Изгой рода Орловых: Ликвидатор (СИ)

Выдавший сенсационное заявление мужчина подошел поближе. Стройный, пропорционально сложенный шатен. Пронзительные голубые глаза и карамельно-сладкое смазливое лицо. Одежда в модном в этом сезоне стиле «стим». Шрам от операции на виске декорирован золотой пластинкой. Ну или фальшак очередной.
— Вы кто такой? — Произнесли мы практически одновременно с Истоминой.
— Николай Кузнецов. Опричный приказ. Вы же позавчера общались с Игорем, Мария Юрьевна. Думали, мы оставим вашу самодеятельность без присмотра? — И он наклонился к телу, собираясь вздернуть его на ноги.
  
На месте Истоминой любой здравомыслящий полицай отошел бы в сторонку, склонив голову. Опричники — сила. Но то здравомыслящий. А это Истомина. Она сделала шаг вперед, встав над упакованным арестантом. И, вскинув руку в сторону этого Кузнецова, заставила его отшатнуться.
— Что значит, забираю? Кто будет подписывать документы о передаче? Где, мать вашу, постановление? Это что за произвол?
Ой. Слово произвол она произнесла с каким-то зубовным скрежетом и подвыванием. Произвооол. Ну девочка, ну ёперный же театр абсурда.
— Оформим ваше участие, коллега, как межведомственную помощь. Лучше будет, если первичное задержание будет за нашей службой. Но в долгу мы не останемся, Мария Юрьевна. С нашей конторой дружить выгодно. А права качать не выгодно и даже глупо.
Судя по степени покраснения симпатичного личика Марии Юрьевны, у нее из ноздрей и ушей был готов повалить пар. Не девушка прямо, а конек-горбунок. Она совершенно неэстетично ткнула под нос Кузнецову крепкий кулачок с оттопыренным вверх средним пальцем и прошипела.
— Вот тебе первичное оформление, «коллега» млять. Тамбовские волки тебе коллеги, ска! Удостоверение свое на сканер положи, сперва. И представься по всей форме. — И она выхватила из кармана смарт, быстро стукнув наманикюренным ногтем в какой-то контакт.
Пока «коллега», скорчив брезгливую мину, доставал из нагрудного кармана официального вида блямбу с гербом, Истомина дозвонилась до адресата.
А у меня под черепом пробежали мурашки видения.
— Игорь Владимирович, здесь какой-то слащавый обсос утверждает…
Слащавый обсос поднимает руку из которой исторгает струю пламени.
Мария отскакивает в сторону, кое-как сбивая пламя с загоревшейся одежды своим воздухом.
Арестованный превращается в уголь…
«КУЗНЕЦОВ» — слащавый обсос
— Игорь Владимирович, здесь какой-то слащавый обсос…
Договорить она не успела, потому что всем корпусом я снес ее в сторону, закрыв арестанта своим телом.
Прану я бросил в «Доспехи духа». Эту технику учат все физики. Прана создает покров вокруг тела, не пропуская посторонние энергии. Не очень-то эффективная и очень прожорливая техника, тем не менее способна спасти жизнь или уберечь от увечий, в таких вот случаях. Если энергии хватит и концентрация не подведет.
Пламя на секунду закрыло мне обзор, но я зарядил этому пижону двойку, ориентируясь на звук. Сам я относительно не пострадал. И большую часть огня приняли на свои «Доспехи духа».
Судя по резким просадкам праны, после каждого моего удара, Кузнецов успел поставить «Стихийный щит». Улучшенная версия «доспехов». Еще и урон возвращает нападающему. Тоже прожорливая техника, но запас эфира стихийника больше чем праны у физика. «Щит» только от прямого физического урона защищает плохо. Так что прилетело ему неслабо.
Он отшатнулся в сторону, прервав свой «Выдох дракона», или что он там использовал. И тут же получил от Истоминой ее любимым «удушением».
Мне нельзя было начинать маневрировать, иначе он сжег бы нашего пленника.
