Мнимые люди (СИ)
— Береги патроны! Стреляй им в голову! Их это сразу останавливает! — сквозь автоматную очередь, в ухо спецназовца прорвался голос, капитана. — Профессор! Долго ещё.
— Ещё минуту!
— Скорей же, чёрт бы вас побрал!
Между тем, в поле зрения военных показались ещё пять мутантов, и они неслись к людям со скоростью локомотива. В этот раз в коридоре, в целях экономии, зазвучали уже одиночные выстрелы. С этими мутантами управились чуть быстрее, чем с предыдущими. Но только перевели дух, как мутанты попёрли словно из рога изобилия. То ли они сбежались на резкие звуки выстрелов, то ли ещё по какой причине, но в узком коридоре, их показалось, жуть как много. Эти уже не неслись сломя голову на людей. Они шли плотной группой, медленно и расчётливо, словно примериваясь к броску. При слабом освещение и постоянном мерцании сирены, мутанты казались фантасмагорическими созданиями и не видя лиц, назвать их людьми было довольно сложно.
При появлении такой толпы, речь об экономии патронов была как-то уже неуместна, тут бы живым остаться. Капитан со спецназовцем открыли поочерёдный огонь. Пока один выпускает в толпу целый рожок, второй заряжал автомат. Люди уже оглохли от стрельбы, а мутанты всё пёрли и пёрли на пролом, не считаясь с потерями, словно в их головах отсутствовал разум. И они просто пёрли под пули. Узкий коридор заполнялся телами погибших, а мутанты пробирались через небольшие завалы и всё рвались вперёд. И если бы это были люди, то перебирались бы они через павших, довольно таки долго и возможно их атака в конце концов бы и захлебнулась и очень скоро. Но это были уже не люди. Они с нечеловеческой силой и проворством, перескакивали, пролезали, расшвыривая по сторонам своих павших коллег и с каждой атакой подбирались к людям всё ближе и ближе.
Двух автоматчиков могло спасти лишь чудо или скорое закрытие двери, рядом с которой они находились. Наконец чудо произошло…
— Получилось! Они закрываются! Забегайте внутрь, капитан! — послышался из отсека окрик Школярова.
Фёдоров продолжая поливать мутантов свинцовым дождём, отступил к косяку двери и высунувшись наполовину продолжил стрельбу, ожидая пока дверь закроется.
— Солдат! Отступаем!
— Рано! Дверь ещё и на половину не закрылась. Нельзя их подпускать!
Бронированная дверь ужасно долго вставала на место. Мощные сервомоторы, натужно хрипя, не спеша закрывали полутонную дверь. А мутанты уже на расстоянии пяти метров и не собираются сдаваться.
— Всё, пора! Отступай! — Фёдоров прекратив стрельбу, сменил позицию, освобождая проход. В дверном проёме ещё оставалась щель, как раз для одного человека.
Спецназовец не прекращая стрельбы бросился к дверям. И тут он совершил роковую ошибку. Отшвырнув очередной натиск, он вынужденно потерял при этом не мало времени и чтобы протиснуться в довольно узкую щель, спецназовцу пришлось на секунду отвлечься. Стреляя наобум и забыв с кем имеет дело, он рванул в щель, теряя на долю секунды, из виду мутантов. Но как раз за эти то, доли секунд, из общей толпы мутантов вырвался самый быстрый и в стремительном рывке, выдрал спецназовца из дверного проёма. Безопасник не успел даже ничего понять, как рядом с ним оказалась уже мутантов десять.
— Не-ет! — Федоров дал залп в щель, подбежал поближе и сразу же отскочил от двух пар рук, что протиснулись в щель в попытке его зацепить. Выстрелил. Руки с визгом убрались, а из самой щели на Фёдорова уставилась жуткая гримаса, подобие на человеческое лицо. Почему капитан не выстрелил, он и сам не знал, просто стоял и пялился в морду мутанта, пока смыкалась дверь.
Когда уже щель оставалась сантиметров десять, жуткая морда, резко качнулась назад, а потом вперёд, плюя в лицо капитан. Это был прощальный «подарок», так сказать…
Плевок метко угодил Фёдорову в лицо, в районе рта и носа, он аж закашлялся от отвращения, перегибаясь пополам. Потом бросил не нужный автомат и стал яростно вытираться рукавами спецовки. А вытерев лицо досуха, разразился гневной тирадой:
— Фу, мерзость! — Кривил рот Фёдоров. — Что это было, профессор? Зачем это дерьмо в меня харкнуло, своей вонючей слюной.
