"Фантастика 2025-29". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

На то, чтобы встать на ноги и обернуться, ушли остатки сил. А Шрам отступил, попятился, словно испугался.
– Это ведьма была? – спросил он вдруг. – С ней ты только что миловался? С озерной ведьмой?
– Это была моя жена.
Врать покойнику не хотелось. Есть ли у него силы, нету ли, а Шрама он убьет. Как-нибудь…
– Она пропала, а я ее нашел. – И шаг сделал вперед, прямо к ружейному дулу.
  
Сразу он не умрет, даже если Шрам успеет выстрелить. Вдвоем с утеса падать веселее, и озеро своего не упустит, не отпустит Шрама обратно на берег, только не в ночь перед полнолунием.
– Стой, – рыкнул Шрам, но голос его дрогнул. – Стой, не то выстрелю.
Выстрелит. В любом случае выстрелит. Этот такой же, как озеро, голодный до чужих жизней. Только Игнат свою жизнь задорого отдаст…
Так бы и было, если бы его не опередили. Нож со свистом рассек воздух, по самую костяную рукоять вошел в висок Шрама, убил мгновенно. Слишком легкая смерть для того, кто хуже зверя.
К ногам Игната упало ружье, а потом мертвое тело. Волна с жадностью слизнула кровь с виска, откатилась, чтобы вернуться снова. А Игнат стоял и разглядывал узоры на знакомой костяной рукояти.
– Эй, кунак! – послышалось из темноты, и на утес ступила невысокая фигура. – Это я, кунак, не бойся.
Не бойся… Он бы, наверное, улыбнулся, если бы помнил, как это делается.
– Прости, что сразу этого пса не убил. Темно, плохо видно. – Тайбек выдернул нож, вытер окровавленный клинок об рукав куртки Шрама. – Боялся тебя ненароком задеть.
Врет. Ничего он не боялся. И не промахнулся бы, даже если бы метал нож с завязанными глазами, но это его дело. Наверное, нужно было сказать спасибо, но кто же благодарит за убийство? Игнат промолчал, подобрал ружье Шрама, оперся на него как на палку. Тайбек, казалось, и не ждал благодарности, со стариковским кряхтением он столкнул мертвое тело в озеро, и волны, получив желаемое, тут же схлынули, отступили.
– Вот так будет лучше. – Тайбек вытер руки о штаны. – Предупреждали же эту шакалью стаю, что в полнолуние на острове опасно. А они не послушались. Так кто же сейчас виноват?
На Игната он посмотрел пристально, но без привычного хитрого прищура, и покачал головой.
– Что-то не нравишься ты мне, кунак, – сказал, забирая ружье и подставляя вместо него свое плечо. – Я вот один раз убыра повстречал, так он живее тебя выглядел. Идем-ка со мной.
Он говорил и тащил Игната с утеса. И тот шел, еле-еле перебирая ногами, даже не спросил у Тайбека, что за убыр такой.
– А теперь сядь, отдышись. И я отдохну. Тяжело мне в моем возрасте вместо ишака-то… Садись и пей! – Он сунул в руки Игната флягу. – Пей, не бойся. Удумал бы отравить, от Шрама бы не спасал.
Напиток во фляге оказался обжигающим. Во всяком случае, так Игнату показалось с первого глотка. Он закашлялся, хотел было выплюнуть, но Тайбек велел:
– Пей, говорю! То, что горло дерет, это хорошо, сейчас полегчает.
И в самом деле полегчало. По телу, немому и выстуженному, растекалось тепло, разгоняло по жилам кровь, покалывало тысячей иголок, возвращало силы. Он выпил все до последней капли, вернул Тайбеку флягу.
– Спасибо.
– На здоровье. – Татарин разглядывал его с интересом, как диковинного зверя, а потом вдруг сказал: – Повезло тебе, кунак. Ах, как тебе повезло! Пса я бы убил, а вот с ней бы вряд ли справился. Хорошо, что она тебя не тронула, хоть и странно.
– Кто?
– Албасты. Я рассказы здешних мальчишек слушал, но не верил, что это она тут… – Тайбек замолчал, поцокал языком.
– Кто такая албасты? – спросил Игнат, уже предчувствуя ответ.
– Демон, – сказал Тайбек просто. – Ты ведь видел ее, разговаривал с ней. И я ее видел. Старуха с белыми волосами. У воды живет. Мужчин молодых любит. Любит и губит. Вот и тебя чуть не погубила, но отпустила. Почему албасты тебя отпустила?
– Она не демон! – Захотелось сжать тонкую шею татарина и давить до тех пор, пока он не перестанет сипеть.
