Мой неотразимый граф
Джордан считал, что Мара ждала его сколько могла. В конце концов, ее положение стало невыносимо, и она, спасаясь от него, приняла предложение лорда Пирсона. Кроме того, Джордан полагал, что теперь, став вдовой и получив свободу, она больше никогда не поставит себя в зависимое положение и будет действовать только в собственных интересах. Исключение составит лишь ее сын. А где более выгодное место для светской львицы, чем на коленях у будущего короля? Джордан ощутил, что его душит гнев. Вот уж поистине союз, заключенный на небесах! Регент — известный ценитель и коллекционер прекрасного.
Джордан едва скрывал отвращение. Мара бросила на него единственный настороженный взгляд и не подумала высвободиться из толпы воздыхателей. Наказывает его, понял Джордан. Бессердечная кокетка все играет в свои игры!
Джорадан посмотрел на часы и мысленно отвел ей еще две минуты, чтобы оставить своих поклонников и подойти к нему. Сам он не сделает ни шагу ей навстречу. Черт возьми, у мужчины должна быть гордость!
Ожидая дальнейших событий, Джордан невольно вернулся мыслями к тому давнему приему в загородном поместье, когда он вот так же скрипел зубами, а она отчаянно флиртовала с молодыми джентльменами.
— О, мисс Брайс! — весело воскликнул юный Джордан, когда королева бала наконец подошла к нему, оставив позади кучку разочарованных поклонников. — Похоже, вы покорили здесь все сердца.
В ответ Мара фыркнула и, с насмешкой изображая скромность, опустила взгляд, потом сделала глоток шампанского, отчего ее глаза заблестели чуть ярче. Джордан с веселым удивлением наблюдал за своей очаровательной собеседницей.
— Признаюсь, я чувствую себя несколько заброшенным.
— Что вы имеете в виду, сэр? — невинным тоном спросила она, чуть улыбнувшись влажными от шампанского губами.
Джордан не скрывал изумления:
— Неужели мне придется ждать, пока вы очаруете половину присутствующих мужчин, прежде чем наступит моя очередь и вы снизойдете до флирта со мной?
— Разве я флиртую?
— О, не отрицайте! — Джордан ответил мягким смешком. — Я прекрасно понимаю, что у вас на уме.
— Сомневаюсь, — возразила она и тряхнула темными локонами.
— Еще до конца месяца вы намерены обзавестись мужем. — Джордан пожал плечами. — Я вас не виню.
Мара бросила на него встревоженный взгляд.
— О, не беспокойтесь. Я не стану болтать о ваших планах, — с улыбкой сказал он.
На лице девушки отразилось явное облегчение.
— Ну что же, вы разоблачили меня, — согласилась она и доверительным тоном добавила: — Честно говоря, Джордан, я больше не могу этого выносить. Мне необходимо обрести… новое положение.
Джордан про себя отметил, что она не решилась назвать это домом.
— Поверьте, я вам сочувствую, но будьте осторожны, — мягко продолжил он. — Брак — это навсегда. Сделав поспешный выбор, вы можете попасть из огня да в полымя.
Мара покачала головой:
— Ничего хуже быть не может.
— Уверяю вас, может. Подумайте, ведь вам нет нужды прибегать к столь отчаянным средствам. Надо просто научиться защищать себя от мадам Мегеры. — И он мотнул головой в сторону ее матери.
Мара грустно улыбнулась:
— Это бесполезно. Я давно поняла, что сопротивление только распаляет ее. Она никогда не отступает и не признает своей неправоты. Не стоит даже пробовать, гораздо легче смириться.
Джордан покачал головой:
— Она сведет вас с ума, если вы будете все ей позволять. Не сдавайтесь, Мара. Вы сильнее, чем думаете. Не стоит надеяться, будто эти дурачки спасут вас. — Джордан оглянулся на веселящуюся толпу. — Вы умнее их, сообразительнее. Они даже не догадываются, в какую игру вы играете. Лицо девушки стало серьезным.
— Это не игра, лорд Фальконридж. Это вопрос жизни и смерти. Не думаю, чтобы вам были понятны такие вещи. — Она горько усмехнулась в ответ на его недоуменный взгляд. Разумеется, Джордан не стал говорить, что его учили выживать в самых отчаянных и опасных ситуациях. — Тем не менее, — продолжила она бесстрастным тоном, — мне неприятно, что вы меня осуждаете.
