Волшебная библиотека Книггсов. Безумный Оракул

– Нам нужно торопиться!
– Почему?
Чтобы оказаться дома до того, как у них включат электричество. Звучало нелогично, Финн это понимал… но ничего не мог поделать со своими чувствами. Ведь когда дадут электричество, с ним вернется и привычный мир. А Финн этого не хотел.
– Чтобы приложение «ЯТут» на наших мобильниках не показало, где мы были, – сказал он. – Мы должны опередить Сеть.
  
– Тогда быстрее! – решительно крикнула Нола.
Яркий свет фонарей, мигающих экранов, рекламных щитов и светофоров приближался к ним все быстрее, а близнецы, как загнанные, мчались домой. Вот и улица… крыльцо… они увернулись от раскиданных ветром сучьев, перепрыгнули через упавшие мусорные баки и наконец оказались дома!
У них все получилось.
Как только они закрыли за собой дверь черного входа, в прихожей зажегся свет.
– Я теперь ни в жизнь не усну, – простонал Финн, когда они без сил прислонились к двери и медленно сползли на пол, с трудом переводя дыхание.
Нола приставила палец к губам. Прислушалась. В доме было тихо.
– Я тоже, – прошептала она.
Однако Финн заснул, как только они молча разошлись по своим комнатам на втором этаже. Он только ненадолго открыл окно, чтобы еще раз глотнуть свежего ночного воздуха, в котором до сих пор пахло грозой. Затем Финн снял с себя промокшие вещи и плотно закутался в мягкое одеяло.
Прежде чем он закрыл глаза, ему показалось, что в комнате до сих пор пляшет огонек. «Точно, все потому, что я смотрел прямо на вспышки молний», – успел подумать Финн и провалился в глубокий безмолвный сон.
Пока вдруг не услышал:
– Найди меня…
Чужой далекий шепот настырно жужжал в ухе.
При этом Финн знал, что спит и видит сон.
Он шел по странно искаженному ландшафту. На сухой почве ничего не росло. Зато на уровне щиколоток, образуя лабиринт коридоров, были натянуты бесчисленные шнуры. Финн мог бы спокойно перешагивать через красные нити.
Но почему-то было нельзя. Мешали правила.
А разве они действуют и во сне? Неужели во сне бывают правила?
– Найди меня…
Финн бежал все быстрее по узким дорожкам между шнурами, они уводили его то вправо, то влево. Какой смысл в этом веревочном лабиринте?
Еще бы в ухе не свербило!
Да что такого произойдет, если он сделает шажок в сторону от путеводных нитей. Один маленький…
– Найди меня…
Финн остановился. Повсюду вдоль и поперек протянулись красные нити. Он закрыл ладонями глаза. Он не мог понять, куда ему двигаться. Совсем!
Чем сильнее Финн напрягал зрение, тем больше расплывалась линия горизонта. Что скрывалось там, во мраке, за этой мглой? Не оттуда ли доносился призывный голос? Ох, ох. Темное пятно приближалось. Становилось все больше. Желание побежать навстречу неизвестности, просто перепрыгнув через красные нити, стало непреодолимым.
И тут в туманной мгле Финн заметил танцующий огонек, который приближался к нему.
Он ДОЛЖЕН узнать, что это такое!
Финн поднял правую ногу, занес ее над нитью и переступил. Но тут же почувствовал, как нахлынули угрызения совести, голос внутри кричал: «Нет, нет, нет!» В этот момент Финна…
…резко выдернуло из сна.
Сердце бешено колотилось, глаза были широко раскрыты, он лежал в своей кровати.
– Вот это да, – пробормотал Финн и проверил умный будильник на тумбочке. Сеть вернулась. Он включил ночник. Электричество тоже. Значит, все было как прежде. Как прежде… Почему-то Финна это огорчило. И в тот же миг прошедшая ночь в парке показалась ему далеким-далеким сном.
Электронный человечек в умном будильнике еще спал, а циферблат на его животе показывал, что Финн мог еще полчаса подремать. Тем не менее мальчик спрыгнул с кровати, натянул джинсы, футболку и кеды и тихо открыл окно. Он не хотел красться через коридор, потому что родители наверняка уже встали и непременно отправят его в ванную умываться. Финн проворно вылез из окна, по козырьку над входной террасой добрался до соседней комнаты и заглянул в окно. Спит ли Нола?
Конечно же, она не спала. Его сестра-близнец уже завязала рыжие волосы в высокий хвост и стояла перед зеркалом в белоснежном спортивном костюме, оттачивая бой с тенью.
Это упражнение Нола делала постоянно. Еще она ходила на карате и играла в школьной футбольной команде. В качестве нападающей, кого же еще!
Когда Финн толкнул окно, Нола обернулась, размахивая кулаками, готовая наброситься на него.
Пританцовывая и сохраняя боксерскую стойку, она приблизилась к Финну.
– Ну давай же, ты, жалкий червяк, дерись! Банзай!
Финн включился в игру. Они обменялись несколькими ударами. Нола хотела повалить его на пол. Финн увернулся от нее на кровать и дал ей подушкой по голове. Это так разгорячило сестру, что они уже были готовы разнести комнату Нолы, как вдруг дверь распахнулась.
– Что здесь происходит? – строго спросила мама.
Близнецы одновременно указали друг на друга:
– Это он!
– Это она!
– Никаких ссор перед завтраком! Умываться, и поживее, – скомандовала мама.
Нола быстро прибрала кровать, а ее брат помчался в ванную.
Только когда Финн закрыл за собой дверь, он понял, что так и не рассказал Ноле о своем сне: ни о нитях, ни об огоньке, ни о призывах найти кого-то или что-то.
Во время завтрака по большому телевизору показывали новости и рассказывали об урагане, и Нола ни разу не посмотрела на Финна.
– …нет причин для беспокойства, ураган прошел на большом расстоянии от города…
Что, простите? Быть не может. Враки. Финн легонько пнул Нолу ногой под столом. Она никак не отреагировала.
В непривычном молчании они ехали на беспилотном электробусе в школу. Внезапно Нола отвернулась к окну, игнорируя экран перед собой – такие экраны были вмонтированы в спинки всех кресел. Министр, как обычно по утрам, пожелала всем школьникам и школьницам хорошего дня и напомнила о том, что «хорошее поведение – ключ к удаче». Затем снова начались новости, которые читали сгенерированные ведущие-аватары.
Финн бросил на Нолу взгляд и закатил глаза.
Нола с отсутствующим видом потерла ухо и никак не отреагировала на Финна.
Как же это бесило.
На математике Финн не выдержал.
– Уговор в парке еще в силе? – прошептал он Ноле, которая, склонившись над своим школьным планшетом, выбирала указательным пальцем правильный ответ из ряда предложенных.
– Не понимаю, о чем ты, – пробормотала она. Нола оторвалась от планшета и посмотрела на растерянного Финна. На этот раз глаза закатила она, незаметно скосив взгляд на планшет.
И на красный огонек, мягко пульсирующий на нем.
Финн уже так привык, что напрочь забыл о том, что все школьные планшеты были оснащены микрофонами! Это было очень разумно, когда на уроках иностранного или родного языка они повторяли новые слова, а прибор мягко поправлял их приятным искусственным голосом. Но благодаря этому же микрофону на проверочных учителя слышали, если ученики шептались или подсказывали друг другу ответы.
Финн едва заметно кивнул. Теперь он все понял. Нола переживала, что их могут подслушать. Но кто? Разве что учитель. Кого могут интересовать детские разговоры?
Только после урока математики, когда ребята вышли на школьный двор, Финн снова обратился к Ноле. На всех экранах в коридорах шли «Последние новости для детей», где разъясняли показатели силы ветра по шкале Бофорта. При этом ведущие-аватары снова и снова убеждали зрителей, что ураган так и не достиг города…
– Надо поговорить, – серьезным тоном обратился Финн к Ноле, а потом к Томми и Мире. – Наедине, закройте ваши планшеты.
– Что случилось? – спросил лучший друг Финна, Томми, убирая планшет в шкафчик. – Ты что, опять подсунул кому-нибудь подушку-пердушку?
  
Финн ухмыльнулся. Как-то в третьем классе на уроке поведения ему в голову пришла дурацкая идея: он тайком подложил на стул Джеральдине, дочке министра, подушку-пердушку. Он и сам не знал, зачем так сделал. Просто очень захотелось.