Бастиано Романо (ЛП)

Проблемы.
У меня их было больше, чем у “Vogue”.
Когда она ушла, Люси поцеловала меня в щеку и сказала, что Бастиано повезло со мной.
Как будто я не была его Апатой.
Когда пришло время ужина, я решила, что Тесси много не съест, но я должна была хотя бы попытаться. Первые несколько дней после отсутствия Винсента она вела себя нормально, но когда прошла неделя, а ситуация не нормализовалась, она начала злиться на все подряд и ковыряться в еде, вместо того чтобы есть.
— Я приготовлю тебе лазанью. Люси дала мне рецепт.
— Я не голодна.
Она скрестила руки на своем месте на диване. Я не могла видеть ее лица из кухни, но представляла, как она дуется.
— Ты не завтракала и не обедала. Пожалуйста, съешь это.
— Нет.
Я подошла к ней и опустилась на колени перед ее лицом.
— Помнишь, я говорила, что все в порядке?
— Да. Ты солгала.
— Закрой глаза. — Облегчение охватило меня, когда она прислушалась. Я повторила слова, которые дала ей, когда ее дядя только пропал: — Подумай о своем дяде Винсенте, обо всех любимых вещах, которые вы с ним делали, и о каждом воспоминании, которое он тебе подарил. Сможешь ли ты это сделать?
Как и в прошлый раз, воспоминания о матери поглотили меня, только на этот раз было не так больно. Я была монстром, который исцелялся в доме Бастиана, пока его жизнь рушилась вокруг него. Осознать это было непросто, поэтому я отодвинула эту мысль на второй план.
Тесси кивнула головой, ее глаза все еще были закрыты.
— Да.
— Если ты сможешь удержать эти воспоминания и чувства, он всегда будет с тобой.
— Ты обещала в прошлый раз.
— Да, обещала.
Она приоткрыла один глаз.
— Ты обещаешь снова?
— Обещаю.
— Хорошо, я буду есть.
Я одарила ее своей лучшей ухмылкой.
— Хочешь помочь мне готовить?
Она кивнула головой, и я подняла ее и понесла на спине в кухню. Она была слишком высокой, но я все равно это сделала. К тому же все время, проведенное в ледяной смене, подготовило меня к этому.
Я заглянула ей через плечо.
— Ты можешь подрумянить мясо.
Она соскользнула с моих плеч, взяла маленький табурет и помогла мне перемешать мясо, и впервые за несколько дней в ее глаза вернулся свет. Мы обе слегка подпрыгнули, когда дверь открылась и вошел Бастиан.
— Все в порядке? — Мой взгляд метнулся к часам.
Шесть вечера.
Он пришел на десять часов раньше, чем обычно.
Он стянул с себя толстовку, бросил ее на барный стул и поцеловал Тесси в висок.
— Что вы, девочки, готовите?
Я знала, что он игнорирует вопрос, и агент под прикрытием во мне чувствовал себя обязанным заставить его ответить, поэтому я поступила прямо противоположным образом. — Лазанью. Люси заходила к нам на обед и дала мне свой рецепт. Надеюсь, она не хреново готовит.
Тесси наклонила голову назад, чтобы посмотреть на меня.
— Это плохое слово.
— И теперь ты знаешь, что его нельзя говорить, — заметил Бастиан.
Он схватил Тесси одной рукой и позволил ей прижаться к его телу, чтобы не стоять на табурете. Мы готовили еду втроем, и это было странно, потому что казалось нормальным. Как будто мы были семьей.
Я выкинула эту мысль из головы, как только она появилась. Я была Апатой, а не Юпитером, и уж точно не годилась для семьи. Но я хотела этого. Семью. Этой любви. Больше, чем я когда-либо хотела чего-либо еще. У меня никогда не будет ни гроша, ни машины, ни одежды на спине, но если бы у меня было это чувство, запертое в бутылке и переживаемое вечно, я бы умерла счастливой.
БАСТИАНО РОМАНО
Тяжесть секретов Винса подкосила мой рассудок. Я не мог продолжать искать его, зная, что он солгал. Мне нужно было, по крайней мере, отстраниться от него, прежде чем завтра снова пытаться это сделать. Я нашел это убежище в Ариане и Тесси.
Каждый раз, когда чувство вины за то, что я не был на улице и не искал дядю Винса, грозило накрыть меня с головой, Тесси улыбалась мне или Ариана говорила что-то настолько неожиданное, что становилась центром всего происходящего.
 
