Макото. Том первый (СИ)

– Это Ворон. Приём.
– Красный Один. Ворону. Бой идёт на базе Чёрной Сотни. Защитные укрепления базы разрушены. Огневое сопротивление подавлено. Бой сейчас идёт в районе жилых построек. Сражаются владеющие. Зафиксированы мощнейшие всплески силы. Приём. – после этих слов сердце бешено заколотилось в груди. На базе остались слуги рода. Люди, к которым я успел привязаться, которые были добры ко мне и всегда старались помочь. Много женщин и детей, за жизни которых я был в ответе.
– Кто напал на базу? – заорал я в рацию, выхватив её из рук Воронцова.
Меня всего трясло. Трясло от страха за жизни людей, которые присягнули мне на верность. До этого момента я даже не задумывался, что теперь у меня есть слуги. Ну, принял я с пол сотни человек в слуги рода и ладно. Не каких телодвижений от меня до сих пор не требовалось. И отрядом, и бытом базы управлял Гуоджин. Моей задачей было как можно скорее вырасти и выучиться.
И вот теперь я слышу, что защита базы уничтожена и в бой вступили владеющие. Оставалось только надеяться, что бойцы отряда смогут отбиться от противника и спасти как можно больше людей.
– Красный Один. Ворону. Неизвестное военное формирование. Без опознавательных знаков. Восемь бронетранспортёров Арма и три танка Алтай. Предположительная численность личного состава до ста человек. Имеются низкоранговые владеющие. Возможно присутствие нулевика. Слишком сильные повреждения зданий и защитных укрепления. Скорее всего, тоже наёмники. Приём.
– Красный Один. Расстояние до базы? Приём.
– Красный Один. Ворону. Тридцать два километра, если напрямик через скалы и сорок шесть по дороге. Приём.
– Красный Один. Продолжайте сбор информации. Держать меня в курсе событий. Приём. – отобрав у меня рацию, раздал распоряжения подчинённым Воронцов.
– Принято. Приём.
– Боюсь Василий Дмитриевич, что наша поездка на базу наёмников ввиду последних событий невозможна. – обратился ко мне Воронцов.
Мгновенье понадобилось мне для того, чтобы освободиться от удерживающих меня ремней. Хидари и Тадаши, даже не заметили их сопротивления, оказавшись в моих руках. С лёгкостью пробив борта БТР на уровне шеи Воронцова.
Сила потекла в концентраторы, одарив меня привычной болью.
– Не дёргайтесь. – кинул я через плечо бойцам Воронцова, и слегка надавил, на скрещёные на его шее, клинки.
К слову, Марика тоже освободилась от ремней и встала, прижавшись ко мне спиной. Я ощущал, как она была напряжена, готовая в любой момент броситься в бой.
Вспышка боли, за ней ещё одна и ещё. Вокруг меня появилась белёсая дымка, наподобие той, что появилась во время принятия наёмников в слуги рода. Дымка периодически втягивалась в меня, чтобы принести очередной приступ боли. Да, что за дерьмо происходит?
Очередная волна боли оказалась в разы сильнее предыдущих, мои руки дрогнули. Защитный кокон полностью восстановился, отрезая силу от концентраторов. В голове возник образ, разорванного на куски тела. На особенно крупном куске отлично была различима эмблема Чёрной Сотни.
Они умирают. Люди, присягнувшие мне, которым я обещал свою защиту, сейчас гибли. Каждая смерть причиняла мне боль. Сила наказывала меня. Я должен им помочь! Мать вашу! Вот что значит принять на себя ответственность за других, принять их боль. Боль продолжала накатывать на меня. Я сдерживался с огромным трудом, чтобы не заорать.
– Прикажите своим людям остановить машину. – сказал я, ещё малость надавив на клинки. Крохотная капля крови собралась на лезвии Тадаши.
– И что дальше? – ни капли, не испугавшись моих угроз, спросил Воронцов. – Ты в одиночку помчишься спасать жителей базы? Там есть люди, которых ты принял в слуги рода? Не отвечай, вижу, что есть. И много из них останется в живых, к тому моменту, как ты доберёшься туда? Успеешь ли ты помочь хоть кому-то? Сможешь справиться с противником, который смог разгромить отлично защищённую базу? Как быстро ты сможешь оправиться после их смертей? Или ты по собственной глупости готов идти на убой?
С каждым новым вопросом я понимал, что Воронцов абсолютно прав. Но и просто бездействовать, пока убивают жителей базы, я не мог. Я обязан им помочь! Даже если не успею, всё равно должен идти туда. Найти этих ублюдков и уничтожить их. Даже если моих сил хватит лишь на одного, я должен это сделать. Вспомнив слова Хироши сенсея, что ценнее собственной жизни ничего нет я лишь усмехнулся.
 
