Луч света, что окрашен в золотой (СИ)

Дети уже выстроились, и мальчику пришлось идти вслед за ними. Было бы странно, если бы лишь он один остался стоять на месте. Это бы точно вызвало ненужные подозрения, чего парень не хотел ни в коем случае. Он всеми силами старался удержать себя и не озираться вокруг с открытым ртом. Всё вокруг было таким необычным, что Дипперу не раз приходилось напоминать себе, что обычные марионетки не должны обращать на это внимания. Его глаза то и дело перебегали с серой плитки под ногами на сверкающие от солнца перила, на аккуратные лестницы, ведущие на верхние этажи и на зеркала, отражающие свет в сторону самых тёмных участков, куда лучи солнца не могли добраться своим ходом.
  
Мальчик плохо понимал, о чём говорят окружающие. Все они вечно использовали странные, совсем непонятные слова. Диппер пытался как-то связывать их, пытался определить их смысл, но пока что сделать это не представлялось возможным. Ему нужно было продвинуться дальше, чтобы понять всё, о чём говорят окружающие. Ему нужно было показать себя с лучшей стороны. Мальчик не знал, что именно потребуется для этого, возможно, ему придётся трудиться день и ночь. Впрочем, по-другому быть и не может. Он не должен показать свои таланты, не должен выдать трезвый разум. Всё, что Диппер может себе позволить — усидчивость и работа на износ.
 — Номер «794G», пожалуйста, встаньте обратно в строй! — прозвучал неприятный высокий голос проводницы, которая только что обнаружила нарушителя.
Диппер осторожно выглянул из-за спины мальчика, стоящего перед ним, и быстро осмотрелся. И только он перевел взгляд в сторону, как он тут же наткнулся на абсолютно белые волосы, смотреть на которые было ужасно больно. Обладатель этой странной причёски тихо пропищал извинение и тут же сорвался с места, запрыгивая обратно в строй. Диппер не успел разглядеть ничего, кроме бледного лица мальчишки. Тот был ниже Пайнса и выглядел немного растерянным, кажется, он так же засмотрелся на прекрасный вид залитой солнцем площади. Хотя парень мог и ошибаться. Всё же он мог быть одним из тех детей, что теряются на ровном месте и забывают указания уже спустя пару минут…
***
Завтрак был отвратительным. Если, конечно, непонятную вязкую субстанцию, которая, ко всему прочему, на вкус была хуже картона, можно было назвать едой. В тот момент взгляд мальчика с тоскливого переменился на завистливый, стоило ему только увидеть огромный поднос в руках одного из охранников. О количестве и разнообразии еды на нём даже думать не хотелось: живот тут же жалобно урчал, требуя перестать запихивать в него невесть что и дать нормальной человеческой еды.
Но настроение Диппера немного поднялось сразу после того, как он увидел лицо своей сестры, изо всех сил пытающейся сдержать радостную улыбку. Он и сам едва сдерживал безразличие на своём лице — только увидев её, ему захотелось рассмеяться и подбежать к ней, заключить в объятия. Диппер боялся думать о том, что бы было, если бы он оказался здесь один. Наверное, он бы свихнулся в первый же день, потеряв всякую волю к сопротивлению.
 — Меня записали в сектор «А», не знаю, что это значит, но тебе нужно попасть туда же, — тихо шептала ему Мэйбл, изо всех сил стараясь не смотреть на то, что она отправляет в рот. Парень прекрасно понимал, что его сестре, привыкшей завтракать бутербродами с клубничным джемом и шоколадом, заливая всё это просто убийственно сладким коктейлем собственного производства, было ужасно тяжело. Сам он тоже обладал нездоровой любовью к сладкому, но всё же мог как-то сдерживать свои порывы и не страдал от этого настолько сильно.
 — Хорошо, понял, — шептал в ответ Диппер, изредка поглядывая по сторонам. Привлечь к себе внимание сейчас означало очень сильно подставиться в будущем.
 — Не уверена, что сейчас мы будем пересекаться часто, — с грустью заметила Мэйбл, едва подавляя желание вцепиться в брата и закричать, что она никуда не уйдёт и никто не смеет их разлучать. — Новичков разбрасывают по разным отрядам, и нам может не повезти…