— Остановись, — прошептала она после того, как мы уложили Тесси в постель и прочитали ей сказку на ночь, причем один из нас сидел по обе стороны от нее. — Я вижу, как тебя гложут мысли. Перестань думать об этих вещах. Что бы это ни было.
— Невозможно, — признался я.
Ее глаза сверкнули вызовом, когда она закрыла за собой дверь Тесси, и она бросилась ко мне. Ее губы нашли мои. Грубые. Жаждущие. Умоляющие. Она утопила все мысли в моей голове, пока не остались только я и она.
Она отстранилась и посмотрела на меня так, словно знала меня — не ту поверхностную чушь, которой я прикрывался последние восемь лет, а того, кем я был на самом деле в глубине души. Это было опасно. То, что было между нами, выросло и превратилось в нечто слишком большое, чтобы это отрицать.
Я доверял ей.
Я доверял ей себя.
Я доверял ей Тесси.
И если бы Эверетт был здесь, я бы доверил Ариане и его.
Это опасно, — проворчал призрак Эльзы.
Оно того стоит, — заверила меня та маленькая часть меня, которую Эльза не повредила.
Я выкинул эти мысли из головы и наклонился вперед, чтобы снова поцеловать ее.
Черт.
Я тонул, не видя берега.
  
ГЛАВА 30
 
Долг не коллективный, а личный.
Кэлвин Кулидж
АРИАНА ДЕ ЛУКА
Дни без Винса: 12
— Почему Контесса здесь? — Дженн снова возилась с этой дурацкой ручкой над своим блокнотом.
Тесси сидела в приемной с книжкой-раскраской в руках, потому что я не могла попросить кого-то еще присмотреть за ней, а также не могла пропустить эту встречу. Я уже давно приняла решение не говорить Дженн или бюро об отсутствии Винса.
— У ее няни мозги набекрень и она недостойна ни одной клетки мозга, не говоря уже об ответственности за присмотр за восьмилетним ребенком. — Я перебросила резиновый шарик от стресса с ладони на ладонь. — Кстати, эта легенда — тупик, — солгала я.
Мне было странно лгать и уводить Дженн от правды. Не потому, что у меня был долг перед ФБР, а потому, что Дженн была моей лучшей подругой. Или была ею раньше. Мы отдалялись друг от друга с каждой легендой, но эта увенчалась успехом. Я не думала, что, когда все закончится, я смогу снова общаться с ней, как мы обычно делали.
Мое сердце разбилось о нашу дружбу, и я пыталась ухватиться за спасательный плот, за что угодно, лишь бы спасти нас.
— Могу я сказать кое-что без протокола?
Дженн наклонилась вперед.
— Конечно.
— Я доверяю тебе хранить тайну.
Она отложила ручку и блокнот.
— Ты можешь мне доверять.
— Мне нужно помочь Тесси разобраться кое с чем, но ты не можешь добавить это в свой отчет. Она всего лишь ребенок.
Брови Дженн сошлись, ее беспокойство было искренним.
— Да, конечно. Что случилось?
На мгновение мне показалось, что это снова мы. Дженн и Ари. Старые друзья. Между нами ничего нет.
— Дядя Тесси пропал, и она не очень хорошо к этому относится. Она в замешательстве.
— Ее дядя пропал…
— Винсент Романо, — произнесла я.
Выражение ее лица говорило само за себя. Говорить ей об этом было плохой идеей. Я попыталась отступить.
— Ничего страшного, — предложила я. — Он, наверное, сейчас в Атлантик-Сити и проигрывает в азартные игры больше денег, чем ВВП Никарагуа.
— Ариана, — медленно произнесла она мое имя, растягивая каждый слог. — Ты ведь понимаешь, что я должна отметить это в своем отчете?
Я вскочила с дивана.
— Ты мой лучший друг и куратор. Ты можешь принять решение не делать этого.
Она приняла мою позицию и сжала кулаки по бокам от меня.
— Хорошо. Я не буду. Обещаю.
Вот.
Вот что значит не доверять кому-то.
  
ГЛАВА 31
 
Первый долг любви — слушать.