Здоровенный ублюдок Поттер 3 (СИ)
— В курсе, — кивнул Роланд. — Не могу припомнить, чтобы кто-то проходил это испытание…
— Акстен говорит, что это испытание было упразднено ещё во времена основателя, — ответил Гарри. — Я уже вошёл в историю этого мира, ха-ха… Как минимум, об этом долго будет помнить хотя бы она.
Он мотнул головой на вошедшую в неофитские покои чародейку. Тиссая принюхалась к царящему здесь запаху и поморщилась.
— Я здесь, чтобы посмотреть, как будет происходить мутагенез, — зачем-то пояснила она.
— Воля ваша, — пожал плечами Роланд, вернувшийся на удобное кресло у кровати Болько.
Разоблачившись, Гарри лёг на свою кровать, несколько раз крутанулся, после чего заснул крепким сном.
//Горы Амелл, Хаэрн Кадух, 27 апреля 1179 года//
— П-с-ст, эй… — прикоснулся проснувшийся Гарри к плечу чародейки. — Подъём…
— А? — встрепенувшаяся чародейка чуть не вскочила с кресла. — А… Ты проснулся.
— Ага, как видишь, — кивнул Гарри. — Ну, как прошли наблюдения?
Сам он ощущал поразительную лёгкость дыхания и внезапно понял, что обычный его ритм дыхания теперь избыточен.
— Ты храпишь как тролль, — сообщила ему Тиссая. — Мутагенез прошёл успешно, судя по всему, но мне нужно пронаблюдать, как долго ты сможешь задерживать дыхание. Одевайся и идём.
Гарри пожал плечами и облачился в своё неофитское облачение, самой выделяющейся частью которого были земные берцы, когда-то стоившие Гарри целых ста семидесяти девяти фунтов стерлингов. Очень дорогая и живучая обувка, которую он купил в том же магазине, в котором обычно закупался дядя — этот-то точно разбирался в стоящих вещах и следовать его примеру было лучшей тактикой.
Чародейка провела его в бани, где уже была набрана большая бочка воды, рядом с которой стояли пустые деревянные вёдра.
— Зачем было так заморачиваться? — слегка удивился Гарри. — Есть ведь и другие способы проверки.
— Так надёжнее, — ответила Тиссая. — Раздевайся.
— Я, в последнее время, очень часто слышу от тебя такое, — усмехнулся Гарри, уже стянувший рубаху и снявший берцы.
— Никак не оставишь попыток? — недовольно спросила чародейка. — Ты слишком юн, тебе ничего не светит, а твои неумелые остроты вызывают во мне лишь раздражение.
— Когда-нибудь ты вспомнишь наши деньки и тебе будет очень жаль, — пообещал ей Гарри, снимая штаны. — Так что уверяю тебя, так ты теряешь больше.
— Залезай в бочку, — велела ему Тиссая.
Парень рывком перемахнул через борт бочки и погрузился в воду по шею.
— Засекай, — сказал он, после чего вдохнул побольше воздуха и ушёл под воду.
Это было отличное время, чтобы подумать.
Чародейка знает, что любой ведьмак может задержать дыхание на 7–8 минут, при условии, что ему не надо будет особо двигаться, а вот сведений о том, сколько минут может просидеть прошедший мутацию «Пингвин» Гарри она не знала.
В бочке можно было легко потерять счёт времени, поэтому Гарри начал считать своё сердцебиение. Сердце у него, после стольких лет занятия кикбоксингом, бьётся медленнее, чем у обычных людей, а после испытаний травами и снами начало биться ещё медленнее — удар раз в две с половиной секунды, если верить ощущениям Гарри.
Выходит, что у него в минуте двадцать четыре удара сердца, хотя в норме должно быть примерно шестьдесят-семьдесят.
«Такой отличный природный секундомер сломали…» — с усмешкой посетовал Гарри.
Примерно триста пятьдесят ударов спустя, Гарри задумался о том, что сидит в бочке уже неприлично долго. Подняв взгляд к поверхности воды, он увидел внимательно смотрящую на него Тиссаю. Он заулыбался и помахал ей рукой, но она лишь поморщилась.
Спустя ещё две сотни ударов сердца, Гарри начал ощущать слабенькое жжение в лёгких, свидетельствующее о том, что пора и честь знать, хотя можно ещё посидеть немного.
