Спасти 6-го (ЛП)

разглагольствования о сексизме, различном обращении, потому что она была девочкой, двойных стандартах, когда мы были одного возраста, и у ее отца не было проблем с
тем, что я возвращался один, не говоря уже о множестве другой ерунды с тех пор, как
мы оставили ее отца в гараже.
Честно говоря, ее драматический бред уже должен сводить меня с ума.
Вместо этого она меня слегка позабавила.
  
– Это позор, - прошипела она, властно шагая по тропинке в своих школьных туфлях на
высоком каблуке, выставляя напоказ голые бедра под лоскутком серой ткани, который
она называла юбкой. – Он ведет себя совершенно неразумно…
– Могу я просто остановить тебя прямо здесь, - вмешался я, подняв руку.
– Да, - сказала она, поворачиваясь, чтобы посмотреть на меня выжидающим взглядом.–
Почему?
– Без причины, - ответил я. – Я просто хотел, чтобы ты перестала болтать.
– Знаешь, Джоуи, иногда ты можешь быть таким мудаком.- Расстроенная, она покачала
головой и пошла впереди меня. – Такой мудак.
Меня устраивает.
Я не ускорил шаг и не погнался за ней, как я подозревал, она привыкла делать с
парнями.
Когда она поняла это, она развернулась, чтобы свирепо посмотреть на меня.
– Ты бросил меня под автобус сегодня вечером со всей этой библиотекой, - выпалила
она, выглядя более эмоционально вовлеченной в этот спор, чем было необходимо. – Ты
мог бы поддержать меня или просто ничего не говорить. Вместо этого ты
подстрекаешь моего отца, заставляешь его беспокоиться о моих отношениях с Полом, намекаешь, что я нехорошо поступаю с ним вместо того, чтобы учиться.
– Не так ли? - Язвительно заметил я, указывая на пурпурную отметину сбоку на ее шее
– без сомнения, намек на губы Пола придурка.
– Дело не в этом, - крикнула она, топнув ногой. – Ты мог бы ничего не говорить, ты мог
бы игнорировать меня, как ты обычно делаешь. Вместо этого ты пытался доставить
мне неприятности.
Я пожал плечами, не совсем соглашаясь с ее заявлением.
– Ты не хочешь быть здесь со мной прямо сейчас. Это очевидно. Я самый последний
человек, которого ты хочешь провожать домой, так зачем беспокоиться?
– Твой отец попросил меня.
– Ну, я прошу тебя не делать этого.
– Ты не платишь мне зарплату.
– Фу.- Она выдохнула еще один разочарованный вздох. – Ты такой раздражающий.
– А ты такая гребаная принцесса, - беззлобно парировал я. – Писаешь и стонешь, потому что твой отец достаточно заботится о тебе, чтобы убедиться, что ты доберешься
домой в безопасности.- Я закатил глаза. – Да, я вижу, что у тебя действительно
тяжелый день, Моллой.
Ее ноги резко остановились, и она повернулась ко мне лицом. – Почему я тебе не
нравлюсь?
– Почему это имеет для тебя значение?
Мои слова поставили ее в тупик, и она снова покачала головой. – Мы в одном классе –
уже почти год, и все равно ты ведешь себя так, будто меня не существует. Я хороший
человек,ладно. Я никогда не сказала тебе плохого слова, но ты избегаешь меня, как
чумы. Ты никогда не был добр ко мне в школе, и я этого не понимаю.- Она тяжело
вздохнула. – Что изменилось?
– Ничего.
– Чушь собачья, - огрызнулась она. – Я была тебе по душе в тот первый день, а потом
вдруг перестала. Итак, что изменилось?
Моя жизнь развалилась, и я понял, что ты дочь моего босса.
– Ничего.
– Ты такой лжец! – спорила она, не желая отступать, черт возьми, как мне это было
нужно. – Мы поладили, и ты знаешь, что у нас получилось.
– Для парня не преступление передумать, Моллой, - невозмутимо ответил я. – Возьми
себя в руки и оставь это в покое, ладно?
– Может быть, я могла бы, если бы ты целенаправленно не избегал меня.
– Я не избегаю тебя.
– Ты постоянно избегаешь меня, - поправила она. – Ты говоришь со мной только тогда, когда должен – и это обычно только тогда, когда мой отец рядом, чтобы насмехаться и
