Луч света, что окрашен в золотой (СИ)
***
Вот она идёт. Медленно, низко опустив голову и не смотря по сторонам. Её короткие волосы режут глаза, напоминая, что он виноват. Это всегда будет на его совести. Но Диппер не мог впасть в уныние сейчас. У него не больше пары часов. Слишком много и слишком мало для последнего разговора с родным человеком.
Диппер нервно улыбнулся и отстранился от стены. Что ж, Билл наверняка будет разочарован, если он снова упустит возможность.
Мальчишка ускорился и побежал за ней. Мэйбл замерла на мгновение и оглянулась. Он мог видеть, как её глаза удивлённо расширяются, застывают так на мгновение, а затем подозрительно сужаются. Она не доверяла ему. Конечно, ведь с момента ссоры брат так ни разу не подошёл к ней и не попытался извиниться. Зачем ему делать это сейчас?
— Мэй…
Он остановился рядом и неловко замялся. Улыбнулся краешками губ и неуверенно протянул руку, глупо ожидая, что она пожмёт её в ответ. Но Мэйбл только отступает шаг назад и смотрит с большим подозрением. Нет, она определённо не собирается начинать разговор первой. Но, похоже, не против выслушать его жалкие попытки извиниться и наладить отношения.
— Эм… привет? — он тихо рассмеялся над своим глупым ответом.
И с облегчением заметил тень улыбки на лице сестры.
— Я… хм, — Диппер неловко замолк, не зная, как начать разговор. Нет, никто не учил его, что делать в такой ситуации. — К-как дела?
Мэйбл недоверчиво посмотрела на него, а затем тихо фыркнула, прикрыв рот рукой.
— Ты серьёзно? — она покачала головой. — Ты накричал на меня, игнорировал неделями, а затем спрашиваешь «как дела»?
Диппер стушевался и виновато опустил взгляд. Ну, этого стоило ожидать.
— Я не кричал, — прошептал он и закашлялся в ответ на холодный взгляд сестры. — В смысле… Я… я прошу прощения и…
Он огляделся вокруг, уже замечая несколько посторонних слушателей. И не желая делать эту сцену ещё более унизительной, схватил сестру за запястье и потянул за собой.
— Эм… мы можем… — он снова тихо прокашлялся, чувствуя себя полным идиотом. — Пойти… Не стоять здесь и… хоть куда-то…
Мэйбл вновь фыркнула, но пошла следом. Очевидно, глупый вид брата немного смягчал её обиду.
Диппер вёл её вперёд, не особо задумываясь о маршруте. Лишь бы просто не стоять на месте, не переминаться с ноги на ногу, нервно оглядываясь вокруг в поиске невольных наблюдателей. Не хотелось, чтобы к вечеру об их разговоре знал не только Билл, но и весь каньон. Слухов ему и так хватало.
Временами он даже скучал по первым дням здесь, когда вокруг были только не одухотворённые разумом дети, а охранники плевать хотели на странную парочку, которую слишком часто видели вместе.
— Я хотел сказать, — Диппер снова замолк, пытаясь в спешке придумать хоть что-то. Как назло, в голове было совершенно пусто, а мысли в панике убегали от него при любой попытке дотянуться. — Я просто… чёрт…
— Не извиняйся, — Мэйбл остановилась и обернулась. — Не надо. Не хочу слышать, как ты пытаешься оправдаться.
Диппер замер и растерянно захлопал глазами. В тот момент Мэйбл показалась ему слишком взрослой. Она не улыбалась, её глаза не блестели столь привычным оптимизмом и не было ни намёка на веселье. Её лицо было… уставшим. Бледным, с синяками под глазами, слишком худым для той, кто так любил чересчур сладкие напитки. Диппер вдруг вспомнил, что перестал приносить ей конфеты, как только начались отношения с Биллом. Они больше не играли в вопросы, и смысл в вазочке со сладостями почти пропал, ведь для мотивации мальчишке хватало простого нежного взгляда или лёгкого поцелуя.
— Прости… — прошептал он чуть слышно и опустил взгляд.
Господи, и что теперь ему сказать?
Ветер подул особенно сильно. Он растрепал волосы сестры, лишний раз напоминая о том, насколько они короткие. Каштановым локонам Мэйбл завидовали многие девочки в классе. Они были ужасно длинными и на удивление послушными. Всегда легко поддавались желаниям сестры и никогда слишком не путались. Диппер временами ловил себя на мысли, что завидует даже этой черте. Потому что его собственные пряди постоянно торчали во все стороны и очень нервно реагировали на попытку их расчесать.
