Луч света, что окрашен в золотой (СИ)

 — Ты стал скучным, — сказал он удивительно серьёзно для человека, который пару мгновений назад задыхался от смеха. — Не из-за того, что я больше не слышу твоих мыслей. Ты стал слишком тихим, за тобой неинтересно наблюдать…
 — Не понимаю, о чём вы, — пробормотал мальчик, заметно напрягшись. Если единственной причиной игнорирования его ошибок остаётся интерес начальника — то сейчас ему чуть ли не открыто объявили о скорой смерти. И самым страшным было то, что Диппер понятия не имел, как именно ему нужно на это реагировать.
  
 — Суть в том, что ты больше не показываешь своих настоящих эмоций. Раньше ты был более… открытым. Хм, с каких же пор ты изменился… Ах да, точно, — Билл ухмыльнулся, смотря мальчику в глаза. — С того самого момента, когда ты проиграл мне в нашей маленькой игре…
Маленькой игре? Мальчик едва не взорвался, услышав эту фразу. Неважно, что имел в виду мужчина. Будь то игры в шахматы или же отыгрывание роли послушной марионетки — мальчик вкладывал в это всего себя. Он сходил с ума, каждый день обдумывая разные ходы, тратил уйму времени, тренируя пустой, безразличный взгляд. Он прилагал так много усилий, чтобы сдерживать себя и не впадать в депрессию от окружавшей его реальности, а его начальник просто… Назвал всё это «их маленькой игрой», словно вместо ежедневной борьбы за собственную жизнь они обсуждали простенькое развлечение, одноразовую игру в карты. Без рисков, без стратегий, без масок…
 — Да, я проиграл, — признался Диппер, нахмурившись. Он впился ногтями в ладони, изо всех сил сдерживая себя от криков, — проиграл и выдал себя. Вы получили моё признание, вы знаете, что я не попал под действие луча, что сознательно нарушаю правила…
Билл не ответил. Он смотрел на мальчишку с интересом, слушая, казалось, даже слишком внимательно.
 — И я… — мальчик прервался на мгновение, пытаясь убрать из головы панические мысли. — И я всё ещё не могу понять, почему жив, почему продолжаю появляться в этом кабинете…
Тишина, повисшая в комнате на протяжении нескольких минут, казалась слишком долгой, слишком напряжённой. Диппер почти не дышал, замерев на месте и не рискуя сделать хоть одно движение. Ему ужасно хотелось зажать уши, он не желал знать ответа. Наверное, потому, что боялся, что причины нет. Что всё это — просто затянувшаяся игра, которую Билл Сайфер вот-вот закончит одной лишь фразой. И как сильно мальчик бы ненавидел своего начальника, как бы ни презирал его — он не мог отрицать очевидного. Его жизнь зависела от решения этого человека, и Диппер был готов пойти на всё, лишь бы сохранить её.
 — Верно мыслишь, малой, — наконец усмехнулся Билл, довольный словами мальчишки. — Впрочем, это ведь просто моя работа — выявлять тех, кто нарушает правила. Ничего личного…
Пайнс невольно дёрнулся, едва успев подавить в себе желание закрыться руками и сжаться в кресле. Он не был особо пугливым, однако скопившееся за последние недели напряжение очень негативно сказывалось на нём, делая из адекватного парня параноика. И мужчина никак не помогал ему справиться с неотвратимо подступающей истерикой. Казалось, он вопреки всем его переживаниям — специально — делал такие долгие паузы, выжидая момент, когда Диппер окончательно потонет в собственных страхах.
 — Но, видишь ли, — прервал размышления мальчишки Билл, — суть в том, что ты мне по душе. Мне ужасно скучно наблюдать за одинаковой реакцией моих марионеток, они не способны удивлять, не в силах вызвать интерес… И пока ты отличаешься от них, у тебя есть шанс сохранить свой разум…
Мальчик не успел и облегчённо выдохнуть, как Билл вдруг поднялся с кресла и, оперевшись обеими руками о стол, склонился над ним. Диппер вздрогнул и вжался в спинку кресла, словно надеясь пройти сквозь неё, оказаться как можно дальше от внимательного взгляда начальника. Он судорожно сглотнул, не открываясь от лукаво прищурившегося глаза мужчины, который словно нарочно наклонился чуть ниже. Так близко, что мальчик мог почувствовать мягкие светлые волосы, едва касавшиеся его лица.
 — Я могу дать тебе шанс выжить. Могу забрать твои страхи и подарить тебе уверенность в том, что тебя никто не тронет, — Билл говорил тихо, но его голос казался громче всего, что только мог услышать парень.