У Школярова глаза полезли на лоб. Он молчал, молчал, а потом прозрев азартно воскликнул:
— Так вот, как они инфицируют, посредствам слюны. А я то дурак сразу не догадался. — С досадой стукнул он себя по лбу. — Что же тогда получается… Когда к нам привели пациента, солдаты ещё сказали, что мутант плевался и поэтому ему заклеили рот. Но мутант не плевался, он пытался их заразить… Вот я дурак! Сразу не придал этому значение, — Школяров снял очки и протерев красные глаза, вдруг замер. Рука с очками мелко затряслась. — Это что же получается? Когда мы открыли рот мутанту, для кормёжки, он успел кого-то из сотрудников инфицировать, а дальше по цепочке и… Мамочки! Это… Это получается неизвестный вирус вырвался на свободу и вся лаборатория давно заражена! И я возможно тоже, а лекарства у нас нет… — последние слова Школяров произнёс шёпотом, потому что предназначались только ему. — Нет, нет, нет. Это невозможно… а с другой стороны, факты налицо. Невероятно… Какой маленький инкубационный период! — вдруг восхитился он, от бурчания переходя к конкретной речи. — Человек совсем за небольшой период, полностью перестраивается и его психика трансформируется и человек уже не человек… Бред! — Школяров раздражённо мотнул головой. — А с другой стороны… Происходящие сейчас прямо здесь говорит об обратном… Надо срочно связаться с генералом. — Профессор подведя свои умозаключения к логическому концу, взялся телефонную трубку.
— Я чего-то не понял, профессор? О чём вы сейчас говорили? — капитан окликнул Школярова, выслушав его так сказать короткую лекцию. — Вы что хотите сказать что я чем-то заразился? Профессор! — Фёдоров схватил, опять задумавшегося Школярова, за грудки и хорошенько его тряхнул. — Отвечайте!
— А! Да-да! — как во сне ответил Школяров.
— Что!!!
— То есть нет!
— Так да! Или нет! — перешёл на крик Фёдоров, требуя внятного ответа.
— Да не знаю я! — вторя капитану завизжал Школяров. — Я и сам толком ещё ни чего не понимаю. Чёрт! Нужны анализы, тесты! Я не могу точно прям счас вам ответить.
— Значит, возможно что нет и я не заражён, — Фёдоров с надеждой посмотрел на Школярова, ожидая что тот с ним согласится.
Профессор сокрушенно покачал головой:
— Скорее всего ДА, чем НЕТ! И только что вас инфицировали…
— Нет! — Фёдоров отстранился от Школярова, как от чумного. — Вы хотите сказать, что скоро я стану таким же чудовищем, как эти, что сейчас беснуются за дверью?
Профессор молча кивнул.
— Нет… нет, нет, — запричитал Фёдоров шарахаясь от профессора, и в его глазах читался настоящий ужас.
Школяров схватил капитана и быстро, быстро стал говорить, чтобы только успокоить, теряющего рассудок Фёдорова:
— Успокойтесь, капитан. Это только моё предположение. Возможно я ошибаюсь.
— Нет. Нет. — Фёдоров махал головой и слабо вырывался не реагируя на профессора.
— Да поймите же вы! — повысил тон Школяров. — Мы имеем дело с неизвестным вирусом и я не знаю как он действует. Возможно сейчас эта тварь вас не заразила, возможно она просто так в вас плюнула. Ну не понравились вы ей и всё тут. — Школяров говорил, говорил, лишь бы успокоить Фёдорова, хотя сам не верил в то что произносил. — Я не в чём сейчас не уверен. Я знаю лишь одно, вирус вырвался наружу и заразил лабораторию. Но возможно мы-то с вами до сих пор здоровые. Ведь будь по-другому, мы с вами сейчас бы не стояли здесь, а дико завывая носились бы по коридору вместе с остальными, сломя голову. А это значит, что мы пока здоровы. Вы слышите? — Школяров заглянул в глаза Фёдорову. — Скорее всего та тварь просто так в вас харкнуло, выражая своё недовольство. А пока мы живы и здоровы, мне нужно связаться с генералом Овчаренко и передать, что с нами случилось.
Фёдоров перестал упираться. Его взгляд прояснился и неимоверными усилиями, он взял себя в руки.
— Всё нормально? Вы верите мне? — проникновенно заглядывая в глаза капитана спросил Школяров.