Ярость накатила на меня, отодвигая боль на задний план. Руки дрогнули. Клинки ещё глубже погрузились в шею Воронцова. Кровь тонкими струйками стала стекать по лезвиям, капая мне на ноги.
– Я должен убить, тех кто напал на моих слуг! – прорычал я, сквозь стиснутые от ярости зубы. Слова были продиктованы силой, наказывающей меня за смерти слуг.
Воронцов рассмеялся.
– Глупый пиздюк! Но как же похож на своего отца.
Ослепительная вспышка энергии вырвалась из тела Ворона. Лишь для того, чтобы с умопомрачительной скоростью вернуться обратно. Воронцов стягивал в своё тело просто нереальное количество силы.
В одно мгновенье его глаза налились кровью, которая полностью закрыла белки, оставив лишь чёрную точку зрачка. В уголках глаз набухли кровавые слёзы.
Кровь, что до этого момента спокойно вытекавшая из ран на шее обволокла клинки моих концентраторов. Начав отталкивать их от шеи Воронцова. Я напрягся изо всех сил, чтобы удержать их на месте, но это было всё равно, что пытаться сдвинуть с места гружёную фуру. Мои руки медленно, но уверенно расходились в стороны.
Стоило Воронцову освободить свою шею, как оба клинка вырвало из моих рук. Кровь с них перебралась на меня. Вытянувшись тонкой нитью, она обвила мои руки. Лужица крови, что успела натечь капая с клинков сейчас преобразилась в такие же нити и связывала мои ноги.
Моё тело оторвалось от пола и я с раскинутыми в разные стороны руками завис в воздухе, упёршись головой в потолок. К этому моменту Марика уже была обезврежена одним из бойцов Воронцова. Я не видел, как это произошло, но сейчас девушка без сознания лежала на противоположных сиденьях. Грудь поднималась от дыхания, значит, жива.
– Ты не можешь помочь даже себе Вася! – покачал головой Воронцов. – Так кого ты спасёшь, если тебя прибьют ещё задолго до подхода к базе. А там настоящие спецы и будь уверен, что они организовали всё как надо. Выставив секреты и контролируя все подходы к базе. Против них нужны спецы не хуже, а в идеале в разы лучше.
– Плевать. Даже если буду уверен, что меня убьют, я всё равно пойду туда. Остановите машину, я уйду. Только позаботьтесь о девчонке. Там мои люди и только я в ответе за них!
Путы из крови не отпускали меня, как бы я не старался вырваться. Отчаяние накатило на меня. Я не могу помочь тем, кто доверил мне свои жизни. Да я даже себе не могу помочь! Как и сказал Воронцов.
– Малолетний идиот! Один ты не справишься. – вновь попытался воззвать к моему здравому смыслу Воронцов, по-прежнему удерживая силу.
– У меня нет выхода.
– Выход есть всегда.
Воронцов высвободил энергию бурлившую в нём и вновь уселся на лавку. Обретя свой привычный вид. Раны на шее полностью затянулись. Он тяжело вздохнул и начал говорить.
– Император дал мне чёткие указания на твой счёт. Главным, из которых является твоё добровольное возвращение в империю. Он запретил мне трогать тебя. Сказав, что в крайнем случае лично заберёт тебя. Но сдаётся мне, что после этих событий ты явно решишь остаться в свободных землях. Да ещё и моберёшься мстить за своих людей – что абсолютно правильно. Твой отец никогда не бросал присягнувших ему. А ты очень во многом напоминаешь мне его. – Ворон потёр вернувшиеся в норму глаза, тяжело вздохнул и продолжил. – Император очень занятой человек. И чтобы не тратить его время ещё и на тебя. У меня есть предложение Макото.
 
– Я слушаю.
– Мой отряд поможет тебе и твоим людям, которых удастся спасти. В замен ты возвращаешься в империю вместе с нами и поступаешь в академию. Там ты проводишь минимум один учебный год. После чего и решишь, продолжать обучение или пойти другой дорогой. – малость подумав Ворон добавил. – В качестве дополнительной гарантии прими мои услуги как своего телохранителя, на этот год. Одного моего присутствия рядом с тобой, хватит чтобы остудить пыл практически любого человека в империи. В любом случае по возвращении меня ждёт отставка. – Читал в письме от «дорогого» дядюшки, про инсульт, вот вам и отставка. – Как видишь, я предлагаю тебе отличную сделку. – сказал Воронцов и наконец освободил меня. Я хотел было поднять свои концентраторы, но он покачал головой, поставив на них ногу.