 — Никто не посмеет избавиться от тебя без моего разрешения, и я могу устроить всё так, что ни у кого не возникнет и мысли о твоей смерти, — каждое его слово выжигалось где-то внутри Диппера, пробуждало в нём странное, почти безумное желание довериться. — Я лишь попрошу небольшую… услугу взамен.
 — Ч-что… что именно? — прошептал Диппер, не заметив, как невольно задал вопрос. Сейчас это было уже не важно, его мысли занимали лишь чужие слова, звучащие так соблазнительно, так ласково заворачивающие его в пелену спокойствия…
 — Хм, дай-ка подумать… — Билл расплылся в улыбке, и с каждым мгновением она становилась всё шире. — Всё, чего я хочу — это игры. Весёлой игры. Игры со странными правилами. Игры, которая даст нам обоим то, чего мы хотим…
 — Мне… мне нужны подробности… — мальчик нервно облизал губы, опустившись ещё ниже. Нет, он не мог идти на такой риск, даже не зная, на что именно соглашается. Это было бы слишком глупо…
 — Конечно, это ведь нечестно — скрывать от тебя условия? — Билл усмехнулся, к невероятному счастью для мальчика, чуть подавшись назад. — Это будет та же игра в шахматы, но с новыми возможностями. Видишь ли, особенность её будет в том, что ты сможешь задавать мне вопросы и, конечно же, получать на них честные ответы…
 — Это не всё… — нахмурился Диппер, не решаясь протянуть руку. Эта сделка не может быть такой выгодной для него, здесь просто обязан быть подвох. Это был словно договор с самим дьяволом, в котором, так или иначе, кроются ужасные последствия.
 — Верно, вот поэтому ты мне и нравишься, Сосновое Деревце, — довольно протянул мужчина. Мальчишку было не так просто обмануть, и это была та особенность, что так привлекала его. — Всё дело в том, что я точно так же буду задавать вопросы тебе, и у тебя не будет права лгать мне. Поверь, я сразу пойму, если ты попытаешься соврать.
Диппер нервно выдохнул. Ему казалось, что сейчас он просто задохнётся, что его сердце остановится, не справившись с такой нагрузкой. А всё потому, что он был в панике и просто не знал, что ответить. Билл умел предлагать сделки. Они всегда были такими соблазнительными и страшными одновременно. Парень мог получить драгоценную информацию, узнать всё, что он никак не сможет обнаружить сам. И в то же время однажды ему придётся рассказать обо всех своих планах, и он не сможет соврать…
 — Я… я могу внести своё условие? — осторожно спросил он, пытаясь унять дрожь. Билл в ответ лишь кивнул. Пренебрежительно. Так, словно его совсем не волновали мысли мальчишки на этот счёт. — Время на ответ будет неограниченно… А, и да! Никаких вопросов, которые будут относиться к планам на будущее… Только то, что относится к прошлому и настоящему…
 — Согласен, — ответил Билл, протянув руку в чёрной перчатке. Он не потратил ни мгновения на обдумывание слов мальчишки, не обратил внимания на то, как сильно тот напряжён. — Детали обговорим позже, думаю, сейчас это будет лишним…
С этим Диппер был явно не согласен, но возражать не решился. И, судя по довольному взгляду Сайфера, это было правильным решением.
 — Хорошо, я не против… — с трудом выдавил из себя мальчик, протягивая дрожащую руку. Ему казалось, что он подписывает договор с самим дьяволом. Во всяком случае, Билл улыбался слишком довольно для человека, которому предстоит отвечать на каждый вопрос непослушного подчинённого.
  
 — Уверен, это будет весело, — довольно протянул мужчина, сильно сжав руку Пайнса. Так, что тот болезненно поморщился и на мгновение дёрнулся, словно едва справился с желанием вырвать ладонь.
 — Я даже не сомневаюсь…
Уже выходя из кабинета, Диппер никак не ожидал встретить на своём пути преграду. Мальчик случайно врезался в незнакомого мужчину, который тихо хмыкнул и окинул его долгим, неприязненным взглядом. Его чёрные глаза были такими глубокими, что в них невозможно было разглядеть эмоций, а тёмно-серые волосы казались уже седыми. Незнакомец быстро оттолкнул мальчика от себя и брезгливо отряхнул тёмно-синий пиджак, на котором красовалось не меньше двух десятков треугольных значков. Диппер же постарался как можно скорее убраться подальше. Что-то не так было в этом мужчине, он без сомнения не был похож на других работников и больше других напоминал своего начальника.