Луч света, что окрашен в золотой (СИ)

Хоть в сборник анекдотов заносить!
Он тихо рассмеялся, на секунду даже забыв о странности своих мыслей. Парень сделал несколько шагов вдоль коридора и тут же зябко поёжился от холода, чувствуя, что одного только одеяла ему явно не хватало. Возвращаться обратно уже не хотелось, да и тело уже почти перестало дрожать, поэтому оставалось лишь надеяться, что он не подхватит очередную простуду.
  
Всё же он и так растратил половину лекарств за последние месяцы.
Удивительно, что на его частые простуды всё ещё обращали внимание. Казалось, уже после второй болезни окружающие должны были забыть про слабого мальчишку и проигнорировать его страдания. Было бы гораздо легче просто избавиться от проблемы, чем тратить значительное количество средств на бесполезного паренька. И, вероятно, если бы Диппер Пайнс не был фаворитом начальника, он бы просто умер от очередного воспаления лёгких…
Диппер тихо чихнул, шмыгнул носом и медленно огляделся вокруг. В темноте коридоры казались незнакомыми, и он не был уверен, что идёт в нужную сторону. Конечно, даже если он вдруг потеряется, ничего не случится. Он просто проведёт чуть больше времени, пытаясь вернуться в свою комнату. Может, попросит кого-нибудь из охранников помочь ему, если забредёт чересчур далеко и не сможет найти выход сам. Они, разумеется, могут донести Биллу, что он гуляет по ночам, придумать наказание или попытаться отвести его в карцер как нарушителя. Но вряд ли кто-то всерьёз решит причинить ему вред.
В конце концов, ему многое сходило с рук…
Тихо звучали его шаги, эхом отражаясь от холодных каменных стен. Диппер чувствовал, как тело по новой охватывает волна дрожи, и сильнее кутался в одеяло. Вот конец коридора третьего этажа, вот старая скрипучая лестница. Он тихо поднялся наверх и уверенно прошёл дальше, не беспокоясь о создаваемом им шуме. Он ведь ничего серьёзного не нарушает? Просто прогуляется немного после отбоя и вернётся в постель, как только почувствует хоть тень сонливости.
С этими мыслями он подошёл к площадке, на которой ещё пару недель назад возвышалась сосна. Диппер силой заставил себя отвести взгляд от клочка земли, подошёл к перилам и опасливо присел на холодный пол, свесив ноги вниз. Если бы рядом оказался кто-то из близких, его бы непременно отругали за это. Указали бы на холод, предложили бы поискать другое место… Но, к счастью, на площадке оказался лишь он один.
Одеяло согревало хуже, чем он рассчитывал. Мороз вызывал дрожь по всему телу, заставлял ёжиться и с большим рвением заворачиваться в тёплую ткань. Кончики пальцев и вовсе заледенели, но это не помешало ему вцепиться в ржавые прутья и взглянуть вниз.
И Диппер выдохнул и улыбнулся, лишь увидев ночной каньон снова.
В темноте фонарики казались яркими звёздами на ночном небе…
Его никогда особо не привлекали красочные пейзажи и, в отличие от Мэйбл, он не так часто восхищался красотой природы. Это занятие казалось бесполезным, не стоящим внимания и сильно отвлекающим от чего-то по-настоящему важного. Например: книг и учёбы, разговоров с сестрой и ярко-рыжих волос самой смелой девушки, которую только знал мальчишка. Однако сейчас у него не было неотложных дел, не было школьных заданий или телефона, на котором можно было бы пройти новый уровень в какой-нибудь странной игре. Он просто рассматривал мельчайшие детали, погружаясь в собственные мысли с головой.
Главное, не думать о Билле. О чём угодно, кроме него.
Он вспоминал «Хижину Тайн» и своих прадядюшек. Думал о том, в каком восторге был бы Стенфорд, увидев хоть часть из чудес каньона «Гравити Фолз». Он наверняка бы погрузился в исследования, день и ночь всё писал и писал бы статьи, которые в будущем сделали бы его знаменитым. А Диппер помогал бы ему, описывая всё, что только знал о волшебных кристаллах. Листал бы дневник Билла и пересказывал бы каждый интересный случай, связанный…
Чёрт, снова Билл. Всегда и везде Билл.
