Изгой рода Орловых: Ликвидатор (СИ)

ФОМА ОРЛОВ
Фома, зло морщась, молчал. А что здесь скажешь? У него даже полномочий не было отправлять куда-либо гвардейцев. СБ и гвардия рода — две разные структуры. Он просто воспользовался неразберихой, возникшей со смертью главы. И отдал приказ через голову командира гвардии, пообещав исполнителям нехилые преференции. Хотел набрать очков перед советом. Набрал.
  
— Ладно. Я пойду на совет. — С тяжелым вздохом проговорил Викентий Орлов. — А ты начинай себе подбирать другое место работы, пожалуй. Главный критерий, чтобы исполнять служебные обязанности — на твоей новой должности не должен быть задействован головной мозг.
Значит, этот ублюдок уверен, что место Главы Викентию не светит. Очевидно, у Фомы, как у шефа СБ имелся наиболее полный доступ к информации о внутриродовых интригах. Но кто мог сплотить вокруг себя остальных? Георгий? Младший брат был малоинициативен. Он никогда не стремился к большему, чем у него есть. Держался за свое производство накопителей и не лез в клановую политику. Остальные…
Викентий прошел в приемную перед залом совещаний и окинул взглядом собравшихся. Ну конечно! Агнесса Орлова. Милая сестрица. Она была здесь и сейчас, расплывшись в фальшивой улыбке, двинулась навстречу Викентию, раскидывая руки, как будто собираясь его обнять. На что она надеется? Баба во главе клана Орловых — нонсенс. Мы не Бажовы какие-нибудь.
Агнесса остановилась в полуметре от Викентия. В свои сорок два она выглядела максимум на тридцать. Тяжелый фамильный подбородок и нос с горбинкой был сглажены опытными магами-косметологами. Впрочем, чуточку орловской индивидуальности Агнесса себе оставила. Сумев пройти по грани и не превратиться в одну из стандартных дорогостоящих боярских красоток. Черное платье в пол, застегнутое под горло. Неброские украшения. Опасная стерва. Она приопустила руки и пропела:
— Добрый день, дорогой брат. Несмотря на печальный повод, который собрал нас вместе, я рада тебя видеть.
— Давеча на прощании виделись, Агни. — Она с детства не любила это сокращение своего имени. И Викентий пользовался этим, чтобы слегка раскачать ее на эмоции. — Где твой муж? — Упоминаний о муже, дальнем родственнике из нищих членов рода, она тоже не любила.
— Сегодня собираются только члены рода — акционеры. Его присутствие исключено. Ты же знаешь правила.
— Он мог бы подождать тебя в приемной. Как и положено верной комнатной собачке.
— Как же ты груб. В то время как тебе стоило бы заручиться поддержкой каждого члена рода, ты отталкиваешь меня. Это делает мне больно, милый.
— Твоей поддержки мне все равно не получить. Так что и стараться не стоит. — Отрезал Викентий. — Бисер нынче дорог, чтобы его так просто разбрасывать.
После этой фразы он довольно бесцеремонно повернулся к сестре спиной.
АГНЕССА «это делает мне больно» ОРЛОВА
Его взгляд, казалось, бесцельно блуждающий по комнате, остановился на фигуре, которую не ожидал здесь увидеть. Виктория Орлова, его племянница. Дочь покойного брата. Пакет акций брата Викентий полагал блокированным. По нему решение должен был принять совет. Сейчас на кону стоял не только пост главы, но и должны были распределяться свободные активы между акционерами. Возможно Викторию позвали как потенциальную наследницу. Что-то их семье оставят. Виктория, скорее всего, даже станет мажоритарным акционером. В конце концов, обдирать одну из корневых семей рода, как липку, никто не собирался.
Остальные акционеры были здесь. Мажоритарии присутствовали все. Даже двоюродный брат Семен Орлов из Уральска прибыл. Редкий гость. Георгий, сам Викентий, Агнесса, Семен и Дмитрий Орлов, еще один кузен. Из миноритариев, имеющих право совещательного голоса, были почти все. Шестнадцать человек.
Представительное вышло собрание. Викентий, как он думал, мог смело рассчитывать на голоса Дмитрия и Георгия. Семен уклонялся от прямого разговора о голосовании, но он всегда таков. Примкнет к тому, чья победа станет достаточно очевидной. Но если прибавить голос самого Викентия к голосам брата и кузена, суммарно получилось восемьдесят процентов. Имея на своей стороне даже одного мажоритария, Викентий получал на голосовании не меньше пятидесяти трех процентов голосов. На что Агнесса рассчитывала, интересно? А то, что воду мутит именно «дорогая сестра», Викентий не сомневался. Он мысленно хмыкнул. Увидим!
Несмотря на мнение, бывшее основным, среди других членов рода, пост главы для Викентия представлялся не желанной целью, а ярмом. Но ярмом, в которое следовало впрячься. Во имя рода.
Отец правил родом железной рукой. Под его главенством Орловы процветали. В княжестве их позиции были неколебимы. Однако дед затеял выйти на имперский уровень. Хотел сменить игровую доску. Войти в высшую лигу имперской аристократии, сбросив шкуру игрока регионального масштаба. Викентий считал, что сможет достойно продолжить его начинания. И никто другой из родичей, кроме Агнессы, на это был объективно неспособен. Но женщине никогда не быть главой. Это исключается Правдой Рода.
Двойные двери, ведущие в зал совета, бесшумно разъехались в стороны. На пороге стоял хранитель традиций в церемониальном одеянии. Посреди этого царства хрома, стекла и пластика Владимир Георгиевич выглядел странным анахронизмом. Осколком прошлого, занесенного сюда случайными ветрами времени.
— Прошу проследовать в зал младших членов рода, и занять приготовленные для них места. — Глубоким, как удар колокола голосом провозгласил Хранитель. Галдеж и шум, царящий до этого в приемной, как ножом обрезало. Миноритарии молча проследовали в комнату, попутно занимая стоящие полукругом кресла. Те, у кого был имплант, видели в дополненной реальности свои имена, висящие над выгнутыми спинками. Тем, у кого нейроимпланта не было, места подсказали смартфоны.
Дождавшись, когда младшие члены рода рассядутся, хранитель продолжил.
— Пусть свои места займут старшие члены совета.
Викентий решительно двинулся вперед. Места для представителей старших семей стояли также полукругом, напротив кресел миноритариев. Краем глаза он увидел, что Виктория последовала за ними. Это что еще за фокусы? Он сел справа от пустующего кресла главы рода, и увидел, как соплячка уверенно опускается на левое сиденье. Место ее отца. Что здесь происходит? Он стиснул зубы.
— Приветствуем на своем собрании око Его Императорского Величества, его милость Аркадия Проскурина.
Последним в дверь проскользнул неприметный чиновник в вицмундире, со значками ока в петлицах и двумя звездочками коллежского асессора на эполетах. Представитель Коллегии Контроля, как скромно называлось его ведомство. Сидячего места для него не нашлось, и он замер у стены, включив служебную камеру.
  
Коллегия была создана в свое время в противовес Опричному Приказу. Потом ее функции расширили, разрешив следить за своеволием боярских родов. Сейчас коллегия, опричники и имперская армия были тремя главными опорами трона императорской династии — Годуновых.
У членов Коллегии было право посещать открытые, то есть проводимые с участием миноритариев, советы боярских родов. Но пользовались они им крайне редко. Видимо, сегодняшнее собрание было сочтено вполне достойным для присмотра государева ока.