Здоровенный ублюдок Поттер 3 (СИ)

«Вулнера Санентур» автоматически заняло второе место в списке на реализацию, потому что даже ведьмаки получают раны и возможность быстрого их латания очень сложно переоценить. Для лучшего эффекта нужно таскать с собой фляжку с водой, чтобы полить ею раны, а, в идеале, вообще войти в реку, но оно работает и так, пусть и оставляя шрамы.
«Плевать на шрамы», — подумал Гарри. — «Пусть о красоте своей кожи пекутся всякие педики, типа Драко Малфоя или его папаши».
Но Топ-1 в списке он оставил заклинанию «Конфринго». Взорвать и поджечь — два в одном. На людях Гарри его ни разу не применял, но доподлинно знал, что ничего хорошего с этими людьми не произойдёт. Зная, что «Конфринго» оставляет на бетонной стене воронку глубиной в пару-тройку миллиметров, можно полагать, что очень плохо будет даже одоспешенному противнику. А чародеев будет рвать на куски.
Дистанция у «Конфринго» неограниченная, поэтому всё зависит от точности, что есть вопрос интенсивной практики.
— А что мешает начать расчёты прямо сейчас? — спросил себя Гарри. — А ничего! Ох, надо дождаться…
Но «Люмос» всё продолжал ярко светить, даже намёка не давая на своё завершение. Гарри сидел уже тридцать с лишним минут, а эта штука продолжала светить.
— А если… — взял он палаш. — Нокс!
Бросив палаш обратно в ножны, он подошёл к своему столу и вытащил четыре палочки.
Он не специалист, понятия не имеет, как именно делаются палочки, но общее представление об устройстве имеет, поэтому смастерил на досуге некие поделки. В качестве проводника он использовал хитин Кощея — достоверно магического существа, а также когти Химеры, также созданного магически существа.
Дополнительно «прокалив» ингредиенты потоками магии, Гарри использовал дуб и ясень, чтобы создать четыре палочки четырёх комбинаций, которые совсем не обязаны работать, но Гарри надеялся, что они заработают.
— Люмос! — взмахнул он палочкой из ясеня и хитина Кощея.
Секунд пять кончик палочки никак не реагировал, а затем неуверенно моргнул белым светом, после чего палочка с треском сложилась внутрь.
— Вот как… — покачал Гарри головой. — Ладно.
Следующей была палочка из дуба и хитина Кощея.
— Люмос! — воскликнул Гарри и взмахнул палочкой.
Вспышка света, случившаяся спустя семь секунд, была гораздо ярче, но и последствия были жёстче — палочка взорвалась, осыпав Гарри дубовыми опилками.
— У-у-у, сука… — раздражённо изрёк Гарри, стряхивая с головы древесину. — Но это ожидаемо.
Пришла очередь палочки из дуба и когтя Химеры.
— Люмос!
Шесть секунд спустя, палочка загорелась ярким белым светом, который был устойчив и стабилен.
— Ага! — заулыбавшись, воскликнул Гарри. — А ну-ка… Люмос!
Свет стал ещё ярче и палочка не проявляла признаков грядущей нештатки.
— Теперь твоя очередь, — Гарри взял последнюю палочку, состоящую из ясеня и когтя Химеры. — Люмос!
Он заблаговременно прикрыл лицо и совершенно не зря. Вместо вспышки палочка взорвалась, но уже не опилками, а острыми кусочками, больно впившимися в кожу рук.
— Значит, дуб и коготь химеры, — покивал Гарри, выдёргивая щепки. — Так и запишем.
Взяв с собой работающую палочку, он спрятал её в карман, после чего пошёл в подземелья. Она сильно просвечивала джинсовую ткань, но Гарри прикрыл её рукой, что тоже помогало не очень сильно. Главное — это не термический свет, а нечто вроде радикально усиленной люминесценции, поэтому теплового излучения от палочки не ощущается и это очень хорошо.
— Феликс! — позвал Гарри, войдя в расчищенное и прибранное помещение бывшего госпиталя.
— О, господарь ведьмак, — вышел краснолюд из-за массивной колонны. — Здоров!
— Здоров, — кивнул ему Гарри и пожал протянутую руку.
— А чего это у тебя в кармане? — удивлённо спросил Феликс.
— Подарок, — усмехнулся Гарри. — Но с обязательством.