Тут ему вспомнился сон, в котором он видел Миртл. Добрая банши, с которой его связывали очень интимные и весьма чувственные отношения, могла быть обычным продуктом его подсознания, но он прекрасно знал, что банши не снятся просто так.
«Что это могло быть?» — подумал он. — «И почему я до сих пор отчётливо помню, что она сказала?»
Со снами у Гарри вечная проблема — их детали утрачиваются в течение минут после пробуждения, а тут он запомнил всё дословно.
Она сказала, что они добрались до Америки, цитадели демократии и капитализма, которая точно не даст комми посягать на её образ жизни и ценности. Это значит, что у Кая, в отличие от Гарри, есть шанс исполнить настоящую американскую мечту и зажить припеваючи. Денег у него так много, что даже не надо прилагать особых усилий.
Кай мечтал основать магазин видеоигр, чтобы первым получать доступ ко всем новинкам игрового бизнеса. Ну и он был уверен, что люди будут покупать картриджи всегда, поэтому на них всегда будет спрос. А даже если CD завоюют мир, какая Каю разница? Будет толкать игры на CD.
Иных способов дистрибьюции игр нет и едва ли, в ближайшие тридцать лет, придумают что-то угрожающее таким магазинам, поэтому Гарри считал, что свой магазин видеоигр — это надёжный вклад в будущее…
Сердце отстучало ещё восемьдесят ударов, когда Гарри начал чувствовать средней степени нехватку воздуха. Тяжеловато, конечно, но терпимо. Ему самому очень хотелось точно установить свой предел, поэтому он терпел и отсчитывал удары своего сверхсильного сердца.
И, всё-таки, Гарри было очень интересно узнать, как устроились его родные. Тётя, наверное, не поехала в Штаты, потому что она из комми, но это как простуда — проходит со временем. Дядя Декстер и тётя Гортензия тоже оказались комми. Это очень расстраивало Гарри, потому что это говорит о том, что он всю свою жизнь прожил рядом с настоящими криптокоммуняками, выдававшими себя за добропорядочных англичан.
Дядя Таргус, выходит, тоже был комми, потому что тётя Петунья никогда бы не смогла скрыть от своего мужа такого вопиющего и постыдного факта. Вообще, Гарри никогда не задавался вопросом политических взглядов своего дяди — как-то само собой подразумевалось, что дядя добропорядочный англичанин, любящий Её Величество.
К тому же, он вкалывал на заводе «Астон Мартин», в конструкторском бюро — тётя как-то обмолвилась, что они летят на Мальдивы благодаря тому, что дяде выплатили очень сочный гонорар за разработку настоящего танка, но это секрет. Станет комми разрабатывать танк для Королевской армии?
«Вот то-то и оно…» — удовлетворённо подумал Гарри.
А затем его посетила мысль, что работа в конструкторском бюро — это отличное прикрытие для шпионской деятельности. Ещё это доступ к разным секретам и полезным для шпиона знакомствам…
«Не может быть, блядь…» — начал он злиться. — «Дядя точно не комми!»
От возмущения он аж перестал считать удары сердца.
«Ладно тётя — в отсутствие мужа замаялась коммунистическим бредом, но дядя не мог быть комми», — начал он себя успокаивать. — «А если Кай тоже… Нет, бред какой-то».
Тут он понял, что с кислородом дела совсем плохи, хотя ощущения подсказывали ему, что он может продержаться ещё минуту или около того. Но оно ему было уже не надо, он установил свой предел.
Всплыв, Гарри сделал вдох и вытер лицо от воды.
— Ох, ништяк! — изрёк он.
— Великолепно, Гарри, — улыбнулась ему Тиссая. — Тридцать минут и сорок две секунды — вдвое лучше, чем с «Косаткой». Поздравляю, ты прошёл полный курс испытаний и, с физиологической точки зрения, являешься полноценным ведьмаком.
— Подтверждаю, — кивнул Акстен. — Но это лишь начало. Теперь тебя ждёт Испытание горой, а если переживёшь его, мы начнём настоящую ведьмачью подготовку.
Глава одиннадцатая. Гарри, ты альпинист-экстремал!
//Горы Амелл, Горгона, 4 июля 1179 года//
— Поднимай… жопу… и-и-и… идём… — стуча зубами, приказал Гарри. — Ёб… твою… мать….
Болько лишь медленно поднял правую руку, но почти сразу уронил её.