Мнимые люди (СИ)

Несмотря на превосходство людей в оружии и технике у мутантов имелось одно колоссальное преимущество. Они были мобильны. В отличие от военных, вынужденных держать строй, пытаясь не разорвать кольцо, чтобы не упустить противника, мутанты имели полную свободу передвижения и могли наносить удары в любом месте и в любое время, сколько угодно раз и каждый раз уходя из-под прямого столкновения.
Чем ближе к центру приближалась армия, тем больше встречала всё новых сюрпризов. Помимо того, что военных без конца атаковали многочисленные и организованные группы «мимов», они всё чаще стали сталкиваться с заминированными ловушками: дверь очередного подъезда, проход в коридоре или просто растяжка на тротуаре, всё стало представлять опасность. Сюрпризы поджидали на каждом шагу.
Но сильнее всего, военных неприятно поразило, появление на улицах города, мутантов камикадзе. Эти мутанты могли в любой момент, выскочить из-за угла или из-за окна и с молниеносной скоростью прорваться в самую гущу людей, чтобы тотчас взорвать себя и всех находящихся вокруг. В тоже время камикадзе, не ограничивались подрывом только людей, основной их удар в самом начале, пришёлся на бронетехнику. Вооружённые бутылками с зажигательной смесью, бросались они под колёса бронемашин не обращая внимания на людей, выпрыгивали с шестого, а то и с десятого этажа, убивались насмерть, но цели своей добивались. И вскоре половина бронетехники уже было выведена из строя всего за три часа, после нападения боевых подразделений «мимов». И таких нападений было множество, и на каждого камикадзе приходилось в некоторых случаях до тридцати солдат убитыми и ранеными, а это уже приводило к неутешительной арифметике.
Самый же ожесточённый бой с мутантами пришёлся на конец дня, когда сумерки накрыли город. Как оказалось, «мимы» отлично видели в темноте, практически как кошки. А получив очередное преимущество, мутанты не теряя времени, воспользовались им и под покровом ночи нанесли по людям такой удар, что у тех кости затрещали, а само кольцо зачистки чуть не расползлось по швам.
Примерно десятитысячное войско ударило в лоб армии людей по направлению к югу и такое же войско нанесло удар в западном направлении. Крики о помощи переходящие в крики ужаса, стоны и мольба, безостановочная стрельба и раскаты взрывов наполнили ночной воздух столицы. Под покровом ночи «мимы» почти что вплотную подбирались к людям посеяв панику среди них. Вот «мимы» ведут огонь из темноты казалось бы в пятидесяти метрах спереди, а в следующий момент, уже почти под самым носом у сослуживцев, выкрадывают солдат и утаскивают их в темноту, дико кричащих и отчаянно сопротивляющихся, но что они могли сделать, когда как были всего лишь ягнята в пасти волков.
Ночь, тьма, ничего не видно, только вспышки от выстрелов и раскаты взрывов. Мелькание силуэтов, то ли своих, то ли мутантов. Внезапная смерть из темноты. Паника и неразбериха. Надрывные команды офицеров и ответные крики солдат, полные страха. Шум, гам, мат и проклятия неслось со стороны людей. И абсолютная, жуткая тишина со стороны мутантов, создававшая нереальность происходящего.
Неравный бой продолжался несколько часов и казалось ему не будет уже конца и края, и весь этот ужас никогда уже не закончится.
Наконец разобравшись в истинном положении дел, командование в срочном порядке попыталось собрать подкрепление, но оказалось что взять его неоткуда. Перебрасывать войска с других направлений было невозможно, разорвётся цепь. Попробовать выделить хотя бы полк с юго-запада или юго-востока, также нельзя, мутанты зорко следили за ними и временами показывались у тех на виду, но в открытый бой так и не вступали. Положение критическое. Командованию пришлось прибегнуть к беспринципному действию, снять людей с кольца оцепления и в срочном порядке ввести их в бой.