Теперь завидовать было почти нечему.
Диппер тихо вздохнул и снова отвёл взгляд. Ему не хотелось видеть Мэйбл такой — тенью самой себя. Казалось, что от той прежней безумной сестрёнки не осталось и следа. Только знакомые внешние черты, которые теперь казались очень блеклыми и искажёнными.
Диппер хорошо знал Мэйбл Пайнс. Однако эта девушка совсем не была на неё похожа.
— Почему ты подошёл только сейчас? — спросила она чуть слышно. — Почему не побежал за мной сразу? Как раньше? Помнишь, когда мы ссорились? Я всегда обижалась на тебя из-за мелочей, а ты всегда бежал за мной и извинялся. Разговаривал даже тогда, когда был очень зол.
Диппер опустил взгляд ещё ниже. Конечно, он помнил. Вся его жизнь была как-то связана с сестрой. Она всегда была рядом.
— Потому что… — Диппер выдохнул и нервно запустил пальцы в волосы. — Я… Я не знаю. Мне было страшно… Страшно выбирать между вами. Знаешь, я всё время думаю об этом. Правильный ли это выбор. Иногда мне кажется, что нет. И я боюсь, что ты убедишь меня в этом, а я… Я не могу Мэй, я не могу уйти…
— Почему?
Диппер открыл рот, собираясь ответить, но не смог вымолвить ни слова. Они застряли в горле, выливаясь только в едва слышный хрип. Это были эмоции. Просто случайные мысли, чувства, которые он не мог объяснить. Которые он сам не понимал. Он мог ответить, почему временами хотел вернуться домой. Почему скучал по «Хижине Тайн», школе и знакомым. Но в случае с Биллом такие простые объяснения не работали. Он просто… был. Прятался в глубине его сердца, заполнял собой всё его тело и вытеснял всё, что подходило слишком близко.
Билл. Это всегда Билл.
— Не знаю, — прошептал Диппер наконец и так и не решился встретиться со взглядом сестры.
Он поднял взгляд и уставился в сторону, разглядывая далёкие верхние этажи. Он и не заметил, как они оказались на площади. Здесь было больше людей, чем обычно, но это не было удивительно. Скоро машины отъедут. Уже через пару часов площадь будет переполнена испуганными детьми, и он не сможет сказать ни слова против. Потому что он сам это выбрал. Потому что он не смог отказаться.
— Я хотел проводить тебя, — сказал Диппер, не в силах терпеть тишину. — Он… он попросил меня поговорить с тобой. Сказал, что я буду жалеть, если не сделаю этого… Не знаю, смог бы я подойти сам. Я всё ещё… мне всё ещё очень страшно…
Мэйбл как-то странно улыбнулась и подошла ближе. Она сжала его в своих объятиях так крепко, что Дипперу почудился треск костей.
— Я не хочу возвращаться без тебя, Дип… — прошептала она.
— Знаю…
Она тихо рассмеялась и обняла его крепче.
— Но я не могу остаться здесь. И не могу уговорить тебя, — она отстранилась и посмотрела на него с такой грустью, что Диппер на мгновение задумался о том, чтобы бросить всё и сбежать с сестрой. — Ты ужасный брат, Дип. Ты не оставляешь мне выбора…
— Я попрошу его купить мне телефон, — Диппер слабо улыбнулся. — А если не получится, я буду писать тебе письма. Каждый день, Мэй! Ты ещё устанешь от меня.
Она рассмеялась и покачала головой.
— Ты дурак, — сказала она в ответ.
Он улыбнулся и кивнул, чувствуя, что тугой комок в его груди постепенно расслабляется.
Это был прекрасный момент.
Он мог быть их перемирием. Мог быть хорошей последней встречей. Лучшим последним разговором, на который он мог рассчитывать.
Он потянулся к сестре, обнял её и похлопал по спине, как прежде, готовясь к расставанию и скорому выступлению Билла. Закрыл глаза и сжал плечи сестры, последний раз вдыхая запах мыла в её волосах. Стиснул пальцы, стараясь запомнить ощущение под ними, каждую деталь, которую больше никогда не увидит. Он сдерживал слёзы и улыбался, думая о том, что его ждёт тот, ради кого он бросил всё.