дразнить меня. Ты разговариваешь со всеми другими девочками в нашем классе, Джоуи. Все из них. Но не я.Со мной – никогда.
Радуйтесь, подумал я про себя.
– У тебя есть парень, - напомнил я ей, и эта мысль отравила мой разум. – Почему ты
хочешь, чтобы я с тобой говорил?
– Как насчет того, чтобы быть милым?
– Я не милый.
– Да, ты милый.
– Нет, я не такой.
– Скажи мне что-нибудь приятное.
– Моллой.
– Давай, - потребовала она. – Сделай это. Попробуй.
– У тебя красивые ноги, - безапелляционно предложил я. – Ну вот, теперь довольна?
– Ты можешь быть милым с другими девочками в нашем классе, но не со мной, -
возразила она.
– Моллой…
– Я видела, как ты был мил с Даниэль Лонг и Ребеккой Фалви – и кучей других девочек
с нашего курса.
Я бросил на нее острый взгляд, который сказал все, что мне нужно было сказать по
этому поводу.
– Ты был со всеми из них? – спросила она, а затем застонала. – Это отвратительно.
– Не более отвратительно, чем то, что ты позволил Полу Райсу запустить руки в твои
трусики на прошлой неделе.
Ее лицо вспыхнуло ярко-розовым. – Прошу прощения?
– Ты слышала меня.- Со смесью гребаных чувств, набухающих внутри меня, я не мог
не поддразнить ее. – Кружевные розовые стринги, насколько я слышал. Как долго ты
встречаешься с ним? Уже неделя? Он уверен, что достаточно быстро нашел способ
залезть к тебе в трусики.
– Он сказал тебе?
– Он рассказал всем, Моллой.
– Кому?- Ее лицо вытянулось, и я почувствовал себя куском дерьма. – Кому он сказал?
Выражение печали в ее глазах заставило меня захотеть ударить по члену снова.
Это стоило дисквалификации.
Услышав, как Риси рассказал половине парней в нашем классе физкультуры о том, что
дочь Тони была такой тугой, что он едва мог засунуть в нее палец, я выругался на него
в раздевалке.
Я сделал это для Тони, потому что его не было рядом, чтобы сделать это самому.
По крайней мере, это то, что я продолжал говорить себе.
– Он придурок, Моллой, - выпалил я. – Болтовня придурка, так что предупреждаю: никогда не делай с тем, о ком не хочешь, чтобы весь круг его друзей знал.
– Ты не сделал этого.
– Что?
– Не рассказал.
– Это потому, что я не придурок. Я мудак, помнишь? - Обойдя ее, я пересек улицу по
направлению к ее дому, не оглядываясь, чтобы посмотреть, следует ли она за мной. Я
мог сказать, что это так, по звуку ее высоких каблуков, стучащих по земле.
– Ну, давай, раз уж ты сегодня такой откровенный, скажи мне, почему я тебе больше не
нравлюсь?
– Это отчаянный для парня вопрос.
– Имеешь в виду мудака? И ты знаешь, что я не это имею в виду.
– Это все еще отчаянно.
– Все равно ответь мне.
– Нет.
– Почему нет?
– Потому что.
– Потому что? Давай, Джоуи. Пожалуйста.
– Мы не совместимы, - сказал я, разочарованно выдохнув.
– Чтобы поговорить вместе?
– Чтобы иметь что-нибудь вместе.
– Итак, по сути, ты хочешь сказать, что считаешь себя слишком хорошим, чтобы быть
моим другом?- Она уперла руки в бедра. – Потусоваться или чтобы тебя видели со
мной?
Наоборот.
– Ты задала мне вопрос, - сказал я ей, открывая переднюю калитку и жестом приглашая
ее зайти внутрь. – Я ответил тебе. Делай это так, как тебе нравится.
– Этого недостаточно.
– Мне все равно, - ответил я, положив руку на ворота. – Итак, я проводил тебя домой, в
целости и сохранности, и у тебя было достаточно времени, чтобы сделать твою
драгоценную домашнюю работу. Не за что.
Она не сделала ни малейшего движения, чтобы войти внутрь, предпочитая стоять под
уличным фонарем и свирепо смотреть на меня, в то время как я продолжал держать
ворота открытыми для нее, как инструмент.
  
– Это из-за моего отца, не так ли? – настаивала она, конский хвост развевался на