— Дело не в осуждении, мисс Брайс. Просто мне не хочется, чтобы вы попали в беду. А я боюсь, что так и случится, если вы решите доверить свое спасение человеку более слабому. Я правда так думаю. Вы только посмотрите на них…
Ее легкомысленные поклонники сейчас вылавливали из чаши с пуншем кусочки фруктов и бросали их друг в друга под общий смех.
Мара еще раз вздохнула.
— Отчасти вы, разумеется, правы. Но если вы так мудры и сильны, милорд, отчего бы именно вам не спасти меня? Один раз вы уже доказали, что способны на это. — Вызов, прозвучавший в ее голосе, ее дерзкий взгляд разбудили пожар в крови Джордана. Он постарался справиться с возбуждением и, стараясь изобразить хладнокровие, ответил:
— Но ведь я только что познакомился с вами, мисс Брайс. А с самого своего приезда вы только и делаете, что флиртуете со всеми молодыми людьми вокруг.
— Может быть, я просто пыталась привлечь ваше внимание.
Глядя на ее дразнящую улыбку, Джордан чувствовал, как трудно оставаться джентльменом и устоять от соблазна.
— Не играйте со мной, мисс Брайс.
— Вы же хотели, чтобы я с вами флиртовала. Это ваши слова.
— Я полагаю, — он уверенно вынул бокал из ее пальцев, — что кое-кому шампанского уже достаточно.
— Какие разумные советы вы даете! Вы что, родились сразу взрослым?
— Да.
— А я — нет. Девушка должна делать то, что ей положено. — Мара вздернула подбородок, отвернулась и решительным взором окинула бальный зал, словно полководец поле битвы. — А вы бы лучше, милорд, тоже поучаствовали в гонке.
— Возможно, я так и сделаю.
При этих словах Мара оглянулась на него с непередаваемо женственным лукавством, а Джордан тряхнул головой, чтобы сбросить наваждение. О Боже, он приехал сюда искать в лесу землянику, а не жену, да еще такую отчаянную. Приказ может прийти в любой момент, так что не следует даже думать о подобных вещах. И, взяв себя в руки, Джордан продолжил вполне безмятежным тоном:
— Благодарю за приглашение. Я с интересом слежу за вашими маневрами. Знаете, у вас все получается очень ловко. Большинство этих баранов даже не понимают, что их так привлекает, — закончил он и, не в силах оторвать от нее глаз, уже в спину ей добавил: — Оставьте для меня танец, мисс Брайс.
— Для вас, милорд, я бы оставила все танцы.
Джордан рассмеялся.
— Интересно, скольким мужчинам вы сегодня говорили эти слова?
— Многим. Правду сказала лишь однажды.
Джордан покачал головой, испытывая смесь досады и ликования. В следующую минуту Мара уже оказалась в кружке поклонников. Как и сейчас, в гостиной Дилайлы.
Маре для первого шага оставалось тридцать секунд. Растянув губы в бессмысленной светской улыбке, Джордан сложил на груди руки и сделал вид, что с интересом прислушивается к своему полупьяному собеседнику, который нудно и многословно рассказывал о недавней охоте на лис.
Две минуты, предоставленные им Маре, истекли, а в гостиную он вернулся десять минут назад. Ничего не поделаешь, решил Джордан и отправился к Дилайле прощаться. Поблагодарил хозяйку дома, раскланялся с другими гостями, а на Мару бросил один-единственный холодный взгляд. Едва ли она поняла, что это было безмолвное прощание с прошлым. Спускаясь по лестнице в сопровождении дворецкого, Джордан и сам не мог объяснить себе, зачем сюда приехал. Он чувствовал себя дураком. Собственные противоречивые желания в очередной раз привели его в ловушку. Надежды на то, что Мара повзрослела, не оправдались. Она стала еще хуже — последняя пассия регента! О Господи, как мог он допустить, чтобы эта женщина царила в его мыслях все эти годы? Оставалось единственное — забыть ее навсегда и найти кого-нибудь другого. Видит Бог, он так и сделает. Действительно сделает! Да лучше он женится на первой попавшейся замарашке, чем еще раз позволит себе подумать об этой женщине!
С застывшим взглядом Джордан прошел через вестибюль. В конце концов, да что она такое? Болезнь, заразившись которой, человек обречен страдать всю жизнь? Ну нет. Сегодня он официально объявляет, что излечился от Мары Брайс.