Луч света, что окрашен в золотой (СИ)
Чёрт, и как ему объяснить причину своей тревоги? Диппер знал, что стоит только заикнуться о предлагаемой должности, как его засмеют и будут потешаться до самой его смерти. А промолчать было ужасно трудно. Хотелось поделиться переживаниями хоть с кем-то, выслушать мнение других, получить мудрый или ужасно глупый совет. Хотелось сказать хоть что-то, а не просто молча прожигать взглядом стол!
Парень дёрнул плечами и осторожно откинулся на спинку стула, рассеянным взглядом окидывая всё вокруг.
Звон железных подносов, скрип столовых приборов и противное чавканье отовсюду. Голосов почти не было слышно, только охранники о чём-то переговаривались и изредка заливались громким противным смехом. А парень всё оглядывался вокруг, выискивая блеск золота среди серых безрадостных красок. Не просто золота — золотой ткани, которую носил бы хоть кто-нибудь среди сотен детей и взрослых. Но сколько бы парень ни оглядывался, не мог найти ничего хоть отдалённо похожего.
Верно Билл сказал: ни у кого другого не будет и не может быть подобной должности. Только полный идиот согласится на подобное.
— Приём! Земля вызывает Диппера Пайнса! Номер… эм… сорок девять, один… Да блин, дальше не вижу, руку убери! — шипела девушка, тряся брата за плечи. — Ну очнись же ты, дурак!
— Должность…
— Что-что? Что ты сказал? — радостно воскликнула Мэйбл, наконец добившись хоть какой-то реакции от брата.
— Мне… мне предложили особую должность, — едва слышно прохрипел Диппер и быстро опустил глаза.
В ответ на него устремились два растерянных взгляда.
— И что? — удивилась Мэйбл. — Разве это не хорошо?
— Да, верно! — поддакнул Гидеон, ненавязчиво приобняв девушку. — И где радость на твоей рож… лице?
Диппер тяжело вздохнул. Слова не лезли наружу и переворачивали всё внутри, вызывая противную тянущую боль. Хотелось поскорее выплюнуть их вместе с тревогой и страхом.
— Это… это сложно объяснить, — продолжил парень, нервно оглядываясь вокруг.
Гидеон приподнялся на месте, явно борясь с желанием посильнее врезать всё медлящему парнишке напротив.
— Я просто не уверен, что мне стоит соглашаться, — прошептал Диппер. — Всё это как-то… подозрительно.
Гидеон присел обратно, сложил пальцы так, словно держал в них сигарету, расслабленно выдохнул невидимый дым и кинул на парня серьёзный взгляд.
— Не мне решать, соглашаться тебе или нет, — важно отметил он, покивав головой. — Но если начальник до сих пор не посадил тебя под замок и даже не попытался убить за твою тупость, так отчего же не попробовать? Бери, пока дают!
Диппер нервно рассмеялся. Если бы всё было так просто! Ему казалось, что Билл-чёртов-Сайфер снова ведёт игру. Ровно как тогда, с шахматами. Ждёт, пока парень ошибётся, делает всё более зависимым, беззащитным. А что, если это очередная ловушка? Да, пока что не видно в действиях начальника угрозы, но это ещё не факт, что её нет совсем. И Диппер ужасно боялся попасться в очередной подложенный капкан и потерять единственный шанс на побег.
— Ну, как говорится, не попробуешь — не узнаешь, — с важным видом произнёс беловолосый парень, с удовольствием ловя восхищённые взгляды Мэйбл.
А Диппер на мгновение задумался.
Действительно, эти слова имели в себе здравый смысл. Если бы он не попался начальнику, никогда бы не получил того, что имеет сейчас. Он был бы заурядным мальчишкой, которого бы не допускали к нормальным должностям, так как выглядит он слабым и ни на что не годным. Блистать умом он не смог бы, даже если сильно пожелал — просто не смог бы позволить себе так глупо объявить о своей особенности. Вот и переходил бы он с одной невыразительной должности на другую, пока что-нибудь не произошло бы. Да, может, жил бы он здесь спокойнее и тише, но шансов на побег у них явно было бы меньше.
А теперь… теперь он имеет доступ к любой информации, нужно только правильно задавать вопросы и искать.