– Я видел, в птицу превратилась. Много птиц… – Тайбек словно бы и не замечал грозящей ему опасности. – Только албасты так умеет. Мужчину поманит, зачарует, а потом задушит, лишит и сил, и самой жизни. Смотри, ты какой стал. Беспомощный, как кутенок. Легкая добыча. А она отпустила. Так почему она тебя отпустила, кунак?
– Потому что она не демон, она женщина…
– В каждой женщине живет демон, только прячется хорошо. – Тайбек усмехнулся. – А ты ее защищаешь, глотку мне готов за нее перегрызть. Готов, меня не обманешь. Значит, она не просто женщина, она твоя женщина.
– Была… Она моя жена. А вы не боитесь такую правду услышать? – Он хмуро посмотрел на Тайбека. – И за меньшую правду люди исчезают.
– Убьешь? – спросил Тайбек и покачал головой. – Ну, если хочешь, так убей. – Нож с костяной рукоятью выскользнул из рукава. – Вот и нож тебе. Я смерти не боюсь, мальчик. Для меня жизнь – мука, а смерть – подарок, но сейчас мне умирать нельзя. Не время еще.
– Почему? – Нож удобно лег в ладонь, словно для него и был сделан.
– Ты ведь на острове не ради денег. В тебе огонь горит. Черный огонь. – Тайбек запрокинул круглое лицо к ночному небу. – Я чувствую.
– В вас тоже огонь.
– Душу выжег. – Он кивнул. – Уголька не оставил. А у тебя, мальчик, еще есть душа, и ее беречь надобно. Ты мне помог, я тебе помог, а теперь давай просто не будем друг другу мешать. Не бойся, я твоих друзей не трону. Не за ними я пришел.
– У меня нет друзей.
– Есть. Август, – Тайбек принялся загибать пальцы, – жена его и охотник-мариец.
Не было смысла спрашивать, откуда Тайбек так много знает. Сразу следовало понять, что он не тот, за кого себя выдает. Как и сам Федор.
– Враг у нас общий? – спросил Игнат и протянул нож рукоятью вперед.
– Не за твоим врагом я пришел. – Тайбек нож забрал. – Не бойся, мальчик, мне чужого врага не надо, но и своего я никому не отдам. – В голосе его послышалась угроза. – А ты будь острожен с ней… со своей женщиной-демоном. Если один раз она тебя отпустила, это не значит, что и второй раз отпустит.
– Она заблудилась, – сказал Игнат неожиданно для самого себя. – Между мирами заблудилась.
– В этот мир тебе ее уже не вернуть.
– Я знаю.
– И человеческое, то, что ты любил, в ней недолго сохранится. Поверь, я знаю, о чем говорю, я встретил одну такую. Твоя еще чистая, не отведала чужой жизни. Ты понимаешь, о чем я?
Игнат кивнул.
– Давно она такая?
– Пять лет.
– Сильная девочка. Очень сильная. Но жажда ее все равно одолеет, и вот тогда демон вырвется наружу и никто уже ей не сможет помочь. Даже ты.
– И что мне делать?
– Знал бы ты, сколько раз я задавал себе этот вопрос. Может быть, придет время, и ты поймешь, что делать, а может, и не поймешь никогда. Если убить ее попытаешься…
– Я не стану!
– Не станешь, – повторил Тайбек терпеливо, – даже если поймешь, что так будет лучше для нее, а не только для тебя. Она уже сейчас сильная, а потом еще сильнее станет. С каждой отнятой жизнью. И человеческого в ней будет все меньше и меньше. Однажды она сама тебя убьет.
– А если я найду выход? Если смогу ее вывести из этой… из темноты вывести?
– Если фонарь такой найдешь, чтобы эту тьму разогнать. – Тайбек пожал плечами. – Но я и представить не могу, что это должен быть за фонарь.
Они еще немного помолчали, а потом Тайбек вдруг спросил:
– Ты тоже чувствуешь, как он просыпается?
– Кто?
– Остров. Тук-тук, тук-тук, будто сердце бьется, а вот тут, – он постучал себя пальцем по виску, – словно веретено проворачивается.
Только сейчас на указательном пальце Тайбека Игнат увидел кольцо и металл, из которого оно было сделано, признал. Татарин не боялся оставаться на острове, потому что у него был оберег из Полозовой крови.
– Откуда оно у вас? – спросил Игнат, указывая на кольцо.
– Подарок. – Тайбек пожал плечами и жестом этим напомнил Кайсы. – Вижу, полезный подарок. Особенно в мои преклонные годы.