В плену у повелителя. Путь ангела (СИ)

Новый взмах совсем рядом с телом. Казалось, что уже нет живого места, но кожаная плеть опускается, распарывая кожу вновь. Уже нет желания жить, уже нет даже желания просто прекратить боль. Хочется просто истечь кровью и умереть. Ведь конца и края этому не будет…
— Но так, мой ангел, с тобой не будет, — прошептал Владыка мне на ухо. Холодно и четко.
Я чуть на месте не подпрыгнула и не свалилась на кровать только потому, что Владыка удержал меня. По щекам текли слезы. Будто это меня сейчас хлестали плетью. Наяву, а не в иллюзии. И перья в ярко-оранжевой пыли с золотыми кончиками и пятнами крови. Для ангелов крылья — самое важное: их отсечь — все равно, что потерять руку. А эти… О, Всевышний, как же невыносимо больно…
— У меня на тебя другие планы, — Владыка обнял меня, поглаживая по лопаткам. — Ангелы любят скрывать свои тела за неброской длиной одеждой. Их ведь увидят другие? А ты красива. Идеальна.
Я никогда не слышала подобных слов, не знала, что на меня можно так смотреть.
— В смысле «другие»?
— Одно дело, когда на тебя смотрят другие девушки или я, - продолжил он, а я нервно взглотнула. - И совсем другое, когда кто-то еще…
Но ведь меня уже охрана видела в таком развратном наряде. И это воспринималось мной нормально.
— Ангелы идеальны по сравнению с людьми, — продолжил Владыка. — У вас есть свобода. Даже демоны не настолько свободны, как вы. Втянул крылья и ходи среди людей. А вот демонам так просто не будет. Слишком много ограничений. Там. — Он поднял палец вверх и улыбнулся уголками губ. — Но не здесь. Здесь свобода — делай, что хочешь. Никаких ограничений.
Он говорил об этом, как о погоде на улице, а ведь только что показал пытки. И я даже не знаю, что хуже — быть красивой куклой или мучиться от боли. - Я все выдержу, - прошептала. – все, что уготовано.
Владыка посмотрел мне в глаза. но промолчал. Мне казалось, что он хотел со мной поспорить.
- Я на это и рассчитываю. Радует, что ты про посланные тебе испытания к Всевышнему не приписала.
Промолчала. Это лишь моя вина, что я сюда попала, но моя вера во Всевышнего поможет мне.
В один момент с меня сорвало часть юбки, и она стала еще короче, еле-еле прикрывая бедра. А топик мне тоже сорвет и две заплатки на груди оставит?
— Так лучше, — ухмыльнулся он. — Что ж нам пора. Ах, да, забыл...
В его руках появилась небольшая металлическая цепь. Он коснулся ею моей шеи, и ожерелье тут же впитало металл, а я попыталась отодрать его.
— Что это? — я уставилась на Владыку.
— Забыл сказать: в аду свободен тот, кто сильнее. И вот еще условие: ты не произнесешь ни слова, пока мы будем в тронном зале. Такое наказание за Файзергиль, — Владыка коснулся пальцем моих губ. — Иначе... Ты видела, что будет по-другому.
Внутри рождалось нечто раннее мной не испытанное. Казалось, что кровь и кости хотят воспламениться. В голове крутились ужасные мысли, которых и в помине никогда бы не было. Мне хотелось послать его куда подальше с этим поводком. Вот тебе, Анна твое место, на поводке в плену. И вся та страсть, что была до моего сна, улетучилась. Геза говорила, что в аду нет ничего хорошего, и того, что было вчера, тоже. Мне просто показали мое место — на поводке у Владыки. Но я выдержу и сбегу отсюда.
***
У нормальных правителей за окнами виднеются стены или горы, или прекрасный вид на море. Что виднеется в главном тронном зале, куда он меня притащил? Правильно — река магмы и пламя, вздымавшееся до половины огромного полукруглого окна с черной пентаграммой на самом верху. В самом зале было полно демонов. Некоторые были похожи на людей, но с черными глазами. Некоторые были в доспехах с переливающимися синим узорами.
Владыка дернул меня, цепь зазвенела, а на меня устремились сотни взглядов тех, кто был в зале. Оценивающие, злобные. Я и сама засмотрелась на какого-то демона, покрытого татуировками с очень морщинистой кожей и рогами, едва заметно торчащими из густой гривы. Так отвлеклась, что Владыка дернул цепь, а я врезалась в него, зацепив ногтями бронзовую кожу. Даже сюда он пошел только в штанах.
 