ты можешь попробовать в любой момент
Что, если это предложение даст ему ещё больше? Что, если он откажется от возможности, которую не сможет получить больше никогда? Что, если это окажется настолько полезным, что он сможет забыть о всех своих проблемах и просто наслаждаться проводимым здесь временем, изредка отвлекаясь на незначительные происшествия?
Взгляд Диппера невольно перескочил на тёмно-синий костюм Гидеона, и его глаза загорелись.
Он хотел быть особенным. Хотел доказать всем, что он не пустое место, что он не просто низкий и слабый мальчишка, который любит загадки. Он ненавидел снисходительный взгляд Гидеона, раздражался при виде насмешливой улыбки сестры. Диппер считал, что он может гораздо больше, чем думают остальные. Всерьёз верил, что насмешки одноклассников и многих знакомых — просто форменная несправедливость. И если есть шанс доказать, что он значимее остальных — он им воспользуется.
Обязательно воспользуется
***
Хотя решение было почти принято, сделать первый шаг было ужасно сложно. Диппер ловил себя на том, что активно избегает даже просто лестниц на верхние этажи и старается за километр обходить один конкретный кабинет.
Парень прекрасно знал, что это глупо и по-детски, но заставить себя подняться к начальнику он не мог.
Каждый раз в девять часов вечера он топтался на месте, наматывал круги по одним и тем же коридорам, поднимался и спускался по ступенькам. И каждый раз, едва только впереди виднелась знакомая дверь, парень резко оборачивался и быстрым шагом направлялся прочь. Он шипел сквозь зубы оскорбления, сжимал кулаки так, что болели пальцы, но всё равно не мог заставить себя подойти к кабинету и постучать. Он почти слышал громкий истеричный смех Билла, даже если тот был лишь в его голове. Сердился, но всё равно шёл как можно дальше.
Нет, он правда был полным идиотом…
Мэйбл и Гидеон уже спустя пару дней махнули на него рукой. Что поделать, если Диппер Пайнс вновь впадает в паранойю? И если Мэйбл просто понимала, что брату нужно разобраться во всём самому, то беловолосый парень был просто рад тому, что может больше времени проводить со своей возлюбленной. Его глаза так и искрились от удовольствия, стоило только Дипперу пройти мимо, сверкая отчаяньем на своём лице.
Однако новостей от Билла всё не было.
Никакой реакции. Ни преследования, ни выговоров, ни поджидающих за углом охранников. Диппер вздрагивал от каждого шороха, старался поскорее обходить тёмные переулки и разрывался от желания нестись прочь, только завидев людей в тёмно-синей униформе. Некоторые из тех, кто сохранил зачатки разума, лишь понимающе кивали. «Свихнулся паренёк», — слышались тихие шепотки, и Диппер почти был с ними согласен.
Он чувствовал себя полностью разбитым. Его голова разрывалась от разных мыслей, и он не мог ничего делать — всё валилось из рук. Так много раз он говорил себе: «Всё, хватит!». Так часто он срывался с места и бежал в сторону знакомого коридора. Однако каждый раз он замирал на половине пути, чувствовал, как становится трудно дышать от страха, как сердце разрывает грудную клетку. Он стоял там минуты, две, иногда почти час, дрожа и не решаясь сделать и движения. А затем быстро оборачивался и уносился прочь.
Он не мог ничего поделать с этим: каждый раз его голову заполняли ужасающие фантазии, и парень просто не мог сделать шаг навстречу злополучному кабинету.
***
Время, впрочем, своего течения не останавливало…
Старый библиотекарь закончил с новым исследованием, о чём известил мальчишку громким хохотом и ярким голубым светом кристаллов. В чём заключался прорыв — Диппер не понял, однако, судя по маниакальному взгляду старика, прогресс был значительным.
Мэйбл снова повысили, о новой работе она не сообщила, но долго хвасталась стареньким голубым платьем и фартуком. Хоть то и висело на ней мешком, хоть чёрные колготки были местами порваны, а плащ коротковат, она была счастлива и несколько дней с трудом скрывала улыбку на своём лице.
Гидеон же прошёл первую подготовку, теперь он уставший и довольный рассказывал об интересных происшествиях, изредка доставая деревянную дубинку и небольшой ржавый кинжал. Мэйбл каждый раз кокетливо хлопала его по плечу, а затем хныкала, выпрашивая с трудом заработанное оружие.