 — Значит, нужно продвигаться дальше! — уверенно прошептал в ответ шатен, нагибаясь и делая вид, что его ужасно заинтересовали трещины на столе. — Я точно видел, как некоторые подростки шли группами, и было видно, что это не просто строй…
 — И как ты собрался это делать? — возмущённо зашептала Мэйбл, поражаясь убийственному спокойствию брата. Нет, она сама старалась держать себя в рамках и не отчаиваться, но Диппер выглядел так, словно быть похищенным для него — обычное дело. — Ты хоть представляешь, сколько времени это может занять?
 — Не знаю… — прошептал в ответ Диппер, сильно напрягшись, когда мимо прошёл парень в тёмно-синей униформе, пристально осматривая каждого из них. Мальчик не был уверен, что ему в полной мере удалось изобразить бессмысленный взгляд и абсолютно безэмоциональное выражение лица. Но, кажется, его стараний всё же хватило на то, чтобы охранник потерял к нему интерес. — Я ничего не знаю…
 — Может… может, просто обратиться к кому-нибудь? — неуверенно спросила Мэйбл, чувствуя себя чертовски глупой. Даже если планы брата были безумными и непонятными, это всё же были планы. — Объяснить им, что это какая-то ошибка и нас будут искать…
 — И как ты собралась это делать? — с усмешкой спросил её Пайнс, в точности повторяя её вопрос. Как же хорошо, что он здесь, рядом с ней. Окажись здесь Мэйбл одна, и её шансы на побег резко сократились бы до минимума. — Просто подойдёшь к первому попавшемуся прохожему и попросишь отпустить нас домой?
 — Ну… да? — неуверенно ответила Мэйбл, злясь на брата. Даже если её план такой глупый, он мог хотя бы нормально выслушать его, а не делать такой вид, словно она неразумный ребёнок. — Знаешь, это лучше, чем ждать неясно чего. К тому же наш дядюшка Роджо выглядел довольно милым и…
 — Тебя поймают, — ответил Диппер, не дослушав сестру до конца. Та замерла, недоуменно оглядывая брата. — Стоит тебе только показать, что ты хоть чем-то отличаешься от остальных марионеток, тебя тут же поймают…
 — Почему ты так в этом уверен? — спрашивала Мэйбл, обиженно глядя на брата. Ему что, даже не хочется попробовать? Ведь если она права, то им не придётся сидеть тут неизвестно сколько и играть болванов, повинующихся любым приказам.
 — А ты разве не поняла? — шёпотом спросил Диппер, тут же натыкаясь на вопросительный взгляд сестры. Он тяжело вздохнул, понимая, что до этого считал её более наблюдательной. — Разве ты не заметила, что этот твой дядюшка слишком добрый, почти идеальный? Он сильно отличается от других охранников, гладит детей по головке, хвалит их за каждую мелочь…
 — Откуда ты… — удивлённо начала девушка, не понимая, как брат может это знать. Он ведь был в другой комнате, с другим сопровождающим. Он никак не мог знать, как ведут себя остальные!
 — Потому что это всё игра. Игра для таких, как мы с тобой, — шептал Диппер, делая глубокие вздохи, чтобы успокоиться. Нельзя сказать, что и у него не возникло это желание, более того, это была одна из первых мыслей, которая посетила его, когда он увидел лучезарную улыбку их проводницы. Правда, ему повезло больше, и он намного быстрее понял, что это всё выглядит слишком странно и неестественно. — Я уверен, что именно таким способом вылавливают тех детей, что избежали луча. Они убеждают нас, что здесь есть те, кому можно доверять. Играют с нами, вызывая желание поделиться своим секретом… А затем они просто сдадут нас охранникам, едва мы только заикнёмся о том, что не потеряли эмоции и желания.
 — Ты не можешь знать это, — прошептала Мэйбл, глядя на брата с сомнением. Действительно, дядюшка Роджо был каким-то слишком добрым на фоне остальных. Он даже в тайне протянул ей кубик сахара, хитро подмигнув, а она чуть не подмигнула ему в ответ. — Мы здесь только первый день, ты не можешь быть в этом уверен.
  
 — Я и не уверен, — едва заметно пожал плечами Диппер, признавая это. Он действительно почти ничего не знал об этом месте, кроме того, что они просто обязаны сбежать отсюда. — Я просто нахожу это странным и не хочу рисковать…