— Тогда это не подарок никакой, — покачал головой мастер по шахтам.
— Да там обязательство — сущая ерунда, — отмахнулся Гарри и вытащил палочку. — Смотри.
Высвобожденный свет осветил помещение в радиусе десяти метров.
 
— Ох… — прикрыл глаза краснолюд. — Чего это? Колдунство ебучее?
— Ага, оно самое, — кивнул Гарри. — Ебучее колдунство.
— Чего так ярко-то? — поморщился Феликс.
— Нокс, — изрёк Гарри и палочка погасла. — Люмос! Вот так пойдёт?
— Ну, чуть получше, — подтвердил краснолюд. — Так чего это?
— Это такая штука, которую я тебе дарю, — усмехнулся Гарри. — Но с обязательством последить за ней, чтобы я точно знал, сколько времени оно будет гореть. Если не погаснет вообще — отлично, если через пару дней — нормально, если через пару часов — хреново.
— И что нам с этой штукой делать? — нахмурил Феликс брови.
— Как что? — удивился Гарри. — Светить, блядь, в шахте! Я постараюсь сделать ещё, но мне нужно знать, имеет ли это смысл. Если имеет, то вы будете ходить по шахте как днём.
— А-а-а, вот оно что, — осознал Феликс. — А мне с ней в руках ходить?
— Можете воткнуть основанием в какую-нибудь дощечку, — пожал плечами Гарри. — Хоть в жопу пихайте, если так удобнее. Главное — не ломать, а то больше не будет работать. В идеале лучше вставить её в фонарь, чтобы было защитное стекло и рукоять для переноски.
— Теперь точно всё понял, — кивнул мастер по шахтам. — Ладно, давай сюда, буду придумывать что-нибудь.
— Засекай время прямо с этого момента, — предупредил его Гарри. — Я хочу точно знать, сколько она проработает.
— Хорошо, считай, что засёк, — усмехнулся Феликс. — Я как раз к пацанам иду, мы там двенадцатый метр долбим.
— Хорошо, — кивнул Гарри. — Тогда я пошёл.
Бывший краснолюдский госпиталь имел два заваленных прохода, ведущих куда-то на запад. Один проход разбирали и заново продалбливали в течение месяца и наткнулись, в итоге, на местный туалет, где каждое очко вело в очень глубокую яму. Балтимор сказал, что эта дыра ведёт к античному дерьму и ни к чему больше, поэтому спускаться туда бесполезно. Хотя он же сказал, что там могут быть трупы — в Махакаме так избавлялись от тел.
Второй проход привёл их в коридор, проход в конце которого был завален, а вот два небольших помещения по бокам сохранились в целости. Только вот они были абсолютно пусты.
Краснолюды и люди начали долбить проход в конце коридора, упорно вытаскивая пустую породу и обработанный камень на поверхность, после чего добрались до атриума.
Его расчистка и укрепление заняли следующие четыре месяца, потому что никто не знал, где именно будут располагаться проходы. Укрепляли краснолюдскими колоннами, потому что Балтимор решил делать всё на совесть — их вытёсывали на поверхности, после чего затаскивали и собирали внутри, чтобы на века, как предки заповедовали.
Сейчас атриум расчищен, найдено целых восемь заваленных проходов. По западному направлению продалбливаются люди, а по восточному направлению краснолюды.
«Надеюсь, напоремся на что-нибудь дельное», — подумал Гарри. — «Как минимум, рассчитываю на большие подземные площади, типа атриума».
Если окажется, что местный «Люмос», работающий не совсем так, как на Земле, полноценно подпитывается из внешней среды, а не частично, как на Земле, то это открывает отличные перспективы для бизнеса Гарри.
«Зачем керосиновые лампы, если можно продавать вечные светильники?» — подумал он. — «Но если Капитул увидит, что я торгую магическими светильниками, меня точно захотят прикончить…»
И смерть будет лучшим исходом, потому что есть опция в виде порабощения и эксплуатации как источник магических инноваций. Гарри не видел на местных рынках магических светильников, хотя знал, что такие точно существуют. Значит, это сложно в производстве и потому недоступно простым смертным, даже очень богатым.
«А ведь есть и подвиды „Люмоса“ с дополнительными функциями», — подумал Гарри. — «Всего разок использовал „Люмос Максима“, как и „Люмос Солем“ — они всегда казались мне избыточными и не особо нужными».