провалом, поэтому он отстал.
— Безнадёжные есть? — спросил Гарри.
— Вот этому кишки выворотило, — указала она на лежащего в опиумном дурмане офирца. — Не спасём.
— Сумеешь сшить ему кишки так, как было? — спросил Гарри.
— Сумею, но зачем? — не поняла она.
— Есть средство, — ответил Гарри. — Если кишки с брюхом будут сшиты, может подействовать.
— Сэвель, Бриннэ, готовьте операционную! — распорядилась Рианнон.
Все должны работать — так считал Гарри. Поэтому краснолюды у него в кузнице и на раскопках, низушки мастерят стрелы и чистят экипировку, а эльфы трудятся в госпитале. Не все, но это дело поправимо со временем.
Если на осаду приведут половину Цинтры или присоединится Нильфгаард, Гарри планировал использовать нелюдь непосредственно в обороне, благо, оружия и доспехов теперь хватало…
— Вон там ещё трое тяжёлых лежат, — указала Рианнон в сторону отдельных кроватей. — Одному бедро распороло, а двое тоже могут умереть в ближайшие дни — грязные стрелы. Я почистила раны, но шансов мало.
Гарри кивнул и приблизился к раненым, опоенным опиумом — так здесь облегчают страдания.
Вытащив три готовых шприц-тюбика, Гарри вколол каждому раненому по полноценной дозе цефалоспоринового антибиотика третьего поколения. Шанс на успех есть, но Гарри должен зайти завтра и вколоть ещё одну дозу.
— Мы сообщим тебе, когда закончим с этим, — сказала ему Рианнон.
— Гарри, вот ты где! — вбежал в госпиталь Роланд. — Там король хочет переговоров с тобой!
— Так пусть идёт нахуй, — ответил на это Гарри. — Всякие королишки, блядь, тратят моё время…
— Что сказать Бассиру? — нахмурился ведьмак.
— Скажи, что Гарри Поттер передавал Его Величеству большой привет и слал нахуй, — вздохнул Гарри. — Пусть берёт своих пидоров и убирается обратно в свою сраную дыру.
— Едва ли наёмник скажет точно так, — покачал головой Роланд.
— Ладно, тогда я лично скажу ему, — вздохнул Гарри и пошёл на выход из госпиталя.
Поднявшись на башню, он встретил там Бассира и Акстена.
— Король хочет переговоров… — заговорил офирец.
— Эй, кто у вас там из говорливых?! — обратился Гарри к группе всадников, стоящих в сотне метров от стены.
— Я — князь Калантир Аттрейский! — представился всадник в украшенных золотой чеканкой латах. — Я говорю от имени Его Величества Корама I, правителя Цинтры!
— То есть, если я сейчас что-то скажу, то ты ему это передашь, так?! — поинтересовался Гарри.
— Да! — ответил князь.
— Тогда скажи ему, чтобы шёл нахуй! — попросил Гарри. — Я — Гарри Поттер, из тех самых Поттеров, которые признают только одну королеву — Её Величество Елизавету II, Божией Милостью Королеву Великобритании, Ирландии, и Британских Доминионов Заморских, Защитницу Веры! А Корам I — это сраный выскочка, не стоящий и ногтя на мизинце её левой ноги! Поэтому пусть идёт нахуй и вас, пассивных пидоров, с собой забирает!