Диппер раздосадованно простонал, ударяясь лбом о холодные прутья. Нет, он точно сходил с ума, потому что о чём бы он ни думал, мысли всё время возвращались к начальнику. Это не было чем-то напрягающим или… ужасным. Просто постоянные раздумья о Сайфере уже казались чем-то странным и ненормальным. Словно он переходит какую-то незримую границу, не в силах сделать шаг назад.
Это не пугало его, просто… Он не до конца понимал, что с ним происходит. Не знал причину этих изменений и немного волновался.
Может, стоит спросить совета? Не у Мэйбл — та снова вывалит на него эту чушь про любовь. Не у Билла, ведь тот только посмеётся, хитро прищурится и спросит, не помешался ли на нём мальчишка. И вряд ли у Гэдрона, потому что старик, погружённый в исследования, не смыслил в человеческих чувствах.
Но у кого же тогда? Может, стоит поговорить с…
 — Эй, ты! — послышался грубый мужской голос и быстрые шаги. — Отбой был три часа назад!
Диппер вздрогнул и зажмурился, когда на него направили яркий свет. Странная конструкция с усиленным световым кристаллом больно била по глазам и очень хорошо освещала несколько метров вокруг.
«Господи, ну что ему от меня нужно?» — гневно подумал Диппер, справившись с первой волной страха. Ему нечего бояться, ведь его не накажут за ночные прогулки. Максимум — сделают предупреждение и сообщат Биллу. Во всяком случае, парень на это надеялся, ведь было бы очень неразумно умереть из-за такого незначительного проступка.
Он медленно выдохнул, прикрыл глаза рукой, оборачиваясь в сторону охранника.
Чёрт, и почему он всё ещё не уходит?
 — Я знаю, — протянул Диппер чуть взволнованно. В груди что-то неприятно похолодело, как если бы он что-то упустил из виду.
 — Начальное наказание за нарушение — пять ударов, — уточнил охранник, приближаясь к мальчишке. — За сопротивление — ещё пять, за…
Диппер вырвал свою руку из крепкой хватки мужчины и сделал несколько шагов назад, взволнованно оглядываясь. Что происходит? Почему его проступок не игнорируют? Он огляделся вокруг, окинул внимательным взглядом мужчину напротив, всё ожидая, когда в пустых глазах промелькнёт искра узнавания и страха. Все охранники боялись приближаться к нему лишний раз, опасались просто коснуться его, зная, что любое случайное движение может приблизить их к смерти.
Но сейчас что-то было не так. Неприятный холодок окутал мальчишку с головы до ног, лишь усиливая подозрения. Его не могли не узнать. Каждому в этом каньоне известно, что он — фаворит Билла Сайфера.
Диппер нервно усмехнулся. Нет, с этим охранником точно что-то не так.
 — Простите, вы, возможно, ошиблись, — начал парень, неспешно поднимая руку к плечу. — Я…
И без того натянутая улыбка сползла с его лица. Его тонкие пальцы, взволнованно ощупывающие плечи, вдруг замерли на полпути.
Только сейчас он с ужасом вспомнил, что золотого плаща на нём нет.
 — Я…
Мальчишка нервно сглотнул, в панике прошёлся рукой по рубашке, проверил карманы и даже огляделся по сторонам, надеясь, что блестящая ткань лежит где-то рядом. Его запястье сжали сильнее, потянули за собой, вынудив сделать несколько шагов в сторону.
Чёрт, черт, черт!
Как он мог забыть накинуть его на плечи? Нет, вполне понятно, что он не рассчитывал встретить незнакомого охранника по дороге, надеялся, что его всё равно узнают в лицо. Но как же необдуманно это было с его стороны! Он оставил в комнате одно из своих самых ценных преимуществ. Просто проигнорировал возможные риски и вышел, ни разу не вспомнив о плаще. О чёртовом куске ткани, который заставлял любого работника обходить его стороной и опасаться лишний раз сказать грубое слово!
  
Господи, какой же он идиот!
 — Я… Я номер «4916Р», — протараторил Диппер, тихо вскрикнув, когда его руку сжали сильнее и потащили вперёд по коридору. — Фаворит, вы же знаете, да? Я могу доказать это, честно! Нужно только… Ай!
Он скривился, когда его запястье сжали слишком сильно. Диппер схватился за угол и дёрнулся назад, не желая следовать за безэмоциональным мужчиной. Нельзя было идти следом. Ни в коем случае нельзя было позволить увести себя далеко от комнаты!