— Не отставай.
Впереди виднелся трон — огромный, черный с пентаграммой на спинке. Мы буквально в три шага Владыки и в шесть моих оказались возле него. Все демоны склонили головы. Возле трона стоял знакомый демон в броне с текущей лавой. Охранник.
Владыка сел, а меня усадил себе на колени. Провел пальцами по позвоночнику, пощекотал под лопатками. Так малышам-ангелам делают, чтобы они крылышки выпускали. Слегка нажал, и мои крылья раскрылись. Конечно, он знает, как это делать. Видимо не раз в постели такое вытворял с другими ангелами.
Правое крыло он закинул себе за спину, а меня обнял за талию.
О, Всевышний, Анна, перестань о таком думать! Мы — враги, хоть ты и не чувствуешь к нему злобы.
— Владыка, могу ли я к вам обратиться до начала собрания? — охранник встал перед нами и посмотрел в глаза Владыке.
— Да, Аббадон.
— Ангельша Геза на грани смерти, - он нервно вздохнул на последнем слове. - Я хочу ее забрать из гарема себе. Она будет жить со мной на моем полном обеспечении.
Я уставилась на него. Что?
— Я бы позволил тебе забрать ее, но мой новый ангелок, — его пальцы вновь прошлись по моей спине, — захотел оставить себе Гезу в качестве слуги. Никак не могу ей отказать.
И улыбается. Я хотела сказать хоть что-то, но не могла. Он же все мои слова перевернул! Я же не знала, что охранник, а точнее — Аббадон, хочет ее себе. И взгляд его не предвещает ничего хорошего.
- Все для тебя, мой ангел, - почувствовала легкий поцелуй в плечо.
Аббадон вернулся на место – по правую сторону от Владыки. Но я так и чувствовала на себе его яростный взгляд. Геза мне ничего не говорила про демона. Я ведь понятия не имела, что кто-то ее хочет защитить. А я так опрометчиво согласилась оставить Гезу себе, только лишь бы ее Владыка не тронул. Может, ей было бы лучше с Аббадоном? Нет, Анна. Они все демоны. Пока точно не буду знать – не буду действовать.
— Подходим, рассказываем по одному, что и как на поверхности, — сказал он и хмыкнул, когда я попыталась поправить юбку. Она так сильно задралась на бедра. Теперь понимаю, почему он ее ободрал. Хотел показать — видите, насколько сильны демоны, что ангелы слушаются во всем.
Демоны подходили к нам и рассказывали о том, что происходит на поверхности. Где-то они потерпели поражение от армии боевых ангелов, а где-то захватили новый город. И все беззастенчиво осматривали меня. А на все мои попытки прикрыться крыльями, Владыка отодвигал их.
— Не ерзай, мой ангел, а то я прямо сейчас перехочу сдерживаться, — прошептал Владыка, а я застыла на месте.
Всего лишь надо молчать. Будто я собиралась разговаривать среди демонов. Ну, кроме Аббадона. Все-таки с Гезой недоумение вышло, и надо бы его спросить, что он от нее хочет. Хотя вряд ли демон хочет что-то хорошее от ангела. Перед глазами так и вставали картины, как Аббадон мучает бедную Гезу.
— Я тебя так сильно возбуждаю? — услышала голос Владыки.
Помотала головой.
— Ты так рвано дышишь, что я уж подумал, вспоминаешь наше «общение», — он вновь коснулся губами моих лопаток.
Я не удержалась и шлепнула его крылом. Не о том я думала. Далеко не о том. Услышала смешок.
Демонов в зале становилось меньше, наконец, остались только мы, Аббадон и двое в балахонах и капюшонах, накинутых на голову и закрывающих лица.
— Подойди, сын мой, — Владыка напрягся и сжал немного руку на моей талии. Его взгляд был направлен на тех двоих. — Король черной ночи. Или уже Королева черной ночи и ее тиамат? Хотя нет, силу ты не утратил.
 
Они подошли ближе к трону и открыли капюшоны. Внутри меня все радостно перевернулось. Ведь на меня и на Владыку сейчас смотрели Эверлин и ее любимый демон.
— Мы пришли по твоему зову, но можем сказать одно — служить тебе не будем. Тиаматы будут жить в своем измерении отдельно от ада.
— Хорошо, но прошу не забывать, что тиаматы тогда будут считаться предателями. И у остальных демонов будут развязаны руки.