Поэтому я просто сделал шаг вперед и провел еще одну двойку в голову.
Он не стал парировать или уклоняться, а резким рывком разорвал дистанцию, швырнув в меня огненную вспышку. Пришлось ее тоже принимать на доспех. Еще с пяток таких атак, и я пуст. Силен этот «Кузнецов».
В голову ему прилетел кувшин с морсом, от которого он не смог полностью уклониться. И сразу после этого в правую руку воткнулись контакты шокера. Катя нажала спуск.
В двери изничтожаемого ресторана и грохотом ворвалась спецгруппа Истоминой. Четверо мужиков, увешанных тактической броней со стволами наперевес.
Несмотря на непрекращающиеся разряды электричества, маг махнул рукой в сторону спецназа, швырнув развернувшуюся в воздухе печать.
Возле входа громко бахнуло, и один из парней завалился на мраморный пол, заливая его кровью. Остальные рассредоточились, впустую дергая спусковые крючки.
Истомина применила технику, которую готовила эти несколько напряженных секунд. Серый вихрь снес несколько пустых столов. Смел с «Кузнецова» щит и пригвоздил его к стене.
Я бросился вперед, не желая упускать шанс.
Катя тоже рванула к магу, заходя сбоку.
Спецназеры, отбросив ставшие бесполезными стволы, пошли на сближение.
И никто из нас не успел.
«Кузнецов», верно оценив обстановку, рванул с груди какую-то висюльку. В воздухе вспыхнули мощные печати «Силовых стен». Я врезался в одну из них, слегка амортизировав удар плечом.
Стены продержались семь секунд, но даже из-за их непрозрачной поверхности мы увидели вспышку телепортации.
— Это что такое было, Орлов? Ты, зачем под «Дыхание» сунулся? Совсем дурной? — Вот тебе, Алекс, вместо спасибо и шоколадной медальки звездюль от лапочки Истоминой.
— У меня тот же вопрос. — И ты, Брутесса? Катя воинственно воткнула ладони в бедра.
— Потише, девочки! Доспех выдержал. Ну почти. — Одежду этот лжеопричник все-таки испортил. — Он бы сжег наш трофей. Риск для меня был минимальный. На вопрос «что это было» ответ очевиден. Средней силы маг, представившийся опричником.
— Шутник епта. Ты не на ту работу пошел, Орлов. Тебе с такими скетчами нужно в стендап идти. Сейчас вернусь. — И Истомина шустро бросилась к своим ребятам.
Упавший спецназер стонал и ворочался на полу. Значит, откачают.
Я присел возле упакованного. Проверил пульс на шее. Жив, курилка.
Истомина уже через минуту опять была возле меня. Двое из ее спецгруппы собирались поднять пленного, но я поставил на него ногу.
— Постойте. Мария, если продолжать серьезно, это была охота на охотника. Он охотился на меня. А мы с тобой и «Кузнецов» на него.
— А не на тебя, Орлов?
— Нет. Фальшивый опричник пытался сжечь именно нашего отравителя. Я думаю, это продолжение истории с убийством губернатора. Кто-то очень не хочет, чтобы отравитель заговорил. И, знаешь, что я думаю?
— Удиви меня, самоубийца.
— Ну что опять началось. Нормально сидели! Я контролировал ситуацию. Так вот. Отвозить его в изолятор все равно, что самим придушить. Там у вас не очень ненадежное место.
— Предлагаешь отвезти его к тебе домой?
— Ха. Юмористка вы, Мария. Будто у меня мусора мало дома. Нет, не ко мне домой. Но есть одна идейка.
 Глава 25 
 Интерлюдии 
Хранилище рода Орловых
  
Виктория приложила руку к панели на стене. Дала сканеру проверить свою сетчатку. После чего толстенная дверь хранилища уползла в потолок.
Она вошла в небольшой тамбур, в котором за столом сидел дежурный гвардеец и пялился в монитор. Увидев Вику, он ввел с клавиатуры какое-то сообщение. Потом поднялся, поклонился и вежливо осведомился:
— Вам куда, Виктория Григорьевна? Архив? Депозитарий? Кунсткамера?