Может это и сыграло свою роль и мутанты отступили, а с первыми лучами полностью уже рассеялись, как будто их и не было вовсе. Может просто они не ставили себе целью прорваться любой ценой из оккупации, а может они просто провели разведывательный бой. Кто знает…
 
Но ясно одно — это ночное столкновение, дорого обошлось людям.
С рассветом стали подсчитывать потери. Оказалось, потеря личного состава, около десяти тысяч. Немыслимо, дико, как такое могло произойти. Армия мутантов просто драла людей, как курицу, выщипывая из неё перья и самое главное чем, почти что голыми руками. На эту мысль офицерский состав навело то обстоятельство, что погибшие от рук мутантов, очень редко были застрелены, в основной же своей массе они просто были изуродованы и перемолоты невероятной физической силой, а всё их личное оружие испарилось в неизвестном направлении. Да. Мутанты за время ночного боя отлично пополнили свой боезапас, понеся мизерные потери, от общего количества.
Уже после ночного столкновения, принёсшего военным столько бед, у всех, от командира до солдата, создалось ощущение, что они имеют дело вовсе не с бывшими жителями города, обычными мирными, не дисциплинированными гражданами, а с целой подготовленной армией неизвестных захватчиков, ничем не уступающей им самим. И в силу полученного опыта, по истечению вторых суток, со времени проведения операции по зачистке города, войска людей получили команду «СТОП». Военным приказали окопаться и ждать дальнейших указаний. Необдуманное продолжение операции, в итоге могло привести к прорыву мутантов за пределы зоны зачистки, а этого ни в коем случае нельзя было допустить.
* * *
Информация о ночном нападение мутантов, достигло ушей генерала Овчаренко со скоростью света. Всю ночь он проторчал в главном мобильном штабе, ни разу не сомкнув глаз, до хрипоты сорвав голос, крича на подчиненных, отдавая многочисленные команды и принимая быстрые решения, ни секунду не колеблясь в их правильности. Он сознавал, что прямо сейчас, там, в городе гибнут люди и от его решений зависит ещё множество жизней, поэтому и не отступал, не жаловался и не колебался, он просто выполнял свой долг, сохраняя холодный разум и решительность духа.
В ту ночь, ему самому казалось, что его голова превратилась в своеобразный компьютер, в котором больше не было места, обычным человеческим мыслям и эмоциям: ни жалости и ни упрёка, только сухая чистая логика, подстёгиваемая каким-то злым азартом, наступающим у человека в минуту опасности, к которой готовился всю свою сознательную жизнь. Но несмотря на все его усилия, оказалось, что солдаты просто не были готовы к дерзкому отпору мутантов и утром, просмотрев данные о потерях, Овчаренко внутренне содрогнулся хватаясь за голову, и в срочном порядке созвал консилиум.
В зале заседания военного штаба, в отличие от прошлых собраний, царила тишина, прерываемая только шелестом бумаг. Члены военного штаба, не могли начать консилиум прежде не дождавшись одного человека, которого предстояло с пристрастием допросить и призвать жёстко к ответу.
Наконец входная дверь хлопнув об стену, распахнулась и в зал заседаний влетел запыхавшийся профессор Мирный.
— Как всегда опаздываем, профессор, — глядя на часы громко, осуждающе сказал генерал Овчаренко. — И сколько это будет продолжаться?
— Извините. Меня оторвали от исследований. К нам в центр наконец поступил мутант четвёртого поколения и я просто не мог пропустить этого события, — оправдался профессор Мирный, намереваясь сесть за стол переговоров.
— Это конечно интересно, но сейчас о другом. Вы слышали последние новости, ночного происшествия? — спросил Овчаренко. Остальные в этот момент помалкивали, переводя глаза с генерала на профессора.
— Да, до меня уже дошли сведения ночного боя. Это просто ужасно…
— В таком случае, мы надеемся, что у вас найдутся достойные объяснения сему феномену и вы ответите на кое-какие наши вопросы?
— Как скажете. Я готов. — Так и не сев за стол, профессор выпрямился и открыв синюю папку, разложил на столе бумаги, после обернулся в сторону генерала, и стал ждать вопросов